США

Тема в разделе "Политика", создана пользователем ViBo, 20 окт 2006.

  1. ViBo

    ViBo Ословед

    Репутация:
    323.700
    ViBo, 20 окт 2006
    К чему катится политика США? К чему прийдем в ближайшем будущем? Что можно ожидать?
     
    #1
  2. kt777

    kt777 Ословед

    Репутация:
    524.130.351
    kt777, 13 апр 2018
    Китай уже согласился ранее , что проигрывает в торговой войне, а Трамп предлагает его добить. Злой он:biggrin:
     
  3. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    3.069.391.118
    Stirik, 21 апр 2018
    Анатолий Клёсов. "Как в США показывают Россию"

     
    dok нравится это.
  4. kt777

    kt777 Ословед

    Репутация:
    524.130.351
    kt777, 2 май 2018
    Танец экстаза в субботний вечер - даунтаун Санта Круз, Калифорния



    Автор видео говорит, что люди просто танцуют и отдыхают. Ну-ну :biggrin:
     
  5. маска

    маска Виндзоры Модератор

    Репутация:
    115.473.905
    маска, 2 май 2018
    в амрике своя каляда хипари и ''дети цветов''
     
  6. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    3.069.391.118
    Stirik, 16 май 2018
    Видимо, со стороны виднее, раз пишут мелкобриты:
    Трампа часто сравнивают с другими политическими деятелями из американской истории, в том числе с Ричардом Никсоном, но, возможно, самая поразительная параллель проводится с фигурой не из американского, а из российского прошлого, - с Борисом Ельциным, первым президентом постсоветской России
    Президент, очень непопулярный и сталкивающийся с нарастающей волной скандалов, вовлекший свою страну в военные действия, которые некоторые рассматривают как попытку отвлечь его критиков от его внутриполитических проблем. Его победа на выборах списана на закулисное влияние сильного государства, подозреваемого в использовании президента в качестве марионетки, чтобы продвигать его [государства] собственные интересы и ослабить страну.
    Уволив ряд высокопоставленных членов администрации, он полагается на поддержку со стороны фигур в службах безопасности и богатых союзников с сомнительным прошлым, но больше всего - на своего ближайшего советника: свою дочь. Склонный к непредсказуемым вспышкам гнева и публичному выражению эмоций, судя по всему - неспособный справиться с рабочей нагрузкой, он, кажется, едва-едва справляется с исполнением обязанностей президента, создавая вакуум в самой сердцевине ядерной супердержавы, что крайне тревожит внутренних и внешних наблюдателей.
    У русских, достаточно старых, чтобы помнить 1990-е, президентство Дональда Трампа должно вызывать знакомые чувства. Трампа часто сравнивают с другими политическими деятелями из американской истории, в том числе - с президентами Ричардом Никсоном и Уорреном Гардингом, но, возможно, самая поразительная параллель из всех проводится с фигурой не из американского, а из российского прошлого, - с Борисом Ельциным, первым президентом постсоветской России.

    Ключевой игрок в крахе СССР и один из самых важных международных политических деятелей 1990-х, Ельцин занимал Кремль между концом Советского Союза в 1991-м и своей отставкой в 1999-м. Он ушел в отставку в пользу своего премьер-министра – никому тогда неизвестного Владимира Путина.
    Как и Трамп сегодня, Ельцин был крайне противоречивой фигурой, политическим уличным бойцом, который выжил, натравливая людей и фракции друг на друга и используя сложные деловые отношения с фигурами внутри и вне госаппарата. Ельцин был незаурядным и харизматическим политиком, который, кажется, наслаждался политической драмой и театральными публичными выступлениями, такими как его самая известная речь, произнесенная с танка во время неудавшейся попытки переворота, совершенной советскими противниками компромисса в августе 1991-го года.
    [​IMG]
    Кремль, 1995 год: Борис Ельцин пьет водку в компании Билла Клинтона и Джона Мэйджора.​
    Поначалу казалось, по крайней мере его поклонникам, что он посвятил себя радикальной реформе коррумпированной и неэффективной политической и экономической системы. В реальности же, политику его правительства критиковали за то что она приносила выгоды сверхбогатым за счет простых людей и два его президентских срока, в конечном счете, дискредитировали демократический процесс в глазах внутренней аудитории и подорвали позиции и доверие к России за границей. Многие из тех же самых претензий предъявляются нынешнему обитателю Белого дома и подобные же прогнозы звучат относительно политического будущего Америки.
    Конечно, к историческим аналогиям нужно относиться с осторожностью, и есть очевидные пределы праллелям между Ельциным и Трампом. Неадекватное поведение Трампа и его эксцентричное отношение к тяжелой работе президента кажется имеют корни в его прошлом как бизнесмена-знаменитости и полном отсутствии опыта работы в госаппарате. Ельцин, наоборот, был высококвалифицированный искусный политик с многолетним опытом маневрирования в сложных лабиринтах советской политики, но его способность управлять была разрушена алкоголизмом. В случае, как всем известно, непьющего Трампа такого риска нет, он не будет так напиваться, чтобы не выйти из самолета для встречи с ирландским премьер-министром, как это сделал Ельцин, и секретная служба не найдет его в одном нижнем белье на Пенсильвания-авеню поздно вечером, пьяно пытающегося поймать такси, чтобы съездить за пиццей, как это, по сообщениям, произошло, когда Ельцин посетил Вашингтон в 1994 г.
    Что еще более важно, американские политические структуры не похожи на те которые существовали в России 1990-х годах и далеко не так сильно подвержены эффекту слабого или выведенного из строя президента. Российская конституционная структура, политическая система, экономика и общество - всё это находилось в состоянии хаоса, когда Ельцин пришел к власти, и политическая слабость России и Ельцина усиливали друг друга в нисходящей спирали коррупции, некомпетентности и авторитаризма, выходом из которой было президентство Владимира Путина.

    Несмотря на тревогу об ущербе, нанесенном американской конституции и политической жизни президентством Трампа, американские политическая и правовая системы прочны и надежны, и гражданское общество, и свободы СМИ остаются чрезвычайно сильными. Хотя оно и находится в настоящее время под давлением, тем не менее, конституционное разделение властей на президентскую (административную), Конгресс (законодательную) и судебную ограничивает ущерб, который может быть нанесен президентом с авторитарными импульсами Дональда Трампа.
    Но, в то время как легко (и успокоительно) указывать на различия между Вашингтоном сегодня и Москвой 20 лет назад, есть такие общие черты, которые не должны быть проигнорированы. Особенно те, которые имеют отношение к международному эффекту этих двух президентств.
    Решение о начале ракетных ударов по сирийским объектам, имеющим отношение к химическому оружию, неожиданно объявленное Трампом после того, как ФБР совершило рейд на офисы его адвоката Майкла Коэна, было мотивировано, по мнению критиков, не столько беспокойством по поводу ситуации в Сирии, сколько желанием отвлечь внимание от событий связанных с особо разрушительным скандалом, подрывающим его президентство. .
    Понимание того, что он готов использовать вооруженные силы для улучшения своего имиджа как президента в условиях внутриполитического кризиса, напоминает о решении Ельцина о начале «маленькой победоносной войны» в Чечне - войне, которая не стала ни маленькой, ни победоносной.

    Является ли это утверждение несправедливым в одном или обоих случаях - это, в какой-то мере имеет меньшее значение, чем распространенное мнение о том, что оно есть или может быть истинным. Когда политического лидера считают настолько безрассудным, что он может использовать военную силу для отвлечения внимания от своей политической слабости, то, как отечественные, так и международные игроки вынуждены переоценивать свои отношения с ним (или ней).
    [​IMG]
    Зубные протезы Дональда: люди утверждают, что нечленораздельная, невнятная речь Трампа связана с его проблемами с зубными протезами​
    Вопросы о том, как далеко человек готов зайти в своём стремлении выжить, насколько он надежен в качестве партнера, и отсюда и - насколько другие государства могут его поддерживать, вступают в силу и рискуют повредить альянсам государства. По мере накопления импульса силы различных расследований потенциальных преступлений с участием соратников Трампа и, возможно, самого президента, всё более неожиданные внешнеполитические заявления и сенсационные Twitter-угрозы другим государствам создают большую неопределенность и снижают международное доверие к США. Отказ от ядерной сделки с Ираном на этой неделе, о котором некоторые критики также говорили, что он мотивирован желанием отвлечь внимание от внутреннего скандала, совершенно ясно сделал и то и другое.

    Вопрос о выборах - еще одна область, где сходство между Ельциным и Трампом создает проблемы для Америки. Перед лицом сложной избирательной битвы в 1996 году, Ельцин, кажется, выиграл от американской помощи. Тогдашний президент Клинтон оказал ему разнообразную поддержку, которая включала в себя отсрочку объявления о расширении НАТО (которое было непопулярным в России) и проталкивание крупной международной помощи для России, несмотря на опасения относительно того, куда именно она пойдет. Это, плюс утверждения о других, более сомнительных формах скрытой поддержки ельцинской кампании способствовали восприятию , что американское правительство вмешивалось в выборы с тем чтобы помочь своему союзнику (или марионетке - по мнению многих внутренних критиков Ельцина).
    Какова бы ни была доля истины в подобных претензиях в отношении Трампа, которые сейчас расследуется специальным прокурором Робертом Мюллером, широко распространенное мнение о том, что вмешательство российского правительства в президентские выборы 2016 года, возможно, принесло победу их кандидату, было катастрофическим не только для самого Трампа, но и для глобального положения Америки. Если есть сомнения в легитимности выборов президента США и существуют предположения о том, что он может быть обязан своим избранием правительству другой страны, репутация Соединенных Штатов подорвана, их позиции ослаблены, и их способность достичь своих международных целей скомпрометирована.

    Эти подозрения были усилены заявлениями Трампа о восхищении Путиным и его явным желанием улучшить отношения с ним, несмотря на действия России на Украине, в Сирии и в связи с выборами в 2016 году. Они также подкреплялись его удивительным отношением к вопросам, затрагивающим интересы России.
    Одним из недавних примеров является решение Трампа отказаться от дальнейших санкций против России, предложенных послом в ООН Никки Хейли. Другие примеры включают в себя его гнев по поводу большого числа российских дипломатов, высланных США в ответ на отравление Скрипалей, и его явное желание в начале своего президентства снять санкции, связанные с Крымом, наложенные на Россию.
    Самым серьезным из них является его отношение к НАТО, возможно, главному объекту гнева и подозрений российского правительства. Во время своей предвыборной кампании Трамп утверждал, что НАТО «устарела» и указал, что если бы государства-члены подверглись нападению со стороны России, он бы соблюдал принцип коллективной обороны - основной, обязательный принцип альянса - только если другие члены “выполнили бы свои обязательства” перед США, «делая платежи» (установка, которая звучит не как система альянса, а скорее как рэкетирская сделка).

    Хотя его подход, похоже, смягчился, и США в настоящее время не демонстрируют никаких признаков ослабления своей роли в НАТО, остается неопределенность в отношении его приверженности альянсу - независимо от того, могут ли другие члены НАТО по-прежнему доверять США, надеяться на то что они встанут на их защиту, если они будут атакованы. Это крайне тревожно, потому что неопределенность и потеря доверия между союзниками в периоды повышенной глобальной угрозы создают условия для недоразумений и просчетов. Они также повышают вероятность того, что государства будут искать альтернативные способы защитить себя, вне формальных структур альянса, создавая тем самым ещё большую неопределенность и больший риск. Это те условия, в которых начинались большие войны в прошлом.
    Это та область международных отношений, где параллели Ельцин - Трамп становятся наиболее яркими и наиболее разрушительными. Хотя конституция США и их демократические политические нормы, мы надеемся, достаточно надежны, чтобы противостоять стресс-тесту президентства Трампа, международное положение Америки гораздо более уязвимо. Понимание, что президент США неспособен эффективно управлять, что ему не хватает контроля над самим собой или его администрацией, что он может быть обязан своим положением незаконному вмешательству другого государства, создает риски как для самих США, так и для международной стабильности.

    Это связано с уникальной ролью, которую Соединенные Штаты играют в международной политике. После окончания Второй мировой войны США были ведущей демократией, архитектором либеральной международной экономической системы и гарантом безопасности своих союзников. Со времени окончания «холодной войны» это было политически, экономически и в военном отношении, самое могущественное государство в мире. Несмотря на ущерб, нанесенный Ираком и другими внешнеполитическими злоключениями, они поддерживали высокий уровень влияния «мягкой силы» в отношении других государств и их населения. Это влияние зависело от авторитета руководства США в двух смыслах - как лидерства США в международных делах, так и способности президента эффективно управлять дома. Когда оба подвергаются сомнению, как сейчас, влияние Америки уменьшается. Это имеет свои последствия не только для её альянсов, таких как НАТО,
    Конец господства США был предсказан задолго до президентства Дональда Трампа. Для многих неамериканских наблюдателей это само по себе не кажется плохим. Но скорость и непредсказуемая траектория снижения международного статуса США при Трампе ускорили процесс таким образом, что сделали мир менее стабильным и безопасным.
    В 1950-х годах Советский Союз, чтобы исправить ошибки прошлого, прошел процесс десталинизации. Вашингтону нужно начать «де-ельцинизацию», и делать это нужно срочно, до того как международным позициям США будет нанесен дальнейший ущерб. На данный момент, однако, перспективы этого кажутся тревожно отдаленными.
    Обязательно надо будет посодействовать его переизбранию на второй срок, а затем изменить конституцию СШП для его переизбрания на третий и четвертые сроки...
     
    dok нравится это.
  7. dok

    dok _

    Репутация:
    3.063.693.889
    dok, 16 май 2018
    [​IMG]
    «Шагреневая кожа» – это метафора, введенная Оноре де Бальзаком для определения неумолимости течения времени и ограниченности даже самых широких возможностей. Герой его произведения, хотя и получает талисман, воплощающий желания, вскоре понимает, что чем больше он загадывает, тем быстрее его возможности тают.

    В каком-то смысле, Соединенные Штаты Америки сегодня находятся ровно в таком же положении. С конца XX века, получив в собственные руки удивительный по возможностям инструмент – практически не ограниченный в эмиссии «нефтяной» доллар, они в итоге пришли к ситуации, когда даже этот, на первый взгляд неисчерпаемый ресурс, сжался, как шагреневая кожа.

    На сегодня, все доступные для экспансии финансовые пузыри, куда еще можно было бы закачать триллионы свеженапечатанных долларов, закончились по всей планете. А созданию новых, для чего США подрывали одну страну за другой с начала 2000-х годов, стала мешать вновь появившаяся на арене военно-политическая сила – Россия. Более того, в экономической плоскости, доллар получил не менее серьезного конкурента, причем такого, который уже имеет статус резервной мировой валюты. Разумеется, речь идет о нефтеюане, а также о военно-политическом тандеме между Пекином и Москвой.

    Казалось бы, при чем здесь договор об ограничении выпуска и размещения ракет малой и средней дальности? При том, что с недавних пор он стал частью общей американской проблемы.

    Дело в том, что сохранение или продление господства доллара, возможно лишь в том случае, если мировая торговля продолжит контролироваться непосредственно США. А контролировать мировую торговлю, в любые времена означало контролировать все ключевые торговые маршруты. И это прекрасно понимает Китай.

    Сейчас, он всеми силами пытается прорвать американскую военно-экономическую блокаду вокруг своей территории. И речь здесь идет не только о попытках вести Новый Шелковый путь во все стороны сразу, дабы не позволить Вашингтону перекрыть все маршруты одновременно, но и о расширении сети насыпных островов в стратегически важном для Америки Южно-Китайском море.

    Все последние пять лет, Пекин упорно вел активное строительство этих объектов на архипелаге Спратли. И по существу, почти на всех подходящих для этого отмелях и рифах, провел отсыпку песчаных оснований, в итоге возведя полноценные причалы, взлетно-посадочные полосы, военные, промышленные, и иные объекты сопутствующей инфраструктуры. К началу мая, подобных сооружений на стадии завершения насчитывалось порядка пятнадцати. А совсем недавно Пекин совершил ход конем и западные СМИ буквально взорвались неожиданной новостью: «КНР разместил на ряде искусственных островов ракетные комплексы различного назначения».

    В американской экспертной среде это известие преподносилось как «шаг Пекина, который окончательно пересек рубикон» и во многом, это действительно было правдой.

    Действия КНР нарушили десятилетиями работающие «американские правила» и баланс сил в Юго-Восточной Азии впервые, и не случайно в американских СМИ этому уделялось такое внимание.

    Цена вопроса чрезвычайно высока и касается не только интересов США непосредственно в регионе, но и Малаакского пролива – «горлышка» мировой торговли, через которое ежегодно проводится треть всех мировых морских грузов на триллионы долларов, а также «львиная» доля нефти и газа. Превращая насыпные острова в полноценные военные базы, Китай уже не первый год готовится выдавить США с плацдарма, десятилетиями являющегося основной угрозой для суверенитета и экономики КНР. США же напротив, делают все, чтобы всеми силами сохранить баланс и усилить антикитайскую блокаду в Индо-Тихоокеанском регионе.

    Отсюда очевидно, что недавний шаг Пекина с размещением ракет не останется без ответа и им вероятнее всего станет скорый выход Соединенных Штатов Америки из договора об РСМД.

    База для подобного решения уже готова и прозвучала в конце апреля непосредственно в американском Конгрессе. Тогда, будущий глава тихоокеанского командования Филипп Дэвидсон, отвечая на вопросы конгрессменов заявил: «в виду изменения расклада сил в Южно – Китайском море, полная вероятность того, что США выиграют войну с Китаем в данной зоне уже, не гарантируется».

    - «Мы прямо сейчас должны найти дополнительные системы вооружения, для уравновешивания большого количества китайских ракет», – заявил он. «На сегодняшний день они уже размещены в регионе и готовы к применению. А значит, нам необходимо выйти из договора о РСМД, что позволит нам получить дополнительные возможности противостояния китайскому ракетному потенциалу. Я также считаю, что договор об РСМД несправедливо ставит США в невыгодное положение и ограничивает наши возможности в противостоянии с КНР».

    Таким образом, США оказались в крайне сложном для себя положении. В трудном для себя и выгодном для нас. С одной стороны, ограничение на производство и размещение ракет малой и средней дальности на суше, крайне мешает в конфронтации с КНР, однако с другой, его отмена, развязывает руки Москве на европейском, и ряде других направлений. Подобный класс ракетных комплексов вдоль границы со странами НАТО – страшный сон США, который они старались забыть все эти годы.

    Тем не менее, США считают именно Китай, а отнюдь не Россию, главной долговременной угрозой своему доминированию, и потому большая часть американских ресурсов на длительную перспективу все же будет сосредоточена вокруг него. Справиться с остаточным потенциалом США, нашей стране будет тем легче, чем дольше мы сможем выдерживать давление Запада в этой игре. Из двух зол, Белому Дому в конечном итоге придется выбрать наибольшее, и судя по примеру данного договора, мы наконец получим возможность не втягиваться, а извлекать выгоды из борьбы других.

    В целом же, главным направлением китайской экспансии надолго останется регион Юго-Восточной Азии, ведь в будущем, Китай официально планирует расширение своего влияние именно на юг. Это в свою очередь, создает уникальные условия для длительного стратегического партнёрства между нашими странами, ведь геополитические интересы с обеих сторон не пересекаются и друг другу не противоречат.

    Подобное в мировой политике бывает крайне редко, но к счастью в нашем случае именно это и произошло. Аутсайдером ситуации стали Соединенные Штаты Америки, поскольку именно им придется все глубже втягиваться в войну на два фронта вынуждая Китай давать ответ, а Россию сосредоточиваться на внутреннем развитии.
    Почему США вскоре выйдут из договора по РСМД и обвинят во всем Китай и Россию? | Блог Руслан Хубиев | КОНТ
     
    Stirik и tOmbovski volk нравится это.
  8. dok

    dok _

    Репутация:
    3.063.693.889
    dok, 22 май 2018 в 06:25
    По мере публикации деталей торговой сделки США и КНР, триумф Трампа превращается в пиррову победу.
    Как и следовало ожидать, на американо-китайских торговых переговорах никакого чуда не случилось. Просто в пиар-службе президента США решили изобразить очередную «перемогу», но Китай горячие головы решительно остудил. Никаких уступок на 200 млрд. долл. не было и нет. Дефицит торгового баланса США с КНР по прежнему составляет 375 млрд. Единственный достигнутый успех переговоров сводится к обоюдному пониманию нежелательности прямой торговой войны. На этом все.

    Однако тут кроется весьма важный момент, как раз из категории - так кто же кого в итоге победил. И получается так, что лидером, правда только по очкам, оказался как раз Пекин. Вашингтон столкнулся с обширным негативом оборотной стороны заявленных им санкций. Выбивая из китайцев доллар, сами американцы в результате теряли два, что делало такую войну занятием достаточно глупым. Так что отказ от нее это явно победа спокойной позиции Китая, чем результат медийной атаки США. Впрочем, дело не в том, кто кого переупрямил, куда интереснее, о чем стороны продолжают договариваться и к чему эти договоренности могут или не могут привести.

    Судя по всплывающим сейчас в американской прессе деталям, наши предположения о характере процесса оказались верны: Америка сумела убедить Поднебесную больше покупать, но была вынуждена для этого отменить ряд своих же ограничений.

    К примеру, теперь Китай может купить в США до 50 млн. тонн сои, что на 20% больше ранее ему разрешенной квоты. Министерство торговли не позволяло брать больше потому, что на Китай и так приходилось свыше 30% ее сбыта за пределы США, что считалось угрозой для экономической безопасности. Теперь будет 36%, и это почему-то угрозой не считается. Сейчас важнее нарастить объемы и отжать долю рынка у ключевого конкурента - Бразилии. Однако тот факт, что биржевые цены на сою уже подскочили на 2,4% и продолжают расти, говорит, что дополнительных объемов ее производства в США нет. Речь идет преимущественно о перераспределении существующих квот. Значит, другим покупателям ее достанется меньше.

    Аналогичная картина с хлопком, обеспечивающим Америке экспорт на 5,8 млрд. долл. в год. Попытавшись перекрыть китайцам доступ к внутреннему рынку хлопка-сырца, Вашингтон вдруг выяснил неприятное: КНР потреблял до трети производимых в США объемов, немногим меньше, чем главные покупатель - Вьетнам. А больше в мире покупателей такого масштаба просто нет. Можно ли считать победой Трампа его согласие отменить заявленное эмбарго и сохранить за Китаем квоты 2017 года в объеме 894 тыс. тонн - вопрос неоднозначный. Скорее нет, чем да. Причем китайцы за это заплатили всего лишь согласием остановить в ВТО расследование против незаконных американских субсидий на производство сорго, которого Китай закупает на 1 млрд. долл.

    Считается американской победой и согласие КНР расширить закупки американского этанола, используемого в качестве топлива. В 2017 году Пекин забирал 86% общего объема его американского экспорта. Судя по открытым источникам теперь станет забирать около 95-98%. Это значит, что остальным его импортерам продавать станет нечего, следовательно, с ними проблема дефицита торгового баланса усложнится. В то же время, если сельхозпроизводители попытаются воспользоваться конъюнктурой и нарастить производство, то сделать это они могут лишь за счет снижения объемов выращивания кукурузы, для продовольственной корзины Америки имеющей чрезвычайно важное значение.

    Как мы и предполагали, сумел Трамп продать китайцам и дополнительные объемы энергоносителей. В первую очередь СПГ. Точнее – продать воздух, так как Китай согласился к 2030 году выйти на приобретение в США сжиженного газа на 82 млн. тонн в год, в то время как собственные американские планы по наращиванию мощностей для сжижения к этому периоду обещают всего 42,5 млн. тонн. К тому же абсолютное большинство анонсированных заводов по производству СПГ запланированы к постройке на атлантическом побережье, в то время как китайцам они будут нужны на тихоокеанском. Так что "выигранные" тут примерно 20 млрд. долл. в год "сокращения дисбаланса", по сути, являются лишь ожиданиями, которые имеют все шансы не сбыться.

    В то время как китайцы этот "воздух" уже начали превращать в деньги. Во всяком случае, China Petrochemical Corp. получила разрешение построить СПГ на Аляске, а китайский Gas Holdings Ltd. - право на приобретение 3 млн. тонн СПГ в год на заводе Delfin в Мексиканском заливе. Это значит, что вопрос по поставкам СПГ в Европу закрывается окончательно. Все американские мощности переключаются только на Китай. То же самое касается всего нефтегазового экспорта США. Пекин "расширит" закупки как сырой нефти, так и попутного газа, становясь по нефти вторым, а по попутному газу крупнейшим партнером Америки.

    Таким образом, у Трампа сократить дисбаланс с Пекином на примерно 100 млрд. долл. в год, скорее всего, получится, но победа начинает выглядеть пирровой. Потому что она носит исключительно сиюминутный и лишь перераспределительный харакер. Ни по одному из направлений США не располагают потенциалом по существенному наращиванию объемов производства. Даже с СПГ пришлось пустить в Америку китайский капитал.

    Так что сэкономив на 100 млрд. с Китаем, Трамп примерно на такую же сумму увеличил дефицит с другими партнерами. С той лишь разницей, что их число больше, а потому негатив станет заметен меньше. Но, по сути, для общего состояния США результат особого значения иметь не будет. У Трампа не вышло заставить Китай больше покупать американских самолетов, станков или любого другого высокотехнологичного оборудования с высокой прибавочной стоимостью. Выходит так, что кроме сырья и топлива Вашингтону вообще оказалось Пекину нечего предложить.
    Как США становятся сырьевым придатком Китая (Александр Запольскис)
     
    tOmbovski volk нравится это.
  9. dok

    dok _

    Репутация:
    3.063.693.889
    dok, 26 май 2018 в 10:10
    НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ПСИХОЛОГИИ США | Блог Игорь Кучерской | КОНТ
     
Загрузка...