1. Всем пользователям необходимо проверить работоспособность своего электронного почтового адреса. Для этого на, указанный в вашем профиле электронный адрес, в период с 14 по 18 июня, отправлено письмо. Вам необходимо проверить свою почту, возможно папку "спам". Если там есть письмо от нас, то можете не беспокоиться, в противном случае необходимо либо изменить адрес электронной почты в настройках профиля , либо если у вас электронная почта от компании "Интерсвязь" (@is74.ru) вы им долго не пользовались и хотите им пользоваться, позвоните в СТП по телефону 247-9-555 для активации вашего адреса электронной почты.
    Скрыть объявление

Неизвестная история вооружения

Тема в разделе "Военное дело", создана пользователем Stirik, 26 янв 2017.

  1. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 26 янв 2017
    Предлагаю публиковать неизвестные или малоизвестные страницы истории вооружения

    Как человек использовал колесницы, стремена, животных, железные дороги и другие безобидные с виду вещи для совершенствования техник убийства
    Во все эпохи война была сложным и затратным предприятием. Исход и особенности противостояния организованных групп вооруженных людей для решения вопроса власти, территории и ресурсов всегда зависел от того, какими средствами и умениями они обладали. Поэтому развитие технологий, а также уровня общественной организации и знаний об окружающем мире всегда шло бок о бок с войной и непосредственно влияло на ее облик.

    Изобретение колесницы

    колесница.jpg

    Со времен начала выплавки бронзы изготовление прочной повозки из дерева и металла, которой было бы легко управлять в бою, было серьезным техническим достижением своего времени и требовало большого объема металла. К тому же содержание этой боевой единицы с лошадью и экипажем из двух человек обходилось дорого. Именно поэтому война в бронзовом веке оказывалась роскошью, которую могли позволить себе только процветающие центры цивилизаций, подобные Египту.
    Колесницы сыграли важную роль в возникновении и падении ранних государственных объединений на Ближнем Востоке: противопоставить что‑то быстро движущимся укрепленным повозкам, с которых на врагов сыпался поток стрел, в те времена было сложно.Правда, в «Илиаде», ставшей подробным описанием войны эпохи бронзы, герои используют колесницы, но еще не в бою, а лишь для того, чтобы быстро прибыть к полю боя или вернуться в лагерь. Как ни странно, но это еще один показатель значения колесницы. Даже там, где по каким-то причинам колесницы не используют в полную силу, она выступает как общепризнанный атрибут власти и престижа. На колеснице отправляются в бой цари и герои.

    Изготовление доспехов

    В той же «Илиаде» «шлемоблещущие» герои, убранные в доспехи и вооруженные тяжелыми копьями с медными наконечниками, — правители отдельных земель. Доспехи — вещь настолько редкая, что изготовление некоторых из них приписывалось богам, а после убийства противника победитель прежде всего старался завладеть доспехами, редким и уникальным изделием. Гектор, предводительствующий войском троянцев, после убийства Патрокла, одетого в доспехи Ахилла, оставляет войско в разгар битвы и возвращается в Трою, чтобы облачиться в уникальные латы. Фактически правители Микенской цивилизации, на эпоху которой приходятся события, описываемые Гомером, во многом обеспечивали власть над своими землями именно владением редким и дорогим, но чрезвычайно эффективным для своего времени оружием и доспехами.

    Постепенное распространение технологии обработки рудного железа по территории Передней Азии и Южной Европы начиная примерно с XIII века до н. э. привело к тому, что конкуренцию бронзе теперь мог составить относительно более дешевый и гораздо более распространенный металл. Вооружить металлическим оружием и доспехами стало возможно гораздо большее число воинов. Удешевление войны вкупе с применением металлических орудий привело к значительным изменениям в «геополитике» Древнего мира: на арену вышли новые племена, сокрушившие железным оружием аристократические государства владельцев колесниц и бронзовых доспехов. Так погибли многие государства на Ближнем Востоке, такая судьба постигла Ахейскую Грецию, которая была завоевана племенами дорийцев. Так происходит возвышение Израильского царства, одновременно наиболее могущественным образованием на Ближнем Востоке в ранний железный век становится Ассирийская держава.

    всадник.jpg

    До изобретения упряжи и седла езда на лошади или иных копытных верхом была делом, требующим постоянного контроля за устойчивостью, и всадник был практически бесполезен для боя. С освоением искусства управления лошадью при помощи упряжных приспособлений кавалерия появляется как род войск в Ассирии в X веке до н. э. и позже получает довольно быстрое распространение. Главным, кто выиграл от освоения нового искусства езды верхом, оказались азиатские кочевники, прежде разводившие лошадей для еды. С освоением верховой езды, позволявшей использовать оружие, и в частности стрелять из лука, в их распоряжении оказался новый источник боевой мощи, к тому же позволявший преодолевать большие расстояния с недоступной прежде скоростью. Примерно c VIII века нашей эры постепенно вырабатывается механизм противостояния кочевой «степи» с оседлыми земледельческими племенами — сменявшие друг друга кочевники получили возможность совершать набеги, собирать дань или поступать на службу к более развитым и богатым земледельческим сообществам, имея в своем распоряжении ресурс конного войска. Механизм сохранился практически неизменным на протяжении многих столетий — вплоть до распада империи Чингисхана.

    Когда доспехами и тяжелым оружием стало возможно обеспечить большое количество боеспособных мужчин, появилась особенная потребность в организации и управлении подобными вооруженными массами. Именно в это время появляются особые типы боевого построения вроде греческойфаланги . Впервые этот тип строя, представлявший собой плотные шеренги тяжеловооруженных воинов, выстраиваемых в несколько рядов, появляется в VII веке до н. э. в Спарте. Поддержание подобного боевого порядка само по себе становилось залогом победы против войска, не имеющего подобной организации. Многие воинские метафоры вроде «чувства локтя», как считается, имеют своим истоком именно построение фалангой (где боец действительно чувствовал локти соседей по шеренге). Победой римские легионы также были обязаны сложной системе построений, позволяющей совершать маневры и перестраивать порядки во время боя, и твердой выучке бойцов, осознающих необходимость поддержания строя.

    Вставая в стременах, лучник становился гораздо более устойчивым и мог точнее целиться. Еще большие изменения стремя привнесло в технику кавалерийского боя, требовавшего соприкосновения с противником. Стремя превращало всадника и лошадь в единый механизм и позволяло передавать общую массу кавалериста и его коня противнику вместе с ударом копья или меча, что сделало кавалерию живыми боевыми машинами своего времени. В Западной Европе в Средние века развили это преимущество, утяжеляя всадника и его вооружение, что привело к появлению тяжелой рыцарской кавалерии. Закованный в доспехи всадник, сидящий в стременах и атакующий тяжелым копьем на полном скаку, концентрировал на острие своего копья в момент атаки невиданную мощь. Это привело к новой аристократизации войны, поскольку носителем такого эффективного и дорогого оружия оказывалась узкая прослойка феодалов, что и определило облик войны в Средневековье.

    Считается, что порох был изобретен в Китае и с XII века начал применяться в боевых действиях, однако там он использовался для метания гигантских стрел. Как, собственно, поначалу и в Европе. Но с XIV века с помощью пороха медные пушки уже стали метать каменные ядра. На каждое из таких орудий уходили тонны металла, и фактически их изготовление могли позволить себе лишь монархи. Позже, с изобретением чугунных ядер, необходимость в громадных пушках, извергавших каменные ядра, отпала, так как металлическое ядро обладало более серьезным разрушающим эффектом при меньшем диаметре. С изобретением колесного лафета , позволяющего перевозить пушки на необходимое расстояние, артиллерия превратилась в практически неодолимую силу, в считаные часы уничтожающую любые каменные укрепления . В каком-то смысле она стала «последним доводом королей» . Обладание осадными пушками в большинстве случаев действительно было привилегией централизованных монархий, способных оплатить их изготовление и содержание. Если же у противника артиллерии не было, судьба противостояния была практически предрешена.

    Переносное огнестрельное оружие, которое могла применять пехота, также изменило представления о боевых возможностях пехотинцев и характер ведения боя. Впрочем, оружие того времени было еще довольно тяжелым и требовало времени для заряжания и применения. Для его эффективного использования в бою требовалась разработка особых методов взаимодействия с другими подразделениями. Одним из успешных экспериментов оказалось построение испанских терций — каре пикинеров, прикрывавшее расположенных в центре мушкетеров. Данная тактика превратила испанскую пехоту в одну из самых грозных сил на европейском поле боя почти на весь XVI век.

    Новым толчком к прогрессу стало распространение винтовки с нарезным стволом . Их массовое применение высадившимися в Крыму в 1854 году французскими и английскими войсками против русской армии, в основном вооруженной мушкетами старого образца, обеспечила войскам антироссийской коалиции победу в открытых столкновениях и вынудила русских запереться в Севастополе. Вообще Крымская война, где небольшое отставание русских вооруженных сил во внедрении лишь только начинавших массово применяться изобретений — таких как паровой флот или нарезные винтовки — стало критическим фактором, фактически подстегнула гонку вооружений.
     
    Последнее редактирование: 30 мар 2017
    #1
    dok нравится это.
  2. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 15 мар 2018

    «SpaceShipTwo» (SS2), частный пилотируемый суборбитальный космический корабль многоразового использования. Это изделие авиационного гения Берта Рутана и, фактически, единственная более-менее инновационная вещь, созданная «коммерческими космонавтами». Всё остальное — это жалкие перепевы технологий одноразовых жидкостных ракет 60-х годов, причем с прямым использованием тогдашнего задела, ничего нового по сути не придумано.
    [​IMG]
    Собственно, сам «SpaceShipTwo» на фото в середине, он подвешен под самолетом-носителем WhiteKnightTwo, который затаскивает SS2 на высоту около 20 км и придает ему начальную скорость. Затем суборбитальник разгоняется собственным реактивным двигателем и достигает орбиты высотой 160—320 км, после чего садится. Все компоненты системы — многоразовые. Аппарат завозит на орбиту до 8 человек, из которых двое — пилоты.
    Технология была успешно испытана на маленьком SpaceShipOne — всего аппарат совершил 17 полётов, первый — беспилотный, а последние три — суборбитальные космические по версии ФАИ, то есть выше 100 км. Но вот с полетами SpaceShipTwo не задалось. 30 апреля 2013 года был произведен первый полет с испытанием реактивного двигателя. Отделившись от носителя на высоте около 14 км, SpaceShipTwo включил двигатель, и через 16 секунд достиг скорости 1,2М и высоты 17 км. 9 сентября 2013 года был проведен второй сверхзвуковой полет ракетоплана. Отделение от носителя произошло на высоте 15 км и, включив двигатель на 20 секунд, SS2 набрал высоту 23 км и начал снижение, достигнув скорости 1,43М.
    И тут всплыла проблема: используемый в качестве топлива полибутадиен с концевыми гидроксильными группами оказался склонен к нестабильности при времени работы двигателя более 20 секунд. Говоря проще — при разогреве двигателя он начинал разлагаться еще до камеры сгорания. Топливо заменили на более стабильный термопластичный полиамид. И вот с этим топливом аппарат и грохнулся. Причем на земле всё вроде бы работало нормально, а на высоте — упс.
    На борту находились два пилота. Один из них погиб, второй в тяжёлом состоянии. Это был первый полет с новым топливом, ранее испытанным при наземных испытаниях, и 4-й полет с включением двигателя корабля.
    Надо отметить, что на самом деле идея использовать связку самолета-разгонщика и суборбитального корабля не является такой уж новой — в СССР по такой схеме делали небезызвестную «Спираль» ОКБ-155 А.И.Микояна в тех же лохматых 60-х годах.

    Советский проект, разумеется, был технологически куда более амбициозен: например, в него входил мощный воздушный корабль-разгонщик (вес 52 т, длина 38 м, размах 16,5 м), который должен был разгоняться до шестикратной скорости звука (6М), затем с его «спины» на высоте 28—30 км должен был стартовать 10-тонный пилотируемый орбитальный самолёт длиной 8 м и размахом 7,4 м. Причем самолёт-разгонщик до 6 махов предполагалось возможным использовать и как пассажирский самолёт-авиалайнер.
    Позднее решили «урезать карася» и использовать для разгона модифицированный ударно-разведывательный самолёт Т-4 («100») КБ Сухого. Но его утопил Туполев ради своего Ту-160, так что с разгонником не срослось.
    Орбитальный самолёт-космоплан представлял собой летательный аппарат со стреловидным крылом, имеющими отклоняющиеся вверх консоли для изменения поперечного угла атаки. При спуске с орбиты самолёт самобалансировался на разных участках траектории. Фюзеляж был выполнен по схеме несущего корпуса с сильно затупленной оперённой треугольной формой в плане, из-за чего получил прозвище «Лапоть». Теплозащита была выполнена с применением плакированных пластин, то есть покрытой методом горячей прокатки поверхности материала слоем металла. В данном случае был ниобиевый сплав с покрытием на основе дисилицида молибдена. Температура поверхности носовой части фюзеляжа на разных стадиях спуска с орбиты могла достигать 1600 °C.
    Двигательная установка состояла из жидкостного ракетного двигателя (ЖРД) орбитального маневрирования, двух аварийных тормозных ЖРД с вытеснительной системой подачи компонентов топлива на сжатом гелии, блока ориентации, состоящего из 6 двигателей грубой ориентации и 10 двигателей точной ориентации; турбореактивный двигатель для полёта на дозвуковых скоростях и посадки, работающий на керосине.
    Для спасения пилота в случае аварии орбитального самолёта предусматривалась отделяемая кабина в виде капсулы с собственными пороховыми двигателями для отстрела от самолёта на всех этапах его движения от старта до посадки, а также с управляющими двигателями для входа в плотные слои атмосферы.

    Как видите уже из описания — ничего подобного «коммерсанты» не могут создать в принципе. Рутановский «SpaceShipTwo» на порядок проще устроен, и разгоняет его дозвуковой носитель (что, естественно, серьезно снижает эффективность всей задумки с двухступенчатым разгоном).
    В ходе программы для отработки создания орбитального самолёта и демонстрации его реализуемости был созданы подпроекты самолёта-аналога МиГ-105.11, суборбитальных аппаратов-аналогов БОР-1 (Беспилотный орбитальный ракетоплан), БОР-2, БОР-3 и космических аппаратов-аналогов «ЭПОС» (Экспериментальный пилотируемый орбитальный самолёт) БОР-4 и БОР-6.
    БОР-1 первый и единственный запуск 15 июля 1969 года.
    БОР-2 первый запуск в декабре 1969, всего 4 запуска.
    БОР-3 первый запуск в мае 1973, всего 2 запуска.
    Работы по созданию «Спирали», в том числе аналогов её орбитального самолёта, прерванные в 1969 году, были возобновлены в 1974 году. В 1976—1978 годах было проведено 7 испытательных полётов Миг-105.11.
    На дозвуковом аналоге орбитального самолёта МиГ-105.11 проводили испытания лётчики Пётр Остапенко, Игорь Волк, Валерий Меницкий, Александр Федотов. На МиГ-105.11 стартовал из-под фюзеляжа тяжёлого бомбардировщика Ту-95К Авиард Фастовец, окончательный этап испытаний аналога проводил Василий Урядов.

    Запускавшийся уже в рамках программы «Буран», космический аппарат БОР-4 представлял собой беспилотный экспериментальный аппарат, являющийся уменьшенной копией орбитального самолёта «Спирали» в масштабе 1:2.
    Заметьте — вот такой объем работ был проделан государством при том, что окончательная «Спираль» так и не было построена. Задайте себе вопрос — будут «коммерсанты» всё это делать? Да нет же, конечно — всё, что смог себе позволить Рутан под крылышком миллиардера Брэнсона, это создать небольшой демонстратор SpaceShipOne, который с невероятным риском забросили на высоту в 105 км, и как только он смог вернуться — сразу начали делать полноразмерный коммерческий аппарат, на котором собирались возить на орбиту туристов за 200K$ с носа.
    Естественно, подобная техническая афера не могла кончиться ничем хорошим.
    Разработки жаростойких теплозащитных материалов типа «пенокерамика» в рамках проекта «Спираль» велись (что отражено в документе 1966 года) за 15 лет до начала полётов по американской программе Спейс шаттл, а также за 16 лет до первого испытания советских кварцевых плиток на БОРе-4 и за 22 года до полёта «Бурана». Как вы думаете — могут коммерсанты столько времени ждать? Не могут и не будут — они склепают аппарат из того, что уже есть.

    Тем не менее Ричард Бренсон, основатель Virgin Galactic, рассказал в своём интервью Business Insider в сентябре 2017 года что, согласно планам компании, космический корабль SpaceShipTwo совершит полёт в космос уже в ближайшие три месяца. Пока без людей, но в ближайшие полгода в VG планируют совершить и пилотируемый полёт.
    Эти сроки уже озвучивались представителями компании ранее, но сейчас из уст основателя они уже звучат не как примерные подсчёты, а как что-то само собой разумеющееся. Полёт состоится, и это факт.
    «Мы надеемся, что до момента, когда наш корабль окажется в космосе, осталось примерно три месяца. Что касается моего полёта туда, тут придётся подождать полгода», — цитирует слова Ричарда Брэнсона издание Mashable.
    Судя по всему, глава компании не только уверен в успехе полёта, но и в безопасности самого корабля, раз не боится ступить на его борт уже в ближайшее время.
    Virgin Galactic — не единственная американская компания, занимающаяся разработкой космического корабля. В ближайшем будущем пилотируемые полёты на кораблях собственной разработки планируют осуществить SpaceX и Blue Origin, но, согласно заявлениям представителей двух последних, их полёты состоятся не раньше второй половины 2018 года. Поэтому Virgin Galactic, похоже, удастся опередить конкурентов и стать первой коммерческой компанией, совершающей туристические полёты в космос.
     
    tOmbovski volk и dok нравится это.
  3. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 19 мар 2018

    19 марта Россия отмечает День моряка-подводника. Это профессиональный праздник военнослужащих подводных сил ВМФ России, а также гражданского персонала и всех, кто имеет отношение к подводному флоту.


    В наше время подводный флот остается одним из самых важных инструментов обороны нашей страны, неотъемлемым компонентом ядерного щита. Подводники – элита российского флота, сложнейшая и почетнейшая военно-морская профессия. Между тем, еще чуть более 100 лет назад подводный флот только делал в России свои первые шаги. В память о событиях тех лет и была выбрана дата 19 марта для празднования Дня моряка – подводника. С этой датой связано эпохальное событие в истории российского военно-морского флота.
    19 марта (по старому стилю 6 марта) 1906 года, 112 лет назад, император Николай II включил в классификацию судов российского императорского военного флота новый вид судов – подводные лодки. Приказ о включении подводных лодок в состав флота подписал тогдашний морской министр вице-адмирал Алексей Алексеевич Бирилев. Так началась официальная история российского подводного флота, хотя на самом деле о возможностях применения подводных кораблей в России задумались гораздо раньше.
    Еще в 1718 г. плотник Ефим Никонов подал челобитную Петру I с предложением о строительстве «потаенного судна», которое могло бы внезапно атаковать корабли противника. Петру I идея Никонова понравилась и он даже вызвал талантливого мастерового в Петербург, где на верфи приступили к постройке судна. Однако, со смертью Петра разработки прекратились.
    [​IMG]
    Вернулись к теме подводной лодки в России лишь в 1834 году, когда на Александровском литейном заводе по проекту военного инженера генерал-адъютанта Карла Шильдера была построена подводная лодка, вооруженная специальными установками для запуска ракет. Передвигалась лодка с помощью четырех гребков, расположенных попарно на каждом борту лодки, а приводились в действие гребки усилиями матросов-гребцов. Однако, скорость подводного хода лодки не превышала полукилометра в час. Шильдер планировал перевести гребки на электрическое движение, но тогдашний уровень развития технологий еще не позволял реализовать эту задумку. В итоге, в 1841 году испытания лодки и работы по ее совершенствованию были прекращены, а дата создания в России подводного флота опять отдалилась.
    Тем не менее, именно в Российской империи впервые в мире было налажено серийное производство подводных лодок. У его истоков стоял русский инженер и конструктор польского происхождения Степан Карлович Джевецкий. Выходец из богатой и знатной семьи, Джевецкий получил техническое образование в Париже, где познакомился и близко дружил с Гюставом Эйфелем, прославленным автором Эйфелевой башни. Обширные знания Джевецкого привлекли внимание великого князя Константина Николаевича – российского наместника в Царстве Польском, который предложил Степану Карловичу устроиться на службу в Морской технический комитет в Санкт-Петербурге. Во время Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Джевецкий добровольно пошел на Черноморский флот – простым матросом, участвовал в бою парохода «Веста» с турецким броненосцем «Фехти-Булленд», за храбрость получил Георгиевский крест.
    [​IMG]
    После демобилизации Джевецкий жил в Одессе, где и сконструировал первую подводную лодку, построенную на местной верфи на деньги мецената Феодора Родоконаки. Вторая подводная лодка была построена по проекту Джевецкого в 1879 году уже в Санкт-Петербурге, а испытали ее 29 января 1880 года на Серебряном озере в Гатчине, в присутствии наследника престола великого князя Александра Александровича. Наследник престола был в восторге и вскоре последовал заказ на производство целой серии подводных лодок, которые должны были обеспечивать безопасность российских крепостей. В 1881 году лодки построили и распределили по крепостным гарнизонам, но в бою их так и не применили. Низкая эффективность подводных лодок Джевецкого привела к тому, что в 1886 году их сняли с вооружения и более не производили.
    Следующей серьезной вехой в истории российского подводного флота стала постройка подводной лодки «Дельфин» в 1900-1904 гг. Главным конструктором «Дельфина» был русский инженер Иван Григорьевич Бубнов, в 1903 – 1904 гг. руководивший кораблестроительной чертежной Морского технического комитета. В марте 1902 года «миноносец №113» был зачислен в списки флота под названием «миноносец № 150». В октябре 1903 года его зачислили в состав Балтийского флота, в 1904 году перебросили на Дальний Восток – для участия в Русско-японской войне, а 28 февраля 1905 года подводная лодка «Дельфин» под командованием Георгия Завойко впервые вышла в море.
    24 мая 1904 года Российская империя подписала контракт о строительстве для нужд российского военного флота трех подводных лодок типа «Е» («Карп»), изготовленных на судостроительной верфи Фридриха Круппа в Киле (Германия). Поскольку Крупп обещал подарить России в случае заключения контракта свою первую подводную лодку, 7 июня 1904 года подводная лодка «Форель» по железной дороге была перевезена в Россию. Ее сопровождали немецкие офицеры, которые должны были обучить русский экипаж. В России на лодку были установлены два торпедных аппарата, подготовлен экипаж, после чего лодка была зачислена в состав флота как миноносец «Форель» и 25 августа 1904 года переброшена по железной дороге на Дальний Восток, где вошла в состав Сибирской военной флотилии. «Форель» стала первой настоящей и полноценной подводной лодкой русского флота на Тихом океане.
    Еще две подводные лодки Российская империя приобрела в США. Так, 31 мая 1904 года была приобретена лодка «Фултон», построенная по проекту Holland-VIIR Джона Филипа Голланда. В составе российского флота она получила имя «Сом». 18 июня 1904 года в состав российского флота была принята американская подводная лодка «Протектор», получившая в России новое имя «Осетр». Подводная лодка «Сом» дала начало целой серии российских подводных лодок. На Дальнем Востоке из шести подводных лодок был сформирован отряд миноносцев.
    Естественно, что появление в Российской империи своего подводного флота потребовало от морского командования и принятия соответствующих мер по подготовке личного состава. В первую очередь, требовалось подготовить командиров и офицеров подводных лодок. Уже 29 мая 1906 года на военно-морской базе в Либаве был создан Учебный отряд подводного плавания. Его командиром был назначен контр-адмирал Эдуард Николаевич Щенснович – один из «отцов-основателей» подводного плавания и минного дела в российском военно-морском флоте.
    [​IMG]
    Выпускник Морского училища, контр-адмирал Щенснович прошел путь от минного офицера канонерской лодки до командира броненосца, а затем и младшего флагмана Балтийского флота. Во время Русско-японской войны капитан 1 ранга Эдуард Щенснович, командовавший тогда броненосцем «Ретвизан», был тяжело ранен, после чего вернулся на Балтийский флот. Именно ему Николай II и Морское ведомство доверили возглавить необычное и очень важное направление – создание и укрепление российского подводного флота. Именно по инициативе Щенсновича, в Либаве была создана первая в Российской империи полноценная база для подводных лодок, построен специальный бассейн, который мог вместить до 20 подводных лодок. Огромный вклад внес контр-адмирал Щенснович и в разработку «Правил плавания в подводном флоте и отбора людей для службы на подводных лодках», в систему дополнительного образования морских офицеров, готовившихся в Учебном отряде для службы на подводных лодках.
    Первый выпуск офицеров подводного плавания состоялся в 1907 году – российский флот получил 68 дипломированных специалистов – подводников. Только в течение 1907-1909 гг. учебный отряд в Либаве выпустил 103 офицера и 525 специалистов нижних чинов для российских подводных лодок. Интересно, что в 1906-1911 гг. обучение в Либавском отряде прошли и 12 морских врачей, которые также получили специальность офицеров подводного плавания. От врачей, помимо наличия профильного медицинского образования, требовался опыт службы на корабле врачом и двухмесячный опыт плавания на подводной лодке во время учебы. Как видим, к обучению подводников в Либаве подходили достаточно основательно.
    Для российских моряков первое время подводные лодки были чем-то диковинным, но это скорее пробуждало у офицеров и унтер-офицеров интерес к профессии подводника. В те далекие годы служба подводников была очень тяжелой, не шедшей ни в какое сравнение со службой на обычном корабле. Технические особенности тогдашних подводных лодок не могли обеспечить комфортное несение службы, но это не пугало героических моряков, стремившихся попробовать себя в профессии подводника. Офицеры подводной лодки во время плавания спали в небольшой кают-компании, а нижние чины – прямо на рундуках для хранения мин.
    [​IMG]
    25 февраля 1911 года была создана первая в российской истории бригада подводных лодок в составе двух дивизионов, а возглавил бригаду контр-адмирал Павел Павлович Левицкий, сменивший контр-адмирала Эдуарда Щенсновича на посту командира Учебного отряда подводного плавания в Либаве. Левицкий был потомственным моряком, всю жизнь прослужил на флоте, участвовал в Русско-японской войне в должности командира крейсера, а затем командовал Учебным отрядом подводного плавания.
    Темпы создания отечественных подводных лодок активизировались перед Первой мировой войной. Так, уже в 1912 году на Балтийском судостроительном заводе была выпущена дизельная подводная лодка «Барс», вооруженная 12 торпедными аппаратами, 2 артиллерийскими орудиями и 1 пулеметом. После начала войны, в 1915 и 1916 гг., на вооружение Балтийского флота поступили 7 подводных лодок типа «Барс» и 5 подводных лодок «Американский Голланд», которые были приобретены в США, но собраны уже на российской верфи. В годы Первой мировой войны подводный флот уже полноценно применялся. Так, перечисленные лодки совершили 78 боевых походов, потопив 2 крейсера и 16 транспортных судов противника.
    В то же время, вряд ли подводный флот мог похвастать в Российской империи особой любовью со стороны адмиралов и Морского ведомства. Воспитанные «старой школой» российские адмиралы в большинстве своем благоволили к крейсерам и броненосцам надводного флота, считая, что они куда больше заслуживают внимания, чем неказистые подводные лодки. Важность подводного флота понимали и признавали немногочисленные подвижники вроде контр-адмирала Щенсновича, но таких офицеров было в морском командовании не так много. Лишь Первая мировая война, давшая подводникам возможность действительно показать, на что способны подводные лодки и какую роль они будут играть в современной морской войне, способствовала изменению отношения к подводному флоту со стороны морского командования. Однако, в 1917 году произошли Февральская, а затем и Октябрьская революции, серьезно отразившиеся на положении российского флота и на отечественном судостроении.
    Именно в советский период происходило стремительное и быстрое развитие отечественного подводного флота, благодаря которому и современная Россия в настоящее время является одной из крупнейших подводных держав мира. Все сто двенадцать лет официального существования российского подводного флота моряки – подводники остаются элитой российского военно-морского флота. Не зря говорят, что подводники – это особая каста. И это действительно так.
    Сложнейшие условия службы, постоянный риск, нахождение многими месяцами вдали от дома, необходимость осваивать в совершенстве самую современную и трудную технику – все это требует и от офицеров и мичманов, и от матросов не только больших способностей, профессиональных знаний и отменного здоровья, но и небывалой психологической устойчивости. Служба в подводном флоте ВМФ России не зря пользуется таким престижем – и военнослужащие, и даже совершенно далекие от армии и флота люди понимают и всю значимость подводников для страны, и объем трудностей и невзгод, с которыми им приходится сталкиваться.
    В этот знаменательный день «Военное обозрение» поздравляет всех моряков-подводников – адмиралов, офицеров, мичманов, старшин и матросов, ветеранов подводного флота, а также гражданский персонал и членов их семей с Днем моряка-подводника. Вечная память погибшим и покинувшим этот мир морякам-подводникам, долгих лет жизни, крепкого здоровья и отсутствия боевых и небоевых потерь –ныне служащим подводникам и ветеранам.
     
    dok нравится это.
  4. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 21 мар 2018

    Предшественниками минометов были мортиры — короткоствольные крупнокалиберные орудия, появившиеся одновременно с бомбардами, но стрелявшие не настильно, а вверх, после чего выпущенные из них ядра обычно падали на голову противника.
    [​IMG]
    Мортира — крупнокалиберное орудие, предшественник миномета​

    Мортира — крупнокалиберное орудие, предшественник миномета
    Одну такую мортиру под названием "Пумхард" можно увидеть в Военно-историческом музее Вены. Изготовленная в начале XV века, она имела калибр 890 мм, то есть диаметр канала ствола знаменитой "Царь-пушки", и стреляла ядром, вытесанным из камня, весом 800 кг! Однако каменное ядро, хотя от него не защищала никакая крыша, не слишком-то эффективное средство войны. Вы можете стоять буквально в двух шагах от места его падения и только отделаться легким испугом. Вот почему военные очень быстро додумались до того, чтобы стрелять из таких мортир пустотелыми чугунными снарядами, начиненными порохом.
    Для воспламенения заряда внутри такой вот "бомбы" служила запальная трубка со специально запрессованным в нее порохом, который загорался в момент выстрела. Бомба летела, а трубка горела, и когда она падала, то… следовал разрушительный взрыв. Причем поражение неприятелю наносила и бомба своим весом, и взрыв находящегося в ней заряда. А для надежного действия мортир тот же Петр I, например, приказывал своим пушкарям "сначала бомбу в мортире запалить, а затем позади запалить", что, конечно же, было опасно, но зато потом можно было быть уверенным, что снаряд, улетевший к врагу, взорвется непременно. Эффективность мортир была велика, особенно в том случае, если им приходилось стрелять по укреплениям.
    Например, у англичан и французов, осаждавших Севастополь в ходе Крымской войны, не было над обороняющимися превосходства в артиллерии, напротив, оно было у осажденного русского гарнизона. Но у них зато были мортиры и огонь их оказался столь губителен, что наши войска вынуждены были оставить Севастополь!

    Во время русско-японской войны 1904-1905 гг. русские войска, осажденные в Порт-Артуре, додумались наполнять большие шаровые мины камнями и вместе с запальными бикфордовыми шнурами скатывать по деревянным желобам в японские окопы, а вот имевшиеся на складах морские шестовые мины порт-артурцы решили использовать по-другому. Такая мина представляла собой пережиток XIX века — конический железный снаряд на шесте длиной около 15 м, закреплявшийся на носу небольшого парового катера. Катер двигался в сторону неприятельского корабля, при этом мина на шесте находилась довольно глубоко под водой. А дальше катер просто ударял ею борт неприятельского корабля, после чего следовал сильный подводный взрыв, от которого получалась довольно большая пробоина, причем обычно она была ниже спускавшейся в воду обшивки из брони! Конечно, такая атака была, в общем-то, очень опасна и для самого катера, вот почему после изобретения торпед от шестовых мин повсеместно отказались, но… в Порт-Артуре они так и продолжали храниться на складе.
    [​IMG]
    Миномет Уилфреда Стокса и мины к нему​


    Капитан Л. Н. Гобято, которому была поручена реализация идеи стрельбы такими минами на практике, решил использовать для этого одноствольные 47-мм пушки Гочкиса, установленные на примитивном лафете, который обеспечивал стволу угол возвышения от 45 до 65 градусов. В ствол орудия вставлялся укороченный шест с миной и пыж, служащий буфером при выстреле, а сзади гильза с зарядом. Стабилизацию в воздухе обеспечивал четырехлопастный стабилизатор, свободно крутившийся в полете на шесте. В момент выстрела мина взлетала круто кверху, пролетала от 40 до 400 м и падала вниз, производя своим взрывом серьезные разрушения, поскольку при весе в 11,5 кг заряд взрывчатого вещества в ней составлял 6,2 кг! Вот так и родился первый в мире миномет, причем родился не где-нибудь, а именно у нас в России. Вот только российские генералы его тогда совершенно не оценили!

    Не так поступили в Германии, где "сумрачный тевтонский гений" уже накануне первой мировой войны создал заряжавшиеся с дула минометы с нарезным стволом калибром 170 и 240-мм. И едва только война началась, как немцы в массовом масштабе запустили их в производство. А потом война приобрела позиционный характер, и сразу выяснилось, что лучшего оружия для стрельбы по окопам противника просто не найти!
    Началось массовое производства минометов "из всего что под руками", включая даже минометы из рассверленных бревен, обмотанных стальной проволокой, и артиллерийских гильз! До нас дошла сохранившаяся с тех времен фотография, на которой несколько французских солдат стоят возле такого странного "орудия", что не сразу и поймешь. Но тем не менее это самый настоящий миномет, хотя вполне возможно, что ствол его был сделан из водопроводной трубы. Опорой для него являлась деревянная, конической формы, тумба, возможно для веса набитая грунтом. На ней при помощи шарнира закреплен ствол-труба, у которого в задней части хорошо виден опорный диск, приваренный к нему при помощи уголков. И все! Никаких тебе затворов и прицельных приспособлений! Вставляешь в этот ствол заряд, потом шест с оперенной миной на конце, где-то там внизу поджигаешь фитиль и… бабах! Снаряд летит в цель! Главное тут было упереть казенник миномета во что-нибудь твердое, а его переднюю опору установить так, чтобы она не качалась. По сути дела это был один из первых минометов схемы "мнимого треугольника", вот только очень примитивный по конструкции.

    Затем конструкторы остановились на так называемой "глухой схеме". То есть миномет имел плиту и ствол с системой вертикальной наводки. С дула в него, как и раньше вставлялся шест, а мина к нему была надкалиберной, нередко в форме шара из хрупкого чугуна, дававшего много осколков. Один из российских минометов этого типа имел ствол диаметром 89-мм, но зато калибр мины — 250 мм. При этом в ней помещалось 32,5 кг взрывчатки, а летела она на 850 м! В австро-венгерской армии были пневматические минометы — "система Шпитс", действовавшие сжатым воздухом. Это было удобно, так как такой миномет было трудно обнаружить из-за отсутствия "хлопка" и пламени при выстреле. И… неудобно, потому, что требовалось много баллонов со сжатым воздухом и бронированные шланги для его подачи. Так как расстояние между траншеями иногда не превышало десятков метров, были придуманы минометы-метатели, действовавшие силой пружин, например, при помощи автомобильных рессор, как древнеримские катапульты!
    Банки из-под мармелада наполняли взрывчаткой, обкладывали гвоздями и, прикрепив бикфордов шнур для запала, бросали при помощи метателя в окопы противника. В близлежащих домах свинчивали шары с кроватей, а в парках — шары с оград и, наполнив, взрывчаткой, бросали при помощи метателей в неприятеля, ну и, разумеется, использовали гранаты-лимонки промышленного образца!

    Многие минометы, в том числе и заряжавшиеся с дула, были очень тяжелыми, из-за чего для них приходилось оборудовать специальные позиции, глубоко вкопанные в землю. В такой яме, перекрытый бревнами в "три наката", находился и сам миномет и его прислуга, а огонь из него производился через малозаметное отверстие в грунте.

    Тут-то англичанин Уилфред Стокс в 1915 году и придумал свой миномет, лишенный всех противооткатных приспособлений, и состоявший всего из трех деталей. Ствол весил 19, 5 кг, опорная плита — 12,7 кг, двунога — 16,7 кг, то есть общий вес его не превышал 49 кг! Кстати, калибр нового миномета вышел довольно-таки замысловатым — и вот почему. Дело в том, что диаметр мины к нему, имевшей вид простого цилиндра с двумя плоскими крышками на торцах, был равен 76,2-мм, но вот диаметр крышек, т. е. калибр канала ствола, составлял 81 мм, из-за чего даже сами англичане иногда путались в его обозначениях!
    Определить, где у этой мины "перед", а где "зад", можно было по короткой трубке с дырками, которой ее как раз и нужно было опускать в ствол. В эту трубку вставлялся охотничий патрон 12 калибра, а снаружи на нее надевались кольца из ткани, которые начинялись порохом и представляли собой дополнительные заряды. Когда мина опускалась в ствол, она под воздействием силы тяжести быстро скатывалась вниз, где острый боек накалывал капсюль на патроне. Происходил выстрел, пороховые газы, истекая из отверстий на трубке, поджигали эти дополнительные заряды и образовавшиеся в результате газы выбрасывали мину из ствола. Вот только из-за своей цилиндрической формы и отсутствия стабилизирующего оперения она летела кувыркаясь, что отражалось на меткости.
    С другой стороны, в каждую такую мину весом в 4,5 кг входило по целому килограмму амматола. К тому же при падении боком — а именно так эти мины чаще всего и падали, — они не успевали углубиться в землю и взрывались на ее поверхности. Ну, а если мина снаряжалась ядовитым газом, то в цилиндр его входило больше всего. Поэтому при скорострельности миномета Стокса в 25 выстрелов в минуту, он сразу пришелся по душе военным, которые начали требовать его для армии во все возрастающих количествах. Желание увеличить точность огня и дальность стрельбы привели к появлению мин в форме капли, которые применяются в минометах, и по сей день, и именно минометы Стокса находятся сегодня на вооружении практически всех армий мира, хотя об этом сегодня уже никто и не вспоминает.

    Австро-венгерский пневматический миномет
    Удивительно, но опыт использования траншейных минометов в Первой мировой войне в несколько необычной форме нашел свое применение в Японии уже во вторую мировую войну, когда японская армия боролась с американскими десантами на островах Тихого океана. Так, имея тяжелые реактивные мины калибра 280, 300 и даже 400 мм, японцы не стали делать под них минометы, а ограничились простейшими пусковыми приспособлениями, для которых вырывали яму в земле. На наклонной стенке такой ямы, обращенной в сторону неприятеля, устанавливалась прочная деревянная рама, в центре которой под углом укреплялся пусковой штырь в виде трубы, а на него донной частью, надевалась мина. После этого яму закрывали маскировочными сетями и дожидались момента высадки. Пристреливались минометы по урезу воды, потому что во время своего выхода из воды на берег десантная техника бывает особенно уязвима.
    Мины меньших калибров укладывались в… лотки на треноге, а то и вовсе на листы шифера, находящиеся в окопе под углом. В нужный момент подавалась команда, по проводам к минам подавался электрический ток — и тяжелые мины, вращаясь за счет косо расположенных на дне сопел, вылетали из своих ям! Дальность стрельбы была невелика, но ее вполне хватало, чтобы мины могли долететь из джунглей до полосы прибоя, где как раз в это время на берег из воды выкатывались американские плавающие танки и БТРы. Одновременный разрыв этих мин имел фатальные последствия, из-за чего, например, в числе выбывших из строя во время штурма атолла Тарава американцев числились не только убитые и раненые, но было и немало сошедших с ума!

    В годы второй мировой войны минометы активно применялись всеми воюющими сторонами. Появились и реактивные, и самоходные минометы, и даже минометы в ручке лопаты. Однако на советских минометах калибра 120-мм имели место случаи двойного заряжания (мина на мину!) приводившие к гибели людей. Дошло до того, что маршал Жуков издал специальный "Приказ первого заместителя народного комиссара обороны о причинах разрывов минометов" № 0330 от 26 сентября 1944 г. в котором перечислялись и причины этого явления, и указывались меры воздействия на офицеров, допустивших такое у себя в частях. Вскоре, однако, был сконструирован предохранитель от двойного заряжания для всех минометов, стреляющих при помощи спускового механизма, и проблема была исчерпана полностью!


    Перед началом и во время Второй мировой войны минометы достигли своего совершенства. Миглмеьы делились на дульнозарядные (калибра 37 — 120 мм) и казнозарядные (более 120 мм), гладкоствольные и нарезные, на носимые, буксируемые и самоходные. В Красной армии существовали 50-мм ротные, 82-мм батальонные, 107- и 120-мм полковые, 160- и 240-мм дивизионные минометы. В германской армии во Второй мировой войне был меньший выбор калибров — 50,81,105 и 120 мм. В запад-пых странах в I960—1980-х гг. широко распространились минометы американской, французской, английской и израильской разработки калибров 60, 81, 106, 120 и 160 мм. В настоящее время основное внимание уделяется крупнокалиберным самоходным Минометам, например российскому 240-мм М. «Тюльпан» с миной весом 228 кг и дальнобойностью до 18км или 120-мм бронированной английской минометной системы с дальностью стрельбы до 12 км. Боеприпасы к ним оснащаются головками самонаведения, а также помимо осколочно-фугасных мин создаются мины кумулятивного действия для борьбы с бронированными машинами. Минометы малого калибра постепенно выходят из употребления, заменяясь гранатометами, а среднего калибра продолжают использоваться и совершенствоваться.
     
    dok нравится это.
  5. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 23 мар 2018

    Шпицрутен (в переводе с немецкого языка слово Spießrutenlaufen, означает «Spieß» — копье, пика, а слово «Rute» — розга). По сути, данные приспособления представляли собой длинный гибкий гладкий прут из лозы, которые использовались для нанесения ударов по наказуемому человеку. Необходимо заметить, что данный вид наказания был широко распространен в XVII—XIX столетии.

    Впервые возникнув в шведских войсках в XVII столетии, это приспособление спустя совсем немного времени, стало широко использоваться во многих европейских армиях. В русских войсках мера наказания шпицрутенами была внедрена Петром Великим в 1701 году. Изначально наказание использовалось только лишь для солдат сухопутных войск. Шпицрутены время от времени, правда, довольно редко, заранее замачивались в солёной воде. Необходимо подчеркнуть, что наказание шпицрутенами совершалось сослуживцами, рядовыми солдатами, и по этой причине, по сравнению с кнутом, плетьми и розгами, которыми использовал опытный экзекутор, в сущности, не означали ничего позорящего и бесчестящего.
    Однако в дореволюционной России шпицрутены использовались еще для меры воздействия на штатских людей (в большинстве случаев для непривилегированных сословий), в соответствии с решением военного суда либо в случае несоблюдения устава каторжниками.

    Наказуемый должен был пройти сквозь шеренгу солдат, состоящую из сотни—восьмисот человек, они наносили удары прутьями по спине провинившегося. В первой половине XIX столетия количество ударов достигало до шести тысяч. В таком варианте «прогонка сквозь строй» неизменно означало смерть наказуемого солдата. В царской России данное наказание было официально отменено в середине весны 1864 года.
    Существует научная гипотеза, что мера воздействия в виде прогонки сквозь строй ведет свое происхождение еще от групповых наказаний солдат-наемников в Древнем Риме либо от наказаний в Запорожской Сече. При этом, во-первых, наблюдается коллективное признание вины осужденного, потому как приговор выполняется всеми, а, во-вторых – обязательство нести ответственность за наказание солдата-товарища.

    Отрывок из воспоминаний А. И. Ильинского "За полстолетия". Текстприводится по варианту, опубликованному в альманахе "Русская старина", февраль 1894 г., стр. 65-69.
    Следуя хронологическому порядку, соблюдаемому в моих воспоминаниях, не могу здесь умолчать об одном событии,совершившемся в Казани в мае 1849 года. Это — наказание шпицрутенами двухъ известных разбойниковъ — Быкова иего перваго сообщника Чайкина. Я присутствовал на этой ужасной экзекуции, превосходящей все, что человек могпридумать зверскаго и ужаснаго : все роды смертей и казней, все пытки инквизиции бледнеют пред этим страшнымнаказанием. Кто видел его хотя бы раз в жизни, может судить о томъ какой неувядаемый и нетленный венец сплелсебе имнератор Александр Второй отменою телесных наказаний ! Но перехожу к описанию самого события.
    Нужно заметить, что Быков был атаманом шайки, долгое время грабил и убивал, наводя страх на многие уезды губернии.Он неоднократно убгал из казематов и отличался свирепостью и нераскаянностью. Ему было присуждено 12.000 ударовшпицрутенами, а его сообщнику Чайкину, ввиду чистосердечнаго раскаяния, одна тысяча ударов была сбавлена, следовательнопослдний был осужден на 11.000 ударов. Выйдя въ этот день на Грузинскую улицу, я былъ пораженъ невиданным дотоле зрелищемъ :преступники, окруженные жандармами и войсками, при стечении несметной массы народа, были везомы на позорной колеснице.Они сидели другъ против друга, у каждаго на груди была надпись : "убийца". Шествие сопровождалось барабанным боемъ,привлекавшим с улпц и из домов громадное количество народа, пристававшего к шествию, направлявшемуся к Арскомуполю.
    На этом громадном поле был выстроен батальон местнаго гарнизона, под командою командира его, полковника Корейши. Поблизости выстроеннаго баталиона лежала громадныя кучи заготовленных для наказания шпицрутенов. Как ни жестоки иужасны были преступления Быкова и Чайкина, но как люди они все-таки заслуживали если не сожаления, со стороны Корейши,то, по крайней мере, не усугубления присужденнаго неумолимым законом наказания. Однако, Корейша превзошел строгостьзакона : шпицрутенов, по закону, должно входить три в дуло ружья, но были заготовлены более толстые шницрутены, изкоих, как тогда говорили, в дуло ружья не помещалось даже и двух !
    Преступники сошли с позорной колесницы и были напутствованы священником, как пред смертною казнью. Затем их быстрораздели, обнажив туловище до ягодиц ; руки того и другого были привязаны к ружьям, за которыя каждаго преступникавели рослые, крепкие и сильные солдаты. Преступники были бледны, но не потеряли присутствия духа, хотя, по прочтенииконфирмации, на лицах обоих изобразился неописанный ужас. Перваго повели Быкова, а спустя некоторое время Чайкина, такчто оба шли друг за другом, и, получая удары шпицрутенами, испускали раздирающие душу крики и стоны. Уже после первойтысячи ударов спины их побагровели, покрылись лоскутами изрубленнаго мяса и спекшеюся кровью и вспухли, крики преступниковсделались слабее, голос как бы отказывался имъ служить, и во рту у них пересохло. Несмотря, однако, на все это, полковникпостоянно побуждал исполнявших экзекуцию солдатъ бить преступников сильнее. Он кричалъ во все горло : "бейте крепче,негодяям нет пощады !". Тех же солдатъ, которых замечал, немедленно отставляли из фронта, заменяя ихдругими, а виновных в слабости наносимых преступникамударов тут же наказывали тесаком по ягодицам, приподняв фалды мундира.
    Зрелище вообще было страшное и потрясающее : Быков и Чайкин извивались подобно змеям, желая облегчить страшную силусыпавшихся на них ударов, но мощныя руки ведших их мускулистых солдат удерживали эти порывы. За наказуемыми шел докторСоколовский ( городской врач и врач при гимназии. Этого врача не следует смешивать с другим Соколовским, Алексеем Андреевичем,который впоследствии был профессором фармакологии в Казанском и Московском университетах - прим. автора ). Быкову далиуже 5.000 ударов. Соколовский осмотрел его, по-видимому нашел слабым, потому что преступника положили на тележку, двоесолдат везли тележку, и наказание продолжалось. День былъ ветреный : сильный ветер с громадными столбами пыли бил в спинунаказуемых и пыль, смешиваясь с кровью, текшею потоками из исполосованной и превращенной в бифштекс спины преступников,покрыла сплошнуюи вспухшую на спине рану серым налетом. Быкову на тележке дали еще около 1.000 ударов и затем прекратили наказание,так как теперь слышны были только слабые, постепенно стихавшие стоны его, вместо прежде раздававшихся отчаянных и раздирающихдушу криков. В толпе народа были слышны рыдания, как выражения сожаления к преступникам, многие плакали, другие молились,многия женщины падали в обморок, но все это заглушалось барабанным боем. Таким же образом был наказан и шедший поодаль отБыкова Чайкинъ. Он оказался слабее своего атамана и из присужденных ему 11.000 ударов прошел не более 3.000,и былъ положенна тележку, на которой дали ему еще 500 или 600 ударов.
    По прекращении наказания обоих преступников, с слабыми признаками жизни, отправили в городскую больницу для лечения,после чего они, по выздоровлении, должны были получить-таки опять недоданное число ударов. Судьбе, однако, угодно былосжалиться над несчастными : оба они умерли в тот же день. Трупы их доставлены в анатомическийтеатр при университете, где и сделали из них скелеты, по которым и по сие время изучают анатомию.

    А вот как об этом орудии пыток прекрасно описал граф Лев Николаевич Толстой:
    Был я в то время студентом в провинциальном университете. Не знаю, хорошо ли это или дурно, но не было у нас в то время в нашем университете никаких кружков, никаких теорий, а были мы просто молоды и жили, как свойственно молодости: учились и веселились. Был я очень веселый и бойкий малый, да еще и богатый. Был у меня иноходец лихой, катался с гор с барышнями (коньки еще не были в моде), кутил с товарищами (в то время мы ничего, кроме шампанского, не пили; не было денег — ничего не пили, но не пили, как теперь, водку). Главное же мое удовольствие составляли вечера и балы. Танцевал я хорошо и был не безобразен. […предысторию опустим…]

    Пройдя шагов сто, я из-за тумана стал различать много черных людей. Очевидно, солдаты. «Верно, ученье», — подумал я и вместе с кузнецом в засаленном полушубке и фартуке, несшим что-то и шедшим передо мной, подошел ближе. Солдаты в черных мундирах стояли двумя рядами друг против друга, держа ружья к ноге, и не двигались. Позади их стояли барабанщик и флейтщик и не переставая повторяли всё ту же неприятную, визгливую мелодию.
    — Что это они делают? — спросил я у кузнеца, остановившегося рядом со мною.
    — Татарина гоняют за побег, — сердито сказал кузнец, взглядывая в дальний конец рядов.
    Я стал смотреть туда же и увидал посреди рядов что-то страшное, приближающееся ко мне. Приближающееся ко мне был оголенный по пояс человек, привязанный к ружьям двух солдат, которые вели его. Рядом с ним шел высокий военный в шинели и фуражке, фигура которого показалась мне знакомой. Дергаясь всем телом, шлепая ногами по талому снегу, наказываемый, под сыпавшимися с обеих сторон на него ударами, подвигался ко мне, то опрокидываясь назад — и тогда унтер-офицеры, ведшие его за ружья, толкали его вперед, то падая наперед — и тогда унтер-офицеры, удерживая его от падения, тянули его назад. И не отставая от него, шел твердой, подрагивающей походкой высокий военный. Это был ее отец, с своим румяным лицом и белыми усами и бакенбардами.

    При каждом ударе наказываемый, как бы удивляясь, поворачивал сморщенное от страдания лицо в ту сторону, с которой падал удар, и, оскаливая белые зубы, повторял какие-то одни и те же слова. Только когда он был совсем близко, я расслышал эти слова. Он не говорил, а всхлипывал: «Братцы, помилосердуйте. Братцы, помилосердуйте». Но братцы не милосердовали, и, когда шествие совсем поравнялось со мною, я видел, как стоявший против меня солдат решительно выступил шаг вперед и, со свистом взмахнув палкой, сильно шлепнул ею по спине татарина. Татарин дернулся вперед, но унтер-офицеры удержали его, и такой же удар упал на него с другой стороны, и опять с этой, и опять с той. Полковник шел подле, и, поглядывая то себе под ноги, то на наказываемого, втягивал в себя воздух, раздувая щеки, и медленно выпускал его через оттопыренную губу. Когда шествие миновало то место, где я стоял, я мельком увидал между рядов спину наказываемого. Это было что-то такое пестрое, мокрое, красное, неестественное, что я не поверил, чтобы это было тело человека.
    — О Господи, — проговорил подле меня кузнец.

    Шествие стало удаляться, все так же падали с двух сторон удары на спотыкающегося, корчившегося человека, и все так же били барабаны и свистела флейта, и все так же твердым шагом двигалась высокая, статная фигура полковника рядом с наказываемым. Вдруг полковник остановился и быстро приблизился к одному из солдат.
    — Я тебе помажу, — услыхал я его гневный голос. — Будешь мазать? Будешь?
    И я видел, как он своей сильной рукой в замшевой перчатке бил по лицу испуганного малорослого, слабосильного солдата за то, что он недостаточно сильно опустил свою палку на красную спину татарина.
    — Подать свежих шпицрутенов! — крикнул он, оглядываясь, и увидел меня. Делая вид, что он не знает меня, он, грозно и злобно нахмурившись, поспешно отвернулся. Мне было до такой степени стыдно, что, не зная, куда смотреть, как будто я был уличен в самом постыдном поступке, я опустил глаза и поторопился уйти домой. Всю дорогу в ушах у меня то била барабанная дробь и свистела флейта, то слышались слова: «Братцы, помилосердуйте», то я слышал самоуверенный, гневный голос полковника, кричащего: «Будешь мазать? Будешь?» А между тем на сердце была почти физическая, доходившая до тошноты, тоска, такая, что я несколько раз останавливался, и мне казалось, что вот-вот меня вырвет всем тем ужасом, который вошел в меня от этого зрелища. Не помню, как я добрался домой и лег. Но только стал засыпать, услыхал и увидел опять все и вскочил.
    «Очевидно, он что-то знает такое, чего я не знаю, — думал я про полковника. — Если бы я знал то, что он знает, я бы понимал и то, что я видел, и это не мучило бы меня». Но сколько я ни думал, я не мог понять того, что знает полковник, и заснул только к вечеру, и то после того, как пошел к приятелю и напился с ним совсем пьян.

    Теперь небольшая справка: согласно уложению, младшим чинам в армии «за побег» (то есть по современному за дезертирство вне боевых действий) полагалось 2500 ударов шпицрутенами на первый случай, 3500 ударов на второй и так далее. В армию тогда брали на 20-25 лет — поэтому «побеги» случались не так чтобы редко.
    Смертной казни в Российской Империи в 19 веке уже не было. Вместо этого назначалось 6000 и более шпицрутенов — этого не мог выдержать практически никто.

    В октябре 1827 года на рапорте о тайном переходе двух евреев через реку Прут в нарушение карантина, в котором отмечалось, что лишь смертная казнь за нарушения карантина способна их остановить, Николай I написал:«Виновных прогнать сквозь тысячу человек 12 раз. Слава Богу, смертной казни у нас не бывало, и не мне ее вводить».
    12.000 ударов шпицрутенами. Ну вы поняли.

    Кстати, солдат, участвовавших в выступлении декабристов, наказали шпицрутенами поголовно, давали 2500-3500 ударов (в зависимости от прежних заслуг) — так вот там выжило около половины наказанных.
    И вот еще что хотелось бы сказать. Если вы думаете, что это вот — придумано особо злобными русскими, так обломитесь — шпицрутены придумали шведы, и это быстро стало стандартным наказанием в подавляющем большинстве европейских армий. В Россию из Европы это внедрил Петр Первый.
    До шпицрутенов на руси применялось битьё батогами. Батог — это палка толщиной в палец. Битьё батогами было простое (с определенным числом ударов) и нещадное (с неограниченным числом ударов).
    «Вырвать ноздри и бить батогами нещадно» — это типичный смертный приговор во времена Ивана Грозного, «прозванного за жестокость Vasilievich» (так написано в американском учебнике истории).
    При этом считалось, что битьё батогами — это более гуманное наказание, чем битьё плетьми.
     
    dok нравится это.
  6. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 27 мар 2018

    В 1967 году военные вновь «вспомнили» о стратегической авиации. Толчком послужило решение США разрабатывать проект AMSA (Advanced Manned Strategic Aircraft - перспективный пилотируемый стратегический самолет) - будущий В-1.

    28 ноября 1967 года вышло правительственное постановление по новому стратегическому многорежимному самолету. От разработчиков требовалось спроектировать и построить самолет-носитель, обладающий исключительно высокими летными данными. Например, крейсерская скорость на высоте 18000 м оговаривалась 3200-3500 км/ч, дальность полета на этом режиме определялась в пределах 11000-13000 км, дальность полета в высотном полете на дозвуковой скорости и у земли соответственно равнялась 16000-18000 км и 11000-13000 км. Ударное вооружение оговаривалось сменным и включало в себя ракеты воздушного базирования (4 х Х-45, 24 х Х-2000 и др.), а также свободнопадающие и корректируемые бомбы различных типов и назначения, суммарная масса боевой нагрузки достигала 45 тонн.
    Предприятия МАП были привлечены к исследованиям нового самолета на основании приказа Министра авиационной промышленности СССР от 10 января 1969 года. Эту дату можно считать началом конкурса, который был объявлен между тремя конструкторскими бюро: А.Н.Туполева, В.М.Мясищева и П.О.Сухого. На основании этого же приказа предприятия МАП должны были приступить к созданию силовой установки, ракетного вооружения и бортовых систем. Приказ по созданию радиоэлектронного комплекса был отдан Министерством радиоэлектронной промышленности 25 мая 1969 года.
    После объявления конкурса конструкторское бюро П.О.Сухого приступило к разработке стратегического двухрежимного самолета Т-4МС («С» - стратегический), при этом особое внимание уделялось максимальной преемственности его с самолетом Т-4. В частности предполагалось сохранение силовой установки, бортовых систем и оборудования, применение освоенных материалов, типовых конструкторско-технологических решений, а также отработанных технологических процессов. Машина получила шифр - «изделие 200» - по аналогии с «соткой» из-за взлетной массы, приближавшейся к 200 т.
    Началась работа над аванпроектом самолета Т-4МС. За период работы над ним в ОКБ было исследовано несколько вариантов аэродинамических компоновок. Причем вначале была проанализирована возможность создать стратегический самолет путем масштабного изменения самолета Т-4М. Но попытка реализации самолета Т-4МС в компоновочной схеме «100 И» не дала желаемых результатов, поскольку приводила к резкому увеличению габаритов и массы самолета, не обеспечивая размещения полного объема вооружения.

    Конструкторское бюро Сухого было вынуждено искать новые принципы построения компоновочной схемы самолета, которая удовлетворяла бы следующим основным положениям: получение максимально возможных объемов при минимальной омываемой поверхности; обеспечение размещения в грузовых отсеках необходимого состава вооружения; получение максимально возможной жесткости с целью обеспечения полетов на больших скоростях у земли; исключение двигательной установки из силовой схемы самолета с целью обеспечения возможности модификации самолета по типу применяемых двигателей; перспективность компоновки с точки зрения возможности непрерывного улучшения летно-технических данных самолета.
    Работая над последними интегральными компоновками самолета Т-4М, конструкторы ОКБ пришли к выводу, что вариант, удовлетворяющим выше перечисленным условиям - аэродинамическая компоновка интегральной схемы типа «летающее крыло», с изменяемой в полете стреловидностью поворотных консолей сравнительно малой площади.
    Такая компоновка, под номером 2Б, была создана в августе 1970 года конструктором Л.И.Бондаренко, одобрена начальником отдела общих видов О.С.Самойловичем, Главным конструктором Н.С.Черняковым и Генеральным конструктором П.О.Сухим и послужила основой для аванпроекта.
    [​IMG]

    Продувки моделей этой компоновки в аэродинамических трубах ЦАГИ показали возможность реализации высоких значений аэродинамического качества как на дозвуковых, так и на сверхзвуковых скоростях полета.
    Было получено совершенно «фантастическое» аэродинамическое качество (17,5 на М=0,8 и 7,3 на М=3,0). При новой «интегральной» компоновке была также решена проблема упругой деформации крыла. Малая площадь поворотных консолей в сочетании с жестким несущим корпусом центроплана обеспечивали возможность полета на больших скоростях у земли. Поворотные консоли крыла могли изменять стреловидность от 30 до 72 градусов.
    Весь 1971 год велись работы по доводке аванпроекта «двухсотки», в части: увеличения аэродинамического качества путем изменения толщины и формы профиля крыла; повышения дозвуковой крейсерской скорости при применении суперкритических профилей; исследования влияния скосов крыла на работу вертикального оперения и силовой установки; подбора формы крыла в плане с целью отработки устойчивости и управляемости; повышения массовой отдачи топлива за счет оптимальной конструктивно-силовой схемы планера.
    В этом же году были изготовлены продувочные модели, а в аэродинамических трубах ЦАГИ исследованы на моделях различные варианты центроплана, поворотных консолей крыла, вертикального и горизонтального оперений.
    При продувках компоновок Т-4МС было установлено, что самолет не центруется и обладает 5%-й неустойчивостью. Главный конструктор темы Н.С.Черняков принял решение доработать его компоновку. В результате возникли варианты «двухсотки» с длинным носом и горизонтальным оперением. Одна из них, компоновка №8, имела иглообразный нос. Но принята была компоновка с удлиненным носом и слабовыступающим фонарем (все остальное соответствовало изначальной компоновке аванпроекта). Эта работа была закончена в сентябре 1971 года. Экипаж из 3 человек располагался в кабине без выступающего фонаря. Значительное внимание было уделено снижению радиолокационной заметности. Машину предполагалось оснастить четырьмя двигателями НК-101 тягой по 20 тс, имевшими переменную степень двухконтурности. Они размещались в хвостовой части в двух разнесенных гондолах.
    [​IMG]
    Осенью 1972 года на научно-техническом совете в министерстве авиационной промышленности были заслушаны проекты по конкурсу стратегического двухрежимного ударного самолета: изделие «160» с оживальным крылом (на базе Ту-144) ОКБ А.Н.Туполева, Т-4МС ОКБ П.0. Сухого и М-20 ОКБ В.М.Мясищева.
    Проект самолета «160» не получил поддержки из-за его несоответствия ТТХ. Занимавший в то время пост командующего дальней авиацией генерал-полковник В.В. Решетников заявил на заседании по поводу проекта ОКБ А.Н.Туполева: «Вы нам предлагаете фактически пассажирский самолет !» Масла в огонь подлило еще и то, что на докладе было ошибочно завышено аэродинамическое качество представленного самолета.
    Самолет Т-4МС произвел впечатление на военных и привлек большое внимание. Этот самолёт «прорыва» вполне возможно не смогла бы удержать и система ПВО 80-90-х годов.
    Проект самолета М-20 ОКБ В.М.Мясищева, хотя и было отмечено, что он хорошо проработан и удовлетворял требованиям ВВС, был отклонен из-за того, что вновь воссозданное конструкторское бюро не обладало необходимой научно-технической и производственной базой для его осуществления.
    В итоге победителем конкурса стало ОКБ Сухого, имеющее опыт в создании ударного самолета Т-4. Но для постройки «двухсотки» ему необходимо было отдать Казанский завод, а этого никто не хотел. Тем более что в ОКБ создавали новый многофункциональный истребитель Т-10 (Су-27), шли модификации самолетов Су-17М и Т-6 (Су-24). Перевод ОКБ Сухого в «тяжелую» авиацию ставил под угрозу срыва все эти программы.
    [​IMG]
    В конце совещания выступил главнокомандующий ВВС П.С.Кутахов: «Знаете, давайте решать так. Да, проект ОКБ П.О.Сухого лучше, мы отдали ему должное, но оно уже втянулось в разработку истребителя Су-27, который нам очень и очень нужен. Поэтому, примем такое решение: признаем, что победителем конкурса является КБ Сухого, обяжем передать все материалы в КБ Туполева, чтобы оно проводило дальнейшие работы...»
    Конструкторское бюро А.Н. Туполева отказалось от документации по самолету Т-4МС и продолжило работу по формированию облика нового ударного «алюминиевого» самолета с изменяемой стреловидностью крыла, приведшем, в конечном итоге, к созданию бомбардировщика Ту-160. При одинаковой боевой нагрузке с Т-4МС и практически одинаковой дальности полета на дозвуковой скорости Ту-160 имел полётную массу большую на 35% и меньшую в 2-3 раза дальность полета на сверхзвуковой скорости.
    Хотя работы по проекту Т-4МС в ОКБ П.О.Сухого были прекращены после окончания конкурса, идеи, заложенные в этот самолет, были воплощены во многих современных машинах, таких как Су-27, МиГ-29, Ту-160 и помогают создавать самолеты XXI века.
     
    dok нравится это.
  7. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 28 мар 2018

    Благодаря космическому проекту, не имевшему аналогов, СССР сумел предотвратить третью мировую войну. Дав 900 выстрелов из орбитальной пушки на высоте более 300 км, советская космическая флотилия надолго лишила Запад желания вести агрессивную политику в отношении нашей страны и других стран соцлагеря. В связи с 50-летием начала работ по военной космической программе «Алмаз» Военно-промышленная корпорация «НПО машиностроения» рассекретила факты, связанные с ее реализацией в начале 70-х годов.

    Увы, человечество пока не придумало себе другой мотивации, которая бы так активно двигала технический прогресс, как военное противостояние. Сильнее всего оно осуществлялось между двумя ведущими державами - СССР и США - в начале 60-х. Мир оказался на грани войны: в умах военачальников начинали рождаться идеи, связанные с активным использованием орбиты для всевозможных поражений противника и военной разведки.
    В Штатах с этой целью разрабатывали проект MOL (Manned Orbiting Laboratory — «Пилотируемая орбитальная лаборатория»), у нас появился «Алмаз». Проект был сразу очень серьезно засекречен, для него создали специальный космический отряд, обученный приемам военной-разведывательной деятельности в непростых условиях невесомости: Валерий Макрушин, Дмитрий Ююков, Валерий Романов, Владимир Геворкян, Алексей Гречаник. Эти талантливые инженеры с нечеловеческой выдержкой и отменным здоровьем были отобраны в подмосковном Реутове в «НПО машиностроения». В полеты их должны были ставить в паре с военными летчиками.
    Но так получилось, что реально удалось слетать только ранее подготовленным военным летчикам-космонавтам. Вот прославленные космонавты-алмазники, как их называют в отрасли: Павел Попович и Юрий Артюхин (позывной «Беркуты», старт 3 июля 1974 года), Геннадий Сарафанов и Лев Дёмин («Дунаи», 26 августа 1974 года), Борис Волынов и Виталий Жолобов («Байкалы», 6 июля 1976 года), Вячеслав Зудов и Валерий Рождественский («Родоны», 14 октября 1976 года), Виктор Горбатко и Юрий Глазков («Тереки», 7 февраля 1977 года).

    «Звездные войны» списали с советской программы?
    Сейчас многих из них уже нет в живых. Но мне удалось отыскать людей, которые были вплотную связаны с «Алмазом». К ним, безусловно, относится Владимир Абрамович Поляченко, который был в то время главным ведущим конструктором программы в ЦКБМ (прежнее название «НПО машиностроения»).
    - Расскажите, что было до создания пилотируемых станций военного назначения?- Работа велась в двух направлениях, - на уничтожение вражеских спутников-шпионов, и на добычу секретных данных противника. Было у нас несколько нереализованных проектов, легких пилотируемых космических кораблей — ракетопланов. Они не пошли в разработку, поскольку наши предложения по ним опережали в те годы возможности техники. Например, ракетопланы у нас были многоразовыми, а теплозащиты для них еще не придумали.
    Вскоре из ракетоплана родился беспилотный маневрирующий истребитель спутников (ИС). Он был выведен на орбиту в 1963-м году, мог разгоняться в космосе, менять высоту. А, нацелившись на спутник-шпион, взрывал свои боевые части так, что пучок осколков уверенно поражал неприятеля. ИСы стояли у нас на боевом дежурстве, но после соглашения с американцами при Андропове эти работы были свернуты.
    Что касается разведки, то и до станций у нас велась работа в этом направлении, но с использованием автоматических спутников. Как найти корабль или группу кораблей потенциального противника в мировом океане? Самолеты туда не долетали. И Владимир Николаевич Челомей — наш генеральный конструктор - предложил проводить разведку с помощью космических аппаратов.
    Первым из них стал УС (управляемый спутник) с радиолокатором и большой антенной. С помощью группы таких УСов можно было «обшаривать» океан два раза в сутки с высоты 200 километров. Мы стали определять не только координаты, но и состав, и направление движения натовских кораблей. В нашей стране запускались и спутники-фоторазведчики. Но вот проблема — процент удачных кадров с них был невелик. Аппараты ведь фотографировали все подряд, невзирая на облачность, а потому половина снимков была испорчена. В итоге ставка была сделана на людей, которые бы вели съемку осознанно. Вот для них опять же Челомеем и был придуман проект первой в мире пилотируемой станции.

    «Была предусмотрена настоящая пушка»
    Комиссия по приемке эскизного проекта «Алмаза» была образована в 1967 году. На орбиту эта махина весом 18,6 тонн, длиной 13,6 метра и диаметром 4,15 м выводилась ракетой-носителем «Протон». Станция имела три отсека. В первом, носовым, располагалось жилое помещение и обзорные иллюминаторы.
    Во втором экипаж из двух-трех человек должен был иметь возможность в течение двух месяцев (до этого максимальная продолжительность полетов составляла несколько суток) фотографировать интересующие военных наземные объекты и периодически отправлять отснятые пленки на Землю в специальной баллистической капсуле с радиомаяком. В третьем — стыковочный узел.
    Доставка грузов и новых экипажей осуществлялась транспортным кораблём снабжения (ТКС), разработанным по той же программе «Алмаз». Он, кстати, превосходил нынешние корабли «Союз» и грузовики «Прогрессы» тем, что доставлял на станцию в 5 раз больше грузов, а его возвращаемый аппарат уже в те годы был многоразовым: один из них использовался трижды! А еще на «Алмазе» была предусмотрена самая настоящая пушка.
    - Ее доработали для космоса из авиационного 23-миллиметрового орудия Нудельмана, - поясняет Поляченко.
    - А от кого собирались обороняться?
    - В частности, американцы не скрывали тогда габариты грузовых отсеков своих шаттлов, близких к габаритам и массе наших «Алмазов». Во избежание похищения наших кораблей с орбиты, мы и установили надежную защиту.

    Как «Алмаз» заставили стать «Салютом»
    Первый запуск советской станции состоялся 19 апреля 1971 года, на два года раньше американского подобного проекта Sky Lab (MOL к тому времени была свернута).
    Приближалось время открытия XXIV съезда КПСС, и в Политбюро захотели блеснуть перед заокеанскими идеологическими противниками супер-достижением. Но как блистать военной секретной техникой? «А давайте сделаем ее гражданской!» - решили партийные боссы. Такой каприз вылился для конструкторов в Подлипках и в Филях в бессонные ночи за переделкой документации и конструкции ОКБ-52 для эксклюзивного, «подарочного» образца без пушки и шпионского оборудования, а станция в итоге стала называться «Салютом-1». Она пролетала вокруг Земли 175 суток, после чего была затоплена в Тихом океане. На станцию слетали два экипажа: в апреле 1971 года Шаталов, Елисеев и Рукавишников, в июне - Добровольский, Волков и Пацаев (последний экипаж погиб при посадке).

    «Капсулу с пленкой сбрасывали в заданный район»
    По-настоящему секретная, военная станция «Алмаз-1» (официально названная для прикрытия «Салют-2») стартовала в космос 3 апреля 1973 года. Однако на 13-е сутки произошла разгерметизация ее отсеков, и 28 мая, так и не приняв ни разу у себя на борту космонавтов, новенький космический бастион пал в океан около Австралии.
    Получается, по сути дела повезло только «Салюту-3» (он же «Алмаз-2»). В июле 1974 года к станции благополучно стартовали Юрий Артюхин и Павел Попович.
    - У тех парней была особая специализация, - вспоминает Владимир Поляченко. - Они должны были уметь определять, ракетная база под ними или ферма, учиться определять наземные объекты и самостоятельно принимать решение о том, интересны они или нет военному руководству. Их учили обращаться со сложнейшей аппаратурой, передавать пленку. Это сейчас можно вести электронно-оптическую съемку и по спутниковой связи передавать ее на Землю, но тогда этого не было.
    [​IMG]
    П.Р. Попович и Ю.П. Артюхин в бытовом отсеке ОПС «Алмаз»​
    На станции была капсула, космонавты клали в нее пленку, и та летела вниз в заданный район (в случае попадания капсулы не туда был предусмотрен вариант ее подрыва со всеми секретными данными).
    Когда первая пленка с изображением реальных военных баз американцев легла на стол начальникам ГРУ Генштаба, те поразились четкости этих снимков. Ведь разрешение их было чуть больше 1 метра, почти такое же, что получают с автоматических спутников дистанционного зондирования Земли современные ученые. Ширина пленки достигала 40 сантиметров. Номера на автомашине не разглядеть, а вот марку определить - легко.
    Обычно между процессом съемки и попаданием в разведотдел могло пройти недели две, базы ведь не перемещаются каждый день, а потому и не спешили. Но были ситуации, когда передавать информацию надо было немедленно, и для этого существовал еще один канал — для пленки шириной 50 см. Она проявлялась прямо на борту и сразу помещалась под телекамеру. ТВ-изображение тут же передавалось на Землю. Было оно чуть хуже, чем на обычной пленке, но оперативность была очень высокой.
    Был на борту отсек с пультом управления и оптическим визиром, позволяющим останавливать «бег» земной поверхности и наблюдать отдельные детали, - вспоминает другой ветеран космонавтики, начальник научно-исследовательского центра «НПО машиностроения» Леонард Смиричевский. - Это был самый интересный для экипажа прибор. Его оригинальная конструкция позволяла видеть участки Земли как бы в остановленном положении с увеличением до 120 раз. «Остановка бега Земли» осуществлялась кнопкой «синхронизация». За 50 предоставленных этим прибором секунд космонавт мог посчитать до 100-120 самолетов на военном аэродроме.

    «Побыла бы ты, милая, на моем месте»
    На «Алмазе» было очень шумно. Особенно в моменты, когда станция начинала поворачиваться. Гул стоял такой, что специалисты на Земле очень боялись за психику космонавтов. Кстати, их не оставляли одних никогда. Даже в периоды, когда станцию теряли из виду наблюдатели на территории СССР, их вели специалисты с корабельных командно-измерительных пунктов, которые базировались у берегов Кубы. Один из кораблей назывался «Космонавт Юрий Гагарин», и управлял полетом с него Леонард Смиричевский.
    - Каждый день их был напряженнейшим, отчего бывали даже и срывы, - вспоминает он. - «Эх, Юра, - говорил с орбиты инструктору Юрию Глазкову Павел Попович, не скрывая своей усталости от монотонного труда, - Нам бы только по паре вагончиков угля разгрузить бы». Да нам, если честно, самим этого хотелось, ведь мы вели станцию по 12 часов в сутки, сидя у пульта связи.

    Случалось, что обстановку разряжали курьезы. Со станцией были закрытые (секретные) и открытые каналы радиосвязи. По открытым сотрудники ЦУПа (естественно, только они) космонавтам непрерывно переправляли музыку, радиопередачи, они спокойно могли заказать разговор с родными, и мы их соединяли. Но однажды на станцию позвонили... по обычному межгороду. Трубку на орбите взял Попович.
    - Алло. Кто это? - говорила с Земли незнакомая женщина.
    - Попович!
    - Кто, кто?
    - Попович Павел Романович.
    - Что вы хулиганите? Кто вы?
    - Командир орбитальной станции «Салют-3», летчик космонавт СССР Попович Павел Романович.
    - А почему у вас голос дрожит? Что вы хулиганите! Кто это?
    - Побыла бы ты милая, на моем месте, послушал бы я твой голос.
    Последовало гробовое молчание... Каким образом эта женщина вышла с обычного телефона на борт станции и что с ей стало после такого диалога, - остается загадкой и по сей день.

    Из пушки по невидимым воробьям
    Но вот еще один вопрос — стреляла ли пушка, установленная на «Алмазе»? По словам Поляченко, это произошло после того, как космонавты покинули станцию и благополучно приземлились.
    - Я присутствовал на земных испытания этой пушки, — говорит Владимир Абрамович, - мы были в бункере, но уши закладывало хорошо. Мы опасались, что стрельба из пушки в присутствии космонавтов могла испортить их психику. Поэтому устроили ее после их посадки космонавтов, при управлении станцией в автоматическом режиме 24 января 1975 года.
    Сейчас, при огромном скоплении спутников и космического мусора на орбите, это было бы почти невозможно. Пушка стреляла на большое расстояние, производя 950 выстрелов в минуту. 200-граммовые снаряды летели со скоростью 690 м/с. Выпущенные против вектора орбитальной скорости станции, то есть назад, они вошли в атмосферу и сгорели раньше станции.

    По утверждению разработчиков, в наземных испытаниях на дальности более километра залп из пушки перерезал пополам металлическую бочку из-под бензина. Представьте, во что превратился бы вражеский спутник-шпион! Кстати, пушку можно было наводить в любую точку пространства через прицел. Станция при этом тоже поворачивалась бы вручную или дистанционно с Земли. Стрельбой из пушки управлял программно-контрольный аппарат, который за 5 секунд вычислял направление и мощность залпа, требуемого для разрушения цели.
    Записанные во время стрельбы специальными приборами вибрация и шумы оказались в пределах нормы, станция не разрушилась, но отдачу от выстрела, будь там в этот момент Артюхин с Поповичем, они бы почувствовали, даже несмотря на работающие в этот момент стабилизационные двигатели.
    Позже, по словам Поляченко, в НПО придумали снаряды системы «космос-космос» со своими двигателями и системами наведения, которые уже не давали такой отдачи и шума. Они были изготовлены и должны были устанавливаться на следующих станциях «Алмаз».

    «Алмаз» - кладезь технических решений
    - Летающая сегодня станция МКС — это наследие нашего «Алмаза», - говорит Поляченко. - Корпус нашей орбитальной станции НПО «Энергия» (РКК «Энергия»- Н.В.) позаимствовала для создания служебного модуля МКС «Звезда», модуль «Заря», с которого началось строительство МКС, — это наш транспортный корабль.
    Рассекреченные еще несколько лет назад документы по теплозащите возвращаемого аппарата ТКС специалисты уже передали российским создателям нового пилотируемого корабля «Федерация», который также хотят сделать многоразовым, как и ТКС, а также в США и Великобританию. Идея будет применена американцами в перспективном корабле «Орион», который уже проходит летные испытания.
    Но много осталось еще технических решений «Алмаза», которые, по словам моего собеседника, даже спустя 45 лет, остаются актуальными, но не востребованными, взять хотя бы эргономику, которая была более совершенной именно на военной станции.

    «Кондор» продолжает дело «Алмаза»
    Всего в рамках программы «Алмаз» на орбиту было запущено пять станций: пилотируемые «Салют-2», «Салют-3», «Салют-5», а также их автоматические модификации «Космос-1870» и «Алмаз-1». Предполагалось вывести еще и автоматический «Алмаз-2», но случился распад Советского Союза и ввиду тяжелого состояния экономики работы были остановлены.
    Сегодня им на смену сотрудники «НПО машиностроения» разработали спутник дистанционного зондирования Земли «Кондор». Первый аппарат этой серии был запущен на орбиту в 2013 году. Он снабжен системой радиолокационной съемки поверхности Земли, то есть для него не существует преград ни ночью, ни при густой облачности.
     
    dok нравится это.
  8. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 29 мар 2018
    «Ядерный ранец» – расхожее наименование малогабаритного диверсионного боеприпаса, переносимого одним (легкий вариант) или двумя (тяжелый) бойцами спецназа.

    Иногда такая поклажа классифицируется как специальные ядерные мины или фугасы. Это, как правило, боеприпасы действительно ранцевого типа, представляющие собой транспортно-упаковочный контейнер с ядерным зарядом, блоком автоматики с панелью кодоблокировки, источником энергопитания, радиоприемным и часовым устройствами, прочими необходимыми приспособлениями. Но на самом ли деле назывался один из них РЯ-6 («ранец ядерный шестой»), как утверждал в русскоязычном американском журнале «Вестник Online» известный публицист, а в прошлом полковник инженерных войск Советской армии Марк Штейнберг, неизвестно. Никаких тому подтверждений в иных находящихся в публичном обороте источниках нет. Но и оснований не доверять Марку Иосифовичу не имеется.

    Особый арсенал
    Из открытых официозных (но неофициальных) источников известно, что в нашей стране диверсионные портативные ядерные взрывные устройства (ЯВУ) серийно производились в 1967–1993 годах. Выпущено их было примерно 250. В частях и подразделениях специального назначения ГРУ, в том числе морских («очаковская» 17-я отдельная бригада специального назначения Черноморского флота, после распада СССР отошедшая Украине, и морские разведывательные пункты специального назначения всех флотов и Каспийской флотилии), личный состав проходил подготовку с их массогабаритными макетами. Сами же такие ЯВУ (РА41, РА47, РА97, РА115 и его модификация для боевых пловцов РА115-01) были сосредоточены в особом арсенале 12-го Главного управления Минобороны СССР.

    Процитируем, однако, Штейнберга: «Вес РЯ-6 – около 25 килограммов. Заряд он имеет термоядерный, в котором применены торий и калифорний. Мощность заряда варьируется от 0,2 до 1 килотонны по тротиловому эквиваленту… Благодаря небольшим габаритам его сравнительно легко пронести, установить и замаскировать у плотины, аэропорта, атомной электростанции или другого жизненно важного объекта. Ядерный фугас активируется либо взрывателем замедленного действия, либо аппаратурой дистанционного управления на дальности до 40 километров. Он снабжен несколькими системами необезвреживаемости: вибрационной, оптической, акустической и электромагнитной, так что снять его с места установки или нейтрализовать практически невозможно».
    Исходя из характеристики ядерной начинки уместно предположить, что сами заряды скорее всего не являлись долгохранимыми из-за естественной радиохимической деградации калифорния и требовали периодического освежения. Видимо, заряды были все-таки не термоядерными, а ядерными с термоядерным бустированием (с применением дейтерий-тритиевого узла для повышения эффективности использования делящегося материала).

    «Ядерные ранцы» предназначались для уничтожения диверсионно-разведывательными группами спецназа особо важных объектов, военных либо экономической инфраструктуры и т. п. Доставка групп могла осуществляться по воздуху (с парашютным десантированием, в том числе в легководолазном снаряжении) и, например, подводными лодками и замаскированными под безобидные вспомогательные суда разведывательными кораблями, имеющими на борту торпедообразные двухместные носители боевых пловцов типа «Сирена», снабженные вместительным грузовым контейнером. В принципе советские водолазы-разведчики (боевые пловцы) могли размещаться и на борту судов торгового и промыслового флота, посещающих зарубежные порты.
    По опубликованным сведениям, к началу 1994 года в распоряжении ВС РФ оставалось 150 ЯВУ серии РА115, все предыдущие образцы были к тому времени ликвидированы. Такая же судьба в соответствии со взятыми на себя Россией обязательствами постигла через четыре года и РА115. Американцы сделали то же самое со своими диверсионными ЯВУ чуть раньше.

    Атомные береты
    Соединенные Штаты первыми создали такого рода оружие. В 1964–1983 годах для частей зеленых беретов, рейнджеров и SEAL (боевые пловцы) там выпустили более 600 диверсионных ЯВУ М129 (масса – 27 кг) и М159 (70 кг), классифицируемых как SADM (special atomic demolition munitions – специальные атомные подрывные боеприпасы). Заряд мощностью 0,1–1 килотонна был создан на основе W-54 малогабаритного ядерного снаряда, применявшегося в атомных безоткатных орудиях системы Davy Crocket.
    В США отрабатывались различные способы применения портативных ЯВУ, в том числе транспортируемых к цели парашютистами-аквалангистами (отрабатывался сброс в воду с патрульного гидросамолета P-5 Marlin, вертолетов СH-46 Sea Knight и SH-3 Sea King и др.). Боевыми уставами для подразделений, применяющих SADM, служили, в частности, полевые наставления FM 5-26 «Применение атомных подрывных боеприпасов» (Employment of Atomic Demolition Munitions) и FM 31-20 «Оперативные приемы сил специального назначения» (Special Forces Operational Techniques).
    В принципе главной задачей американских атомных минеров (а это были еще и особые подразделения инженерных войск, имеющие на вооружении тяжелые ядерные фугасы, перевозимые на автомобилях) было создание зон разрушений и при подрыве ГЭС и шлюзов затоплений, чтобы ограничить маневренность войск противника и существенно снизить возможности их материального обеспечения. В то же время способность ССО действовать в глубоком тылу противника, в том числе будучи доставленными туда превентивно, превращала «ядерные ранцы» в стратегическое оружие, позволяющее уничтожать критически важные объекты, в том числе защищенные (включая пункты управления), которые могли бы уцелеть при ракетно-ядерных ударах. И хотя имеющаяся информация говорит об отказе обеих сторон от оружия категории SADM и не фиксирует его наличия у прочих государств, реально дело может обстоять иначе. Cкажем, на парадах в Пхеньяне любят возить в грузовиках бойцов северокорейского спецназа с «ядерными ранцами», демонстративно украшенными знаком радиоактивности. Конечно, создание таких ЯВУ требует прорывных достижений в миниатюризации ядерных зарядов, так что пока это, наверное, только муляжи. Но что там будет завтра – можно только догадываться.
     
    dok нравится это.
  9. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 30 мар 2018

    Казачья шашка. Казалось бы, про этот вид холодного оружия написано столько, что добавить что-нибудь новое практически невозможно. Однако, несмотря на широчайшую популярность (а, возможно, и благодаря ей) вокруг шашки создано столько легенд и мифов, что поспорить с ними могут только не менее многочисленные сказки про японскую катану. Какое же на самом деле место это казачье оружие занимало в комплексе вооружения российской армии? Что представляла собой реальная рубка шашкой? И в чем кардинальные отличия казачьей шашки от сабли, которой на протяжении столетий пользовались в Европе и на Востоке?
    Шашка – это разновидность длинноклинкового холодного оружия, которым можно наносить как колющие, так и рубящие удары. Клинок шашки однолезвийный, слабо изогнутый, общая длина оружия обычно не превышает одного метра. Иногда (довольно редко) встречаются и экземпляры с полуторной заточкой. Эфес шашки состоит из изогнутой рукояти без гарды, что является характерным отличительным признаком этого оружия.​
    Для него обычно изготавливали деревянные ножны, сверху обтянутые кожей и имевшие специальные кольца для ношения на портупее. Еще следует отметить, что особенностью шашки являлось то, что ее всегда носили лезвием вверх.

    В российской армии использовали два типа шашек: с дужкой (драгунский тип) и без нее (азиатский или кавказский тип). Шашки, которые имели дужку на эфесе, очень напоминали обычную саблю, но, тем не менее, они не относились к этому виду оружия.
    Казачья шашка применялась на протяжении столетий. После того как казаки стали неотъемлемой частью регулярной кавалерии, шашка вошла в комплекс вооружения российской армии. В конце XIX века была предпринята попытка унифицировать это оружие, в результате чего появились шашки образца 1881 года.
    Шашку можно считать последним видом холодного оружия, который массово применяла регулярная армия. Речь идет о кавалерийских подразделениях Красной армии, принимавших активное участие в сражениях Великой Отечественной войны. Вместе с советскими конниками шашка встретила победу в поверженном Берлине. После упразднения кавалерии шашка превратилась в исключительно парадное оружие, им и сегодня вооружены военнослужащие, входящие в состав почетных караулов.
    В 50-е годы серийный выпуск шашек в Советском Союзе был прекращен.

    История казачьей шашки
    Мифы о казачьей шашке неотделимы от представителей того воинского сословия, которое пользовалось ею. Наиболее распространённое заблуждение связано с происхождением этого оружия. Многие до сих пор уверены, что шашка – это оружие, которое родилось в казацкой среде. Это не соответствует действительности.
    [​IMG]
    Казачество – как явление социальное и политическое – возникло на пограничных территориях, где не существовало государственной власти, зато присутствовала постоянная военная угроза. Комплекс вооружений казаков формировался под влиянием окружающих их народов, причем главным примером для подражания служили не польские или российские образцы. Основным источником для заимствований служили Турция и Великая Степь. И речь идет не только об оружии. Длинные усы, чубы, яркие шаровары, кривые сабли, да и сама тактика ведения боевых действий – посудите сами, кого это больше вам напоминает, Европу или привычный уклад кочевых народов Причерноморья? Еще можно добавить, что казацкий арсенал нередко формировался за счет военных трофеев.
    Шашка не является исключением. Казаки позаимствовали это оружие на Кавказе. Считается, что шашку придумали адыгеи (черкесы), у которых ее «позаимствовали» кубанские и терские казаки. Шашка была известна уже в XII—XIII столетиях, но долгое время она была лишь вспомогательным оружием, которое лишь дополняло саблю или меч, и вела свою родословную от большого ножа. Изначально шашку носили практически под мышкой левой руки, при этом она обязательно подвешивалась лезвием вверх. В адыгейском языке это оружие называется «сэшхуэ» или «сашхо», что означает «большой или длинный нож». Первое письменное описание шашки датируется 1625 годом.

    Офицер российской армии Ф. Ф. Тарнау, служивший в 30-е годы XIX столетия на Кавказе, вспоминал, что самым страшным оружием черкесов была шашка, которую они называли «саженшхуа». По словам Тарнау, это оружие имело остроту бритвы и использовалось горцами для нанесения ударов, а не для защиты. Раны, нанесенные шашками, часто бывали смертельными.​
    Только после широкого распространения огнестрельного оружия и полного выхода из употребления массивных металлических доспехов шашка начинает вытеснять саблю. Сначала это случилось на Кавказе, а затем и регионах, которые примыкали к нему. При этом внешний вид оружия претерпел значительные изменения: шашка стала длиннее, массивнее, ее изгиб стал более выраженным.

    Мысли об унификации холодного оружия, стоявшего на вооружении российской армии, возникли у армейского руководства практически сразу после окончания Крымской войны. Однако эта реформа постоянно откладывалась. И только в конце XIX века шашка была официально принята на вооружение кавалерийских частей российской армии, а также офицерского корпуса и артиллерийской прислуги. Исключение составили лишь гусарские и уланские полки, а также некоторые части лейб-гвардии, которые, как и прежде продолжали использовать сабли. Кроме того, шашка стала уставным оружием полиции и жандармерии. Руководил данной реформой генерал-лейтенант А. П. Горлов.
    Одним из главных споров военных теоретиков XIX века, касавшихся кавалерии, был диспут о том, что более эффективно в бою для всадника: рубить саблей или колоть палашом. Каждая из сторон имела свои доводы и яростно отстаивала их. Западная кавалерия, кирасиры и кавалергарды, была вооружена палашами, предназначенными для нанесения колющих ударов. Но на Востоке основным оружием всадника на протяжении столетий была именно сабля, которая весьма эффективно применялась.
    Реформа 1881 года заменила все драгунские, кавалерийские и пехотные сабли на драгунские и казачьи шашки единого образца.
    Драгунская шашка на эфесе имела защитную дужку, для казачьих шашек решили оставить традиционный эфес. Также была принята на вооружение и артиллерийская шашка, которая представляла собой несколько укороченный вариант драгунской.
    [​IMG]
    Шашка имела деревянные ножны, которые сверху были обтянуты кожей. До 1888 года ножны имели специальную колоду для хранения штыка, позже она была заменена специальными гнездами. Ножны имели металлическое устье и наконечник. Эфес солдатской драгунской шашки состоял из деревянной рукояти с металлической головкой и гарды. На рукояти были выполнены продольные наклонные желобки. Гарда была образована передней дужкой, которая плавно переходила в крестовину. Вторая дужка имела отверстие округлой формы.
    Офицерская драгунская шашка образца 1881 года имела клинок незначительной кривизны с двулезвийной заточкой у боевого конца. Клинок мог иметь один широкий дол или же два узких долика у обуха и широкий дол. Общая длина клинка составляла примерно 810 мм, а общая длина шашки – 960 мм. Шашка имела деревянные ножны, обтянутые кожей с металлическим устьем и наконечником.
    Эфес оружия также состоял из деревянной рукояти с металлической головкой и гардой с передней дужкой. В 1909 году эфес офицерской драгунской шашки был изменен. Был увеличен наклон рукояти, она получила продольные желобки, на верхней втулке появился растительный орнамент, а также вензель императора, в правление которого офицер получил свой первый чин.
    [​IMG]
    Шашки казачьи образца 1881 года также были двух видов: офицерские и предназначенные для нижних чинов. Клинок казачьей шашки образца 1881 года имел сравнительно малый изгиб (примерно 18 мм), его острие было смещено на среднюю линию. Можно сказать, что форма клинка казачьей шашки полностью повторяла геометрию клинка аналогичных видов драгунской шашки. Боевая часть оружия была обоюдоострой.
    Следует отметить, что на самом деле боевая часть редко затачивалась с двух сторон, обычно это делалось по индивидуальному желанию владельца. Обух, достигнув места на клинке, где оканчивались долы (его еще называют «центром удара»), сходил на нет и образовывал фальшлезвие. Такое строение клинка более характерно для восточного оружия. Считается, что во время удара такой клинок может нанести более глубокую рану.
    Казачья шашка для нижних чинов имела общую длину 1020 мм и длину клинка – 870 мм. Она имела прямую рукоять, которую от клинка отделяла литая бронзовая втулка. Ножны казачьих шашек для нижних чинов не имели крепления для штыка, так как он к карабинам казаков не предусматривался.
    Офицерская казачья шашка образца 1881 года имела общую длину 960 мм и длину клинка – 810 мм. Кроме размеров, ее отличали от солдатского варианта форма рукояти и конструкция ее крепления.
    Новое оружие практически сразу же попало под шквал критики. В результате реформы в 1881 году российская армия получила странный гибрид палаша и сабли. По сути, это была попытка создать оружие, которое бы позволяло использовать в бою как укол, так и рубящий удар. Однако, по свидетельствам современников, ничего хорошего из этого не получилось. Оружейник Владимир Федоров, будущий создатель первого русского автомата, написал, что боевые свойства новой шашки заметно уступают и восточным саблям, и палашам. Если говорить прямо, то новое оружие плохо и кололо, и рубило.

    По мнению все того же Федорова, новая шашка неудовлетворительно рубила, потому что ее клинок не имел достаточной кривизны, которой отличается большинство сабель. Кроме того, чтобы шашка лучше колола, линия ее рукояти была направлена в острие, что еще более ухудшило рубящие свойства оружия. А хорошо рубить она не могла, потому что клинок имел кривизну, что мешало его проникновению. Также рубящие свойства ухудшало расположение центра тяжести оружия.
    Практически сразу после введения оружия в эксплуатацию встал вопрос о его замене. Однако процесс опять затянулся, а позже и потерял свою актуальность. Просто пришло другое время, эпоха пулеметов, артиллерии, танков и боевых аэропланов.
    Несмотря на реформы и унификацию, использовались в российской армии и другие виды этого оружия. Например, шашка образца 1834 года азиатского типа, она была официально утверждена в 1903 году. Следует упомянуть казачью шашку образца 1839 года с окованной латунью рукоятью.
    В 1917 году шашка была принята на вооружение РККА, кроме национальных кавказских частей, которые продолжили пользоваться своим традиционным оружием.
    В 1928 году на вооружение Красной армии был принят новый образец казачьей шашки, который, впрочем, мало чем отличался от оружия образца 1881 года.
    В 1940 году была введена новая парадная шашка для генералов, которую в 1949 году заменили кортиком.
    [​IMG]
    С 60-х годов шашка стала наградным оружием.
    Вскоре после войны кавалерия, как род войск, прекратила свое существование, и серийное производство шашек было прекращено. Его возобновили опять уже в конце 90-х годов прошлого века, так как возрождение казачества вызвало значительный спрос на это оружие.
    В наши дни шашка является неотъемлемым атрибутом культуры российского казачества и одним из главных элементов традиционного костюма казаков.

    Применение шашки в бою
    Существует распространенный миф о высоких фехтовальных свойствах шашки и об особых умениях казаков в этой области. Увы, он не соответствует действительности. Дело в том, что холодное оружие шашка вообще не слишком подходит для фехтования.
    Это оружие не имеет гарды, благодаря чему сильно смещается его центр тяжести. Поэтому шашкой практически невозможно защищаться от оружия противника, зато ею очень хорошо рубить. По своему внешнему виду шашка сильно напоминает саблю, однако по своему функционалу это два абсолютно разных типа оружия.
    Защищаться с помощью шашки, проводить сложные фехтовальные финты, вольты и мулине вряд ли получиться. Плохо подходит она и для нанесения колющих ударов, опять же из-за смещенного центра тяжести оружия и слабовыраженного острия, которое часто и вовсе не затачивали. Зато, с помощью шашки можно было нанести хороший удар, усиленный инерцией движения всадника, который мог «развалить» супостата «до седла». Причем увернуться или закрыться от такого удара крайне сложно. Именно за такое свойство кавалеристы и любили это оружие.
    [​IMG]
    Шашка носилась лезвием вверх, благодаря чему это оружие можно было мгновенно извлечь из ножен и одним движением нанести противнику полноценный удар. Возможность нанесения первого удара – это одно из основных преимуществ шашки.
    Кроме того, шашка имела очень простую конструкцию, что делало ее простой как в изготовлении, так и в применении. Базовая подготовка новобранцев-кавалеристов обращению с шашкой обычно сводилась к минимуму.
    Никаких данных об особых фехтовальных умениях казаков раннего, «доармейского» периода, не сохранилось. Основной системой кодификации воинских знаний и умений являются армейские уставы. Так вот, в «Уставе казачьей службы», выпущенным в 1889 году, для шашки были предусмотрены только три варианта применения: горизонтальная рубка, вертикальная рубка и укол влево. А спешившись, казак вообще должен был забыть о шашке и действовать уставным кавказским кинжалом. Надо отметить, что в этом документе гораздо больше места уделено отдаче чести шашкой, чем ее использованию в конном бою. Основным холодным оружием казацких подразделений XIX века оставалась пика.
    В «Строевом уставе конницы РККА» за 1938 год действия шашкой сведены все к тем же основным действиям: двум видам рубки и нескольким уколам. Правда, гораздо больше внимания уделяется пешему фехтованию кавалериста, но для него предполагалось использовать эспадрон – специальную фехтовальную саблю.
    Большинство мифов о мастерах фехтования казачьей шашкой появились благодаря различным хореографическим ансамблям, которые во время своих выступлений используют это оружие или что-то на него очень похожее. Подобные коллективы показывают зрителям действительно впечатляющие шоу, с умопомрачительными кульбитами и размахиванием шашками. Ничего плохого в этом, конечно же, нет, но стоит понимать, что такие представления крайне далеки от традиционных воинских умений казаков.
     
    tOmbovski volk и dok нравится это.
  10. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 1 апр 2018

    14 сентября 1954 года на Тоцком полигоне впервые в советской истории состоялись войсковые учения с применением ядерного оружия. После взрыва атомной бомбы войска получили приказ атаковать позиции условного противника в зоне поражения. Учитывая, что больше 30 лет вся информация была засекречена, вокруг этой темы появилось множество мифов. Лайф разобрался в этой противоречивой истории.

    Как и в случае с созданием атомной бомбы, в деле войсковых учений с применением ядерного оружия СССР оказался в роли догоняющих. Американцы начиная с 1951 года развернули весьма активную деятельность и за шесть лет провели несколько подобных испытаний. Все они преследовали разные цели. Поначалу проводились только тактические манёвры. В более поздних испытаниях отрабатывалось взаимодействие различных родов войск после нанесения атомного удара по противнику. Немаловажной частью испытаний было исследование психологии военнослужащих и их реакции на атомный взрыв.
    В СССР об этих испытаниях не могли не знать. Хотя бы потому, что в 1953 году американцы немного перестарались и устроили радиационное загрязнение в Юте, что вызвало громкий скандал.
    Советский Союз в то время ещё не имел средств доставки ядерного оружия, способных нанести удар по США. Тем не менее уже в последние годы жизни Сталина началась подготовка подобных учений. Создавалась специализированная литература по ведению боевых действий в условиях ядерного конфликта, защиты от поражающих факторов и т.д.
    К 1953 году СССР уже был готов провести войсковые испытания. Теперь одним махом можно было догнать и перегнать американцев. Те ограничивались участием небольших групп военнослужащих, численностью от 10 до 20 тысяч человек, половина из которых вообще не участвовала в манёврах в поражённой местности. Советское Министерство обороны предложило задействовать в учениях сразу 45 тысяч военнослужащих.
    Кроме того, советская бомба РДС-2 имела мощность 38 кт, что было в два с лишним раза больше мощности бомбы, сброшенной на Хиросиму, и примерно на 6–8 кт больше, чем на американских испытаниях.
    [​IMG]
    Окончательное решение о проведении войсковых учений с применением ядерного оружия было принято осенью 1953 года. Первоначально планировалось использовать для этих целей полигон Капустин Яр. Однако на тот момент это был единственный советский полигон для испытания баллистических ракет, и план отменили. Начались поиски подходящего места.
    Весной 1954 года в качестве окончательной цели был выбран Тоцкий полигон в Оренбургской области. Оценивавшие полигон военные основывались на нескольких его преимуществах. Во-первых, он находился в относительно малонаселённой местности. Во-вторых, пересечённая местность представляла интерес для исследователей, поскольку можно было оценить её влияние на поражающие факторы. В-третьих, рельеф был ближе к европейскому. Как уже говорилось, СССР тогда не имел средств доставки, способных достичь Америки, поэтому в качестве потенциальной цели рассматривалась Западная Европа.

    За несколько месяцев до начала учений в район прибыли инженерные войска. Им предстояло немало работы. Требовалось вырыть траншеи глубиной 1,5–1,8 метра, построить блиндажи и укрепления, укрытия для артиллерии, боеприпасов, топлива и т.д. Для танков и бронетранспортёров создавались укрытия котлованного типа. Вся обстановка должна была полностью соответствовать реальной боевой.
    Была создана цель для бомбометания — белый квадрат, каждая сторона которого достигала 150 метров. Внутри был нарисован крест. По этой цели должны были ориентироваться лётчики. Ежедневно пилоты тренировались, сбрасывая болванки. Визуальное прицеливание было необходимым условием, без которого учения не могли состояться.
    На полигон стали прибывать войска. В общей сложности около 45 тысяч человек. Солдаты не знали о реальной цели мероприятий. Только за сутки до начала учений им сообщили о применении атомного оружия, предупредили о секретности мероприятия и взяли с них подписку о неразглашении. В учениях также принимали участие 600 танков, аналогичное количество бронетранспортёров, более трёх сотен самолётов и несколько тысяч грузовиков и тягачей.
    Часть техники была размещена в зоне поражения, ещё часть — в укрытиях. Это не только должно было симулировать обстановку на поле боя, но и позволяло оценить поражающий потенциал взрыва. Кроме того, как в укрытии, так и на открытых местностях были размещены животные.

    Командовал учениями маршал Жуков. Для наблюдений за учениями прибыли министры обороны стран социалистического лагеря.
    Все войска были разделены на две группы: обороняющиеся и атакующие. После нанесения атомного удара и артиллерийской подготовки атакующие должны были прорвать полосу обороны противника. Разумеется, в момент нанесения удара команду обороняющихся отвели на безопасное расстояние. Их участие предусматривалось на втором этапе учений — они должны были контратаковать захваченные позиции. Планировалось одновременно отработать и атакующие действия в условиях нанесения атомного удара, и оборонительные при аналогичных обстоятельствах.
    В радиусе 15 километров от места будущего взрыва располагалось несколько населённых пунктов, и их жители также должны были стать невольными участниками учений. Жители деревень, находившихся в радиусе восьми километров от взрыва, эвакуировались. Жители деревень в радиусе от 8 до 12 километров, в час икс должны были быть готовыми выполнять приказы старших по группе домов или специально оставленных там военных. К этому моменту им полагалось собрать вещи, открыть двери в домах, отогнать скот в заранее условленное место и т.д. По специальной команде они должны были лечь на землю и закрыть глаза и уши и оставаться в таком положении до команды "Отбой". Эти жители, как правило, укрывались в оврагах и других естественных укрытиях.
    Жители населённых пунктов в радиусе 12–15 километров не покидали их. От них требовалось только отойти на несколько десятков метров от своих домов и по команде лечь на землю. Жителей более отдалённых городов и посёлков планировалось эвакуировать только в том случае, если что-то пойдёт не по плану.
    Помимо одного настоящего атомного взрыва, планировалось ещё два фиктивных. Их роль исполнили бочки с топливом. Всё ради большего реализма боевой обстановки и проверки психологических качеств солдат.
    За день до мероприятий прибыло высшее военное руководство, а также Никита Хрущёв. Они разместились в так называемом правительственном городке, в значительном удалении от эпицентра взрыва.
    [​IMG]
    Взрыв
    В шесть утра 14 сентября бомбардировщик Ту-4 покинул аэродром. Погода была благоприятной, но учения в любой момент могли сорваться. Если бы не было необходимой видимости для визуального прицеливания, операция бы была отменена. Кроме того, требовалось учитывать направление ветра (пригодны были все южные и западный ветер). "Неправильный" ветер также ставил учения под угрозу. Если бы лётчики промахнулись, последствия были бы самыми серьёзными. Если бы взрыв был не воздушным, а наземным, — случилась бы катастрофа. Тогда все участники учений подлежали немедленной экстренной эвакуации, а окрестные населённые пункты, вероятно, пришлось бы эвакуировать навсегда.

    Однако всё прошло удачно. В 9:34 бомба была сброшена и менее чем через минуту взорвалась на высоте 350 метров. За 10 минут до этого солдаты заняли места в укрытии. Им запрещалось смотреть на взрыв. Офицерам же роздали специальные стёкла-фильтры, чтобы не повредить глаза. Танкисты укрылись в технике, задраив люки.
    Полковник Архипов был одним из немногих, кто своими глазами видел момент взрыва и описал его в воспоминаниях: "От испуга я выронил плёнки из рук и мгновенно повернул голову в сторону. Казалось, воздух вокруг светился голубым светом. Вспышка мгновенно превратилась в огненный шар диаметром примерно 500 метров, свечение которого продолжалось несколько секунд. Он быстро поднимался вверх, подобно воздушному шару. Огненный шар превратился в клубящееся радиоактивное облако, в котором просматривались малиновые языки пламени. Поступила команда лечь на землю, так как приближалась ударная волна. Её приближение можно было наблюдать по быстрому "бегу" колышущейся травы. Приход ударной волны можно сравнить с очень резким громовым разрядом. После удара налетел шквал ураганного ветра".
    Сразу же после прохождения ударной волны артиллеристы покинули укрытия и начали артподготовку. Затем нанесла удары по целям авиация. Сразу же после этого к эпицентру взрыва отправилась радиационная разведка. Разведчики находились в танках, поэтому влияние радиации сокращалось в несколько раз за счёт брони. Они замеряли радиационный фон на пути к эпицентру взрыва, устанавливая специальные флажки. В радиусе 300 метров от эпицентра взрыва почти через час после него радиационный фон составлял 25 р\ч. За эти границы военнослужащим запрещалось заходить. Район охраняли части химзащиты.

    Следом за разведкой двигались боевые части. Солдаты ехали на броне БТР. Как только части появились в районе радиационного загрязнения, всем было приказано надеть противогазы и специальные накидки.
    Практически вся техника, размещённая в радиусе полутора-двух километров от эпицентра взрыва, была очень сильно повреждена или уничтожена ударной волной. Дальше повреждения были менее значимыми. В ближайших к месту взрыва деревнях были сильно повреждены многие дома.
    Как уже упоминалось, войскам запрещалось появляться в эпицентре взрыва, где радиационный уровень всё ещё был высок. Выполнив свои учебные задачи, к 16:00 войска покинули полигон.

    Жертвы радиации
    Тоцкие войсковые учения были засекречены на протяжении трёх десятилетий. О них стало известно только на излёте перестройки, уже на фоне недавней чернобыльской катастрофы. Это и обусловило огромное количество мифов, которые сопровождали эту тему. Чернобыль породил сильные антиядерные настроения, и на этом фоне сообщение о подобных учениях стало шокирующим. Ходили слухи, что в эпицентре взрыва находились заключённые-смертники, а все участники учений умерли от рака в течение нескольких месяцев после их завершения.
    Уже тогда друг от друга обособились две точки зрения на последствия атомных учений, которые сохраняются до сих пор. Первая гласит, что учения были проведены образцово, с максимальным вниманием к безопасности участников, а также гражданского населения из окрестных сёл. Никто не получил не то что больших, но даже значительных доз радиации, а жертвой учений стал только один человек — офицер, скончавшийся от сердечного приступа.
    Их противники считают, что учения нанесли страшный вред как солдатам, так и гражданскому населению не только окрестных сёл, но и всей Оренбургской области.
    Взрыв на Тоцком полигоне был воздушным. От наземных ядерных взрывов воздушные отличаются двумя особенностями. Они обладают гораздо большей поражающей силой за счёт ударной волны, но вместе с тем практически не оставляют длительного радиационного загрязнения. Наземные взрывы, напротив, гораздо менее деструктивны, зато способны надолго отравить окрестности, сделав их непригодными для проживания.
    Главной проблемой в оценке последствий остаётся то, что никаких серьёзных исследований не проводилось. По идее власти должны были тщательно отслеживать возможные последствия для всех участников учений и гражданского населения. Причём делать это на протяжении десятилетий. Только тогда можно было бы уверенно оценить конкретные негативные влияния взрыва.
    Однако в СССР ничего подобного не делалось. Главной целью учений была отработка боевых действий в условиях ядерной войны, а также психологическая подготовка личного состава войск к подобному конфликту. Десятилетиями отслеживать воздействие радиации на организм солдат никто не собирался.

    Ещё в перестроечное время оставшиеся в живых участники учений пытались добиться компенсаций. Они заявляли, что из 45 тысяч к моменту распада СССР в живых осталось не более трёх тысяч, да и те в основном тяжело больны. Их оппоненты утверждали, что в зоне, примыкавшей к эпицентру взрыва, находилось не более трёх тысяч военнослужащих, а для остальных радиационные дозы были не большими, чем при прохождении флюорографии. Кроме того, наличие болезней, появившихся у них за более чем 30-летний срок, невозможно однозначно связать с воздействием радиации.
    Масла в огонь подливали и различные исследования в Оренбургской области, которые зачастую, по словам самих же исследователей, "порождали больше вопросов, чем ответов". Уровень онкологических заболеваний в Оренбургской области выше чем в среднем по стране, однако в последнее время область не входит в десятку региональных лидеров. Её обгоняют регионы, где никаких атомных взрывов и производств никогда не было.
    В 1996 году в бюллетене национального радиационно-эпидемиологического регистра "Радиация и жизнь" было опубликовано полноценное исследование размеров доз, полученных участниками учений. Авторы опирались на рассекреченные к тому моменту документы Минобороны. С учётом замеров радиационного загрязнения, маршрутов военных отрядов, а также времени их нахождения в заражённой зоне, были оценены дозы радиации, полученные ими.
    Авторы пришли к исследованию, что большая часть солдат, участвовавших в учениях, получили дозы внешнего облучения не более двух бэр. Это незначительный уровень, не превышающий допустимого для персонала атомных электростанций. Что касается радиационной разведки, то она получила значительно большие дозы. В зависимости от маршрутов потенциальное облучение могло составить от 25 до 110 бэр. Признаки острой лучевой болезни начинают наблюдаться у человека, получившего более 100 бэр. В меньших дозах однократное облучение, как правило, не вызывает серьёзных последствий. Таким образом, некоторые из разведчиков могли получить весьма значительные дозы. Однако исследователи оговариваются, что речь идёт о приблизительных расчётах, а для более точных необходимо проводить более масштабные исследования.
    К сожалению, после успешного проведения учений советское руководство не проявило значительного интереса к последующей судьбе потенциальных пострадавших. Никаких исследований на протяжении почти 40 лет не проводилось. Поэтому однозначно оценить последствия тоцкого взрыва в настоящее время практически невозможно.
    Если учесть, что в армии калек не бывает, туда берут только людей с отменным здоровьем, то эти действия советского руководства, в том числе и Хрущева и Жукова лично я расцениваю как преступление, тем более, что по окончании войны не прошло и десяти лет и калек в стране хватало без этих учений...
     
    dok и tOmbovski volk нравится это.
  11. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 2 апр 2018

    Начавшееся обобщение опыта гражданской войны в Испании показывало, что бронирование тяжелого танка Т-35 при его габаритных размерах не обеспечит ему надежной защиты от бронебойных снарядов современной скорострельной противотанковой артиллерии калибра 37– 47-мм. Постановлением Правительства от 25 июля 1937 года ХПЗ предлагалось спроектировать «улучшенный» Т-35 с противоснарядным бронированием. В частности, в письме директору от 13 сентября говорилось: «Итоги последних боев показывают, что танки, имеющие бронирование менее 30 мм, не обеспечивают защиту от бронебойного снаряда калибра 37-мм на дальности 800 м и ближе. Предлагаем вам рассмотреть возможность усиления брони тяжелого танка Т-35 до 60 мм в лобовой части и до 30 мм на бортах, корме и артиллерийских башнях».

    7 октября 1937 года И. Бондаренко докладывал начальнику АБТУ РККА, что «тактико-технические требования на указанную машину не получены, разработка проекта ведется исходя из применения гомогенной брони следующих толщин: лобовые листы – 75 мм, верхний и нижний наклонные листы носа – 30 мм, борт – 30 мм, листы шестиграна - 30 мм, дно и крыша – 15–20 мм, фальшборт – 15 мм, борта башен – 30 мм». Одновременно завод получил задание спроектировать танк Т-35 с башнями конической формы. Но работы велись чрезвычайно медленно – без того слабое КБ ХПЗ было сильно обескровлено репрессиями, коснувшимися главным образом инженеров и конструкторов. На специальном совещании по танкам Комиссии обороны при Совете народных комиссаров (СНК) СССР, состоявшемся 27 марта 1938 года, констатировалось, что «к проектированию Т-35 (с коническими башнями) завод приступил с большим опозданием, только в конце февраля, несмотря на то что задание от НКОП было получено еще в конце сентября 1937 года. В ноябре 1937 года завод получил от АБТУ и техусловия на увеличение толщины брони: борт – 40–45 вместо 30 мм, башни – 40–55 вместо 30 мм, масса машины вместо 55–60 т. Это внесло дополнительный тормоз в работу.
    Уже в ходе проектирования стало очевидным, что при указанной толщине броневых листов уложиться в заданный вес – 60 т – невозможно. Поэтому КБ ХПЗ начало искать решение другой компоновочной схемы. Было предложено семь вариантов, которые при сохранении базы Т-35 различались количеством башен и их размещением.
    В апреле 1938 года для ускорения проектирования нового тяжелого танка прорыва АБТУ КА подключило к этой работе Ленинградский Кировский завод и завод № 185 им. С. Кирова. Первый разрабатывал танк СМК-1 («Сергей Миронович Киров», ведущий инженер А. Ермолаев), а второй Т-100 (ведущий инженер Э. Палей).
    До августа 1938 года, не имея договора на производство новых машин, заводы вели главным образом эскизное проектирование. Полным ходом работы развернулись только после постановления Комитета Обороны при СНК СССР № 198-сс от 7 августа 1938 года, в котором были определены тактико-технические требования и установлены жесткие сроки изготовления новых образцов танков: СМК – к 1 мая, а Т-100 – к 1 июня 1939 года.
    Деревянные макеты в натуральную величину и чертежи боевых машин рассматривались специальной макетной комиссией под председательством помощника начальника АБТУ КА военинженера 1-го ранга Коробкова 10 (Т-100) и 11 (СМК) октября 1938 года.
    Несмотря на ряд отклонений от ранее выдвинутых требований (в частности, вместо подвески по типу Т-35 со спиральными пружинами на СМК предлагалось использовать торсионные валы, а на Т-100 – балансиры с пластинчатыми рессорами), комиссия дала «добро» на «изготовление по два опытных образца каждого танка прорыва по предъявленным чертежам и макетам».
    На заседании Комитета обороны, состоявшемся в Политбюро ЦК ВКП(б) 9 декабря 1938 года, были рассмотрены проекты СМК и Т-100. По указанию И.В.Сталина для облегчения массы танков количество башен сократили до двух. Кроме того, вместо одного экземпляра СМК представители Кировского завода получили разрешение изготовить однобашенный вариант танка прорыва «аналогичный по своим характеристикам танку СМК». Чуть позже однобашенный вариант получил обозначение – КВ.
    В январе 1939 года чертежи всех танков были переданы в производство. К первомайским праздникам Кировский завод сумел «выкатить» СМК.
    [​IMG]
    Танк "СМК" на полигоне. Август 1939 года.
    [​IMG]

    [​IMG]
    Вид на правый борт танка "СМК". Август 1939 года.​
    Изготовление Т-100 затянулось примерно на два месяца. 25 июля, после обкатки и устранения мелких недостатков, СМК и Т-100 были переданы на полигонные испытания.
    20 сентября 1939 года СМК, Т-100 и КВ участвовали в правительственном показе серийных и опытных танков, проходившем на полигоне в Кубинке. На нем присутствовали К. Ворошилов, А. Жданов, Н. Вознесенский, А. Микоян, Д. Павлов, Лихачев, В. Малышев и др.
    К концу ноября 1939 г. пробег СМК составил 1700, Т-100 – более 1000 км, КВ – около 600 км. Но с началом советско-финской войны (30 ноября 1939 года) было решено эти танки направить в действующую армию для проверки во фронтовых условиях. При этом было несколько изменено вооружение машин: на Т-100 76-мм орудие Л-10 заменили на более мощное Л-11 (для чего пришлось переделать маску), а на КВ 45-мм орудие заменили пулеметом ДТ.
    [​IMG]
    Танк Т 100 на полигоне вооружен еще пушкой Л-10. Август 1939
    [​IMG]
    Он же уже перевооруженный на орудие Л-11. Осень 1939 года.​
    Проверка боем проводилась силами заводских испытателей, для чего было получено специальное разрешение из Москвы. Рабочие, отобранные для этой цели, прошли специальную подготовку на ЛБТКУКС по вождению машин, обучению стрельбе из пушки и другим навыкам, необходимым в бою. Командиром экипажа СМК назначили старшего лейтенанта Петина, помощником командира-сержанта Могильченко, стрелком-радистом и наводчиком – двух красноармейцев. Кроме того, в состав экипажа вошли трое рабочих Кировского завода: механик-водитель В. Игнатьев, моторист А. Куницын и трансмиссионщик А. Тетерев.

    Экипаж Т-100 состоял из военнослужащих 20-й тяжелой танковой бригады: командира лейтенанта М.Астахова, артиллеристов Артамонова, Козлова, радиста Смирнова и рабочих завода № 185 им. Кирова – водителя А. Плюхина, запасного водителя В. Дрожжина и моториста В. Капланова.
    СМК, Т-100 и КВ составили роту тяжелых танков под командованием капитана Колотушкина. 10 декабря 1939 года рота прибыла на фронт и была придана 90-му танковому батальону 20-й тяжелой танковой бригады.
    Боевое использование СМК и Т-100 было достаточно подробно описано в книге «Конструктор боевых машин» (Лениздат, 1988). Вот что там можно найти об этом: «Танк СМК двигался во главе танковой колонны и в этом бою долго находился под обстрелом… У развилки Кямаря – Выборг водитель не заметил груду ящиков и, видимо, наехал на них. Раздался сильный грохот, бурым дымом заволокло все вокруг. Танк остановился. Дождавшись, когда дым рассеется, старший лейтенант Петин вышел из танка и осмотрел подбитую машину. СМК стоял у большой воронки. Взрывом мины или заложенного здесь фугаса повредило ленивец и гусеницу, сорвало болты трансмиссии. Вышло из строя электрооборудование, прогнулось днище корпуса машины. Стоял 40-градусный мороз, но снег вокруг танка от взрыва почти полностью растаял…
    Двухбашенный танк Т-100 и КВ подошли и встали рядом. В составе экипажа Т-100 находились добровольцы-испытатели Ленинградского завода опытного машиностроения имени Кирова, и среди них Е.Рощин. Вспоминая об этом бое, он рассказывал: «Подойдя к подбитому СМК, наши машины прикрыли его своей броней. Т-100 встал впереди и правее, а КВ тоже впереди, но чуть левее, таким образом, из трех машин образовалась треугольная бронированная крепость. В таком построении мы не только продержались несколько часов, но и пытались поставить СМК на ход, соединяя разбитые гусеницы… Но повреждения были слишком велики – кроме гусениц пострадали катки, и тяжелую машину с места сдвинуть не удалось».

    Эвакуационная группа лейтенанта Торопова пыталась вытащить поврежденный танк СМК, используя в качестве тягача 25-тонный танк Т-28. Работали по ночам под огнем противника, но вытащить эту громадину, прочно засевшую в воронке, не смогли. Поврежденный ленивец и разорванная гусеница полностью лишили танк подвижности. Пришлось оставить его на нейтральной полосе».
    Далее в книге следует «забавная» история о крышке люка (кстати, история эта кочует по многим отечественным и зарубежным публикациям): «Известно, что и белофинны пытались буксировать танк СМК, но наша артиллерия поставила вокруг поврежденной машины плотный артиллерийский заслон и воспрепятствовала работам противника. Однако финские разведчики пробрались все-таки к танку и ухитрились снять с него крышку люка. Рассказывая об этом эпизоде, Ж. Котин вспомнил любопытный случай, связанный со злополучной крышкой, украденной белофиннами. Суть дела заключалась в том, что завод, поставлявший броню на сборку, не прислал вовремя крышку одного из люков машины. Ждать было некогда, и инициативные мастера на Кировском заводе сами изготовили недостающую крышку, использовав для этого оказавшуюся под рукой малоуглеродистую сталь. Ставя импровизированную крышку на люк танка, они надеялись заменить ее, как только получат настоящую, броневую. Самым же забавным в этом деле оказалось то, что временная крышка, снятая белофиннами с танка СМК, попала на исследование к немецким танковым конструкторам, и они, недолго думая, решили, что корпус советского танка целиком сделан из сырой брони».
    Но архивные документы показывают, что все вышесказанное не соответствует действительности. Кроме того, Е. Рощин, судя по документам, в тот момент не входил в состав экипажа Т-100, и поэтому его свидетельство не является достоверным.
    Действительно, рота тяжелых танков участвовала в атаках 90-го танкового батальона в районе Сумма-Хоттинен 17–18 декабря 1939 года. Во время этих боев у танка КВ был прострелен ствол орудия, и машину отправили на ремонт. А подорвался СМК 19 декабря.
    В этот день 90-й танковый батальон 20-й танковой бригады прорвал линию финских укреплений. Вместе с батальоном за линию укреплений вышли СМК и Т-100 в сопровождении пяти танков Т-28. Подробности этого боя удалось найти в документе, направленном дирекцией завода № 185 в штаб Северо-Западного фронта в феврале 1940 года.

    Ниже этот документ можно прочитать полностью, с сохранением орфографии того времени:
    «Начальнику Автобронетанковых войск Северо-Запад – ного фронта т. Богомолову.​
    О представлении к награждению работников завода 185 и военнослужащих из экипажа Т-100.
    При начале боевых действий танк 100 был затребован командованием Красной Армии в действующую армию. Добровольно изъявили желание вступить в ряды Красной Армии для обслуживания 100 в боевых операциях на фронте:
    водитель т. Плюхин Афанасий Дмитриевич; запасной водитель т. Дрожжин Василий Агапович; моторист т. Капланов Владимир Иванович.
    Указанные товарищи, вместе с командиром танка лейтенантом Астаховым Михаилом Петровичем, артиллеристами тт. Артамоновым, Козловым и радистом т. Смирновым, были зачислены в состав экипажа 100 и переданы в роту тяжелых танков 90-го танкового батальона 20-й танковой бригады.
    За время пребывания на фронте экипаж неоднократно участвовал в боях. Особого внимания заслуживает участие 100 в боевой операции 19 декабря 1939 года в районе рощи Сумма.
    В этой операции был подорван белофиннами и выведен из строя танк СМК. Под артиллерийским и пулеметным огнем белофиннов (семь попаданий в 100 37-мм и 47-мм снарядов и многочисленные пулевые попадания) водитель т. Плюхин, закрывая своей машиной подбитый СМК, после длительных попыток вывести его из боя путем буксировки Т-100, попыток не увенчавшихся успехом из-за буксования гусениц Т-100 (наличие гололедицы) – дал возможность экипажу подорванного СМК привести в негодность агрегаты танка и его вооружение.
    Экипаж Т-100 развил ураганный огонь из пушек и пулеметов и тем самым дал возможность для восьми человек экипажа СМК через аварийные люки (в днище Т-100 и СМК) перейти из СМК в 100. В это же время водитель т. Плюхин не прекращал наблюдения за действиями противника и вел огонь из револьвера по пытающимся приблизиться к танку белофиннам.
    В этой операции был тяжело ранен младший командир из экипажа танка СМК т. Могильченко. После неудавшейся попытки подобрать его в 100 через аварийный люк в днище (последний заклинило гильзами пулеметных патронов), тт. Дрожжин и Козлов, под огнем белофиннов, вышли из Т-100 через люк малой башни и, подобрав раненого, перетащили его в 100.
    В этой операции весь экипаж под командованием лейтенанта Астахова вел непрерывный бой с противником в течение пяти часов. В этот же день в бою у 100 заглох двигатель. Моторист т. Плюхин быстро устранил причину дефекта (срез резьбы регулировочной муфты магнето), умело перешел на работу с одним магнето (вместо двух), запустил двигатель и дал возможность танку продолжать выполнять задачу.
    Плюхин А.Д. рождения 1910 года, член ВКП(б);
    Капланов В.И. рождения 1911 года, кандидат в члены ВКП(б);
    Дрожжин В.А рождения 1907 года, кандидат в члены ВКП(б).
    Докладывая о вышеизложенном, представляем к награждению орденами и медалями работников завода Плюхина А.Д., Капланова В.И., Дрожжина В.А. и военнослужащих лейтенанта Астахова, артиллеристов Артамонова, Смирнова и радиста Козлова.
    Директор завода № 185 Барыков /подпись/
    Парторг ЦК ВКП(б) завода № 185 Фомин /подпись/
    Военпред АБТУ на заводе № 185 военинженер 2-го ранга Ципко /подпись/ 10 февраля 1940 года».​
    20 декабря 1939 года, по личному распоряжению начальника АБТУ РККА Д. Павлова, была предпринята попытка эвакуировать подбитый СМК. Однако сделать это не удалось.

    СМК удалось эвакуировать только в начале марта 1940 года. С помощью шести танков Т-28 его отбуксировали на станцию Перк-Ярви. Но из-за отсутствия подъемных кранов машину пришлось разобрать на части, грузить на платформы и так отправлять на завод.
    Танк Т-100 после ремонта двигателя 18 февраля 1940 года был снова отправлен в действующую армию (возможно, что Е. Рощин был включен в состав его экипажа именно в это время). Машина действовала совместно с танками КВ в составе 20-й (с 22 февраля по 1 марта) и 1-й (11–13 марта) танковых бригад. За это время машина прошла 155 км и получила 14 попаданий снарядами противотанковых орудий (левый борт – 6, маска 45-мм пушки – 1, ниша большой башни – 3, левая гусеница – 3, левый ленивец – 1). Во всех случаях броня не была пробита. После окончания войны Т-100 прибыл на завод, где была произведена замена двигателя и легкий ремонт танка. Всего к 1 апреля Т-100 прошел 1745 км, из них 315 км во время боев на Карельском перешейке.
    [​IMG]
    Подбитый танк СМК, в глубине финской обороны. Январь 1940 года. ​
    СМК удалось эвакуировать только в начале марта 1940 года. С помощью шести танков Т-28 его отбуксировали на станцию Перк-Ярви. Но из-за отсутствия подъемных кранов машину пришлось разобрать на части, грузить на платформы и так отправлять на завод.
    Танк Т-100 после ремонта двигателя 18 февраля 1940 года был снова отправлен в действующую армию (возможно, что Е. Рощин был включен в состав его экипажа именно в это время). Машина действовала совместно с танками КВ в составе 20-й (с 22 февраля по 1 марта) и 1-й (11–13 марта) танковых бригад. За это время машина прошла 155 км и получила 14 попаданий снарядами противотанковых орудий (левый борт – 6, маска 45-мм пушки – 1, ниша большой башни – 3, левая гусеница – 3, левый ленивец – 1). Во всех случаях броня не была пробита. После окончания войны Т-100 прибыл на завод, где была произведена замена двигателя и легкий ремонт танка. Всего к 1 апреля Т-100 прошел 1745 км, из них 315 км во время боев на Карельском перешейке.

    База Т-100 послужила для разработки нескольких боевых машин, созданных по опыту боев в Финляндии. С самого начала советско-финской войны Красная Армия остро ощутила потребность в специальных бронированных инженерных машинах. Поэтому в середине декабря 1939 года Военный Совет Северо-Западного фронта обязал завод № 185 спроектировать и изготовить инженерный танк противоснарядного бронирования на базе Т-100. Эта машина предназначалась для выполнения задач по наводке моста, перевозке саперов и взрывчатки и эвакуации поврежденных танков. Однако в ходе проектирования КБ завода получило от начальника АБТУ РККА Д. Павлова задание на «постановку 152-мм пушки или другой подходящей с большими начальными скоростями на базу Т-100» для борьбы с ДОТ. В связи с этим директор завода № 185 Н. Барыков обратился в Военный Совет Северо-Западного фронта с просьбой «об отмене решения по изготовлению инженерного танка и вынесения решения по установке на машине 100 130-мм морской пушки».
    Просьба была удовлетворена, и уже 8 января 1940 года чертежи корпуса Т-100-Х (икс) – такое обозначение получила машина – были переданы на Ижорский завод.
    Т-100-Х отличался от Т-100 установкой вместо башен рубки клиновидной формы с 130-мм морской пушкой Б-13. Подвеска машины проектировалась торсионной, и ее изготовление поручили Кировскому заводу, имевшему опыт в этой области. В ходе изготовления бронедеталей для ускорения сборки машины форма рубки была изменена на более простую. Новая самоходная установка получила индекс Т-100-У (игрек). Бронекорпус Т-100-У поступил с Ижорского завода 24 февраля, 1 марта началась сборка машины, и 14 марта готовая самоходка совершила свой первый выезд. Но война к этому времени уже кончилась, и испытать Т-100-У в боевой обстановке не удалось.
    В ходе советско-финской войны была сделана попытка модернизировать и вооружение Т-100. В январе 1940 года заместитель наркома обороны командарм 1-го ранга Г. Кулик дал указание «усилить вооружение Т-100 установкой на него 152-мм гаубицы М-10 для борьбы с надолбами».
    К середине марта 1940 года была изготовлена новая башня с 152-мм гаубицей М-10. Ее предполагалось установить вместо имевшейся на Т-100 башни с 76-мм пушкой Л-11. Машина с 152-мм артсистемой получила индекс T-100-Z (зет). Но новая башня так и не была установлена на танк: в связи с принятием на вооружение КВ-1 и КВ-2, АБТУ РККА прекратило все работы по дальнейшему совершенствованию Т-100.

    Небезынтересно привести выдержки из отчетов по полигонным испытаниям танков СМК и Т-100, составленных комиссией под председательством П. Ворошилова. Причем отчеты эти датированы 22 февраля 1940 года: в это время СМК стоял на поле боя, а Т-100 снова убыл на фронт.
    В выводах по СМК отмечалась неудовлетворительная работа системы охлаждения двигателя и воздушного фильтра, а также ненадежность коробки перемены передач. В заключение говорилось: «Танк заданным ТТХ соответствует. Рекомендовать для принятия на вооружение Красной Армии нецелесообразно, так как заводом изготовлен и принят на вооружение танк КВ, обладающий более мощным бронированием и лучшей ТТХ».
    В отчете по Т-100 отмечалась, что «недостаточно отработана система охлаждения, при движении по лесу сетки забиваются листьями, ненадежна работа вентилятора. Необходимо доработать механизмы управления коробкой перемены передач, конструкцию бортовых фрикционов необходимо пересмотреть в сторону усиления». Как достоинство отмечалось наличие пневматической системы управления танком. В заключение говорилось, что «Т-100 заданным ТТХ соответствует. Рекомендовать для принятия на вооружение Красной Армии нецелесообразно, так как изготовлен и принят танк КВ».
    Однако представители завода № 185 – директор Барыков и главный инженер Гидков – высказали особое мнение, которое состояло в следующем:
    «Утверждение комиссии, что Т-100 нецелесообразно рекомендовать для принятия на вооружение при наличии решения о принятии КВ является неверным, так как двухбашенный Т-100 является машиной другого класса по сравнению с КВ. Утверждение, что КВ имеет лучшую ТТХ, по существу не соответствует действительности: по вооружению – 45-мм и 76-мм или 45-мм и 152-мм у Т-100 и у КВ 76-мм или 152-мм, по проходимости, по запасу мощности.
    Поэтому завод считает абсолютно необходимым рекомендацию принятия Т-100 на вооружение даже при наличии КВ. Кроме того, по своим габаритам в Т-100 можно установить 130-мм морское орудие, чего на КВ сделать нельзя».
    Но никакого решения по этому особому мнению принято не было. Тем не менее, в апреле 1940 года КБ завода № 185 разработало на базе Т-100 проект тяжелого танка для береговой обороны – «объект 103» (ведущий инженер проекта Шуфрин). Он вооружался 130-мм орудием Б-13 во вращающейся башне и тремя пулеметами ДТ. Однако проект остался только на бумаге.
    Дальнейшая судьба последних советских многобашенных танков сложилась по-разному. СМК был доставлен на Кировский завод, который по заданию АБТУ РККА в течение 1940 года должен был отремонтировать танк и «передать его для хранения на полигон в Кубинке». Однако оказалось, что ремонт СМК проводить нецелесообразно – состояние машины было очень плачевным. С нее сняли все исправные детали, а корпус и башни (без вооружения) отправили на Ижорский завод. 21 декабря 1940 года заместитель наркома обороны СССР Маршал Советского Союза С. Буденный подписал директиву, по которой предполагалось передать в утиль находящееся на заводах промышленности негодное имущество ГБТУ КА. По Ижорскому заводу в сводке такого имущества от 31 января 1941 года среди прочего значилось: «Корпус машины СМК – аварийный (прислан с фронта) – 1 шт., ориентировочный вес 20000 кг». В аналогичной сводке от 10 марта 1941 года, в которой сообщалось, что имущество ГБТУ еще не утилизировано, значился «корпус СМК – прибыл с фронта, горелый, использован быть не может».​
    На сегодняшний день это последнее свидетельство о судьбе тяжелого танка СМК.
    Танк Т-100 летом 1940 года был передан для хранения в Кубинку а после начала Великой Отечественной войны эвакуирован в Казань, а затем в Челябинск. Здесь машина была передана в распоряжение опытного завода № 100, где и пробыла до конца войны. Дальнейшая судьба машины не установлена, но по некоторым данным до середины 50-х годов она находилась на территории Челябинского танкового училища.
    Самоходная установка Т-100-У также была передана в Кубинку летом 1940 года. С началом войны САУ никуда не эвакуировалась. В ноябре 1941 года Т-100-У, вместе с 152-мм опытными САУ СУ-14 и СУ-14-1, вошла в состав самоходного артиллерийского дивизиона особого назначения. Однако сведений о боевом применении Т-100-У обнаружить не удалось.
    Т-100-У сохранилась до настоящего времени и находится в Военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке.

    [​IMG]
    САУ Т-100-У, Кубинка 1940 год.
    [​IMG]
    Современное состояние САУ Т-100-У в музее БВиТ.​
     
    tOmbovski volk и dok нравится это.
  12. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 3 апр 2018

    Торпеда Т-15 осталась легендой в истории отечественного ВМФ. Она исчезла, не успев появиться, однако сформировав внешний облик наших первых АПЛ. И в атомоходах проекта 627А, и в истории самой торпеды отразились не только события эпохи, но и острые личные конфликты.
    С высокой вероятностью автором идеи торпеды Т-15 и ее носителя в виде атомной подводной лодки можно назвать капитана 1-го ранга Алферова, оставившего по себе неоднозначную память.

    Владимир Иванович Алферов (28 июля 1904-го – 18 января 1995-го) – Герой Социалистического Труда, доктор технических наук, лауреат Ленинской и дважды Государственной премии, контр-адмирал. С 1936 года – начальник отдела, заместитель начальника Научно-исследовательского минно-торпедного института ВМС РККА в Ленинграде. В 1938-м был директором торпедостроительного завода № 175 НКСП (Б. Токмак). Во время Великой Отечественной – директор торпедостроительного завода № 182 НКСП в Махачкале, заместитель начальника 2-го Главного управления НКСП в Москве, начальник Главного управления судостроительных и судоремонтных предприятий НКМФ «Главморпуть». С 1946 по 1948-й – заместитель начальника научно-технического комитета ВМС ВС. В КБ-11 (ВНИИЭФ) Владимир Иванович прибыл в середине 1948-го и был назначен заместителем главного конструктора, с 1950 года – заместитель директора КБ-11.
    Действительно крупный и заслуженный был специалист как по ядерной, так и по торпедной тематике. На другой чаше весов – сомнительная роль в «деле адмиралов». В книге «Такова торпедная жизнь» бывший заместитель начальника УПВ ВМФ Р.А. Гусев писал что «показания были получены от Алферова соответствующим образом», однако в то же время и по тому же делу были те, кто не сломался, например начальник Минно-торпедного управления ВМФ Н. И. Шибаев и его заместитель Б. Д. Костыгов, заявившие на суде о невиновности обвиняемых.

    Черные дни
    В отечественном торпедостроении было три острых кризиса.
    Первый – конец 20-х – начало 30-х. Первые подводные лодки СССР остались без штатных торпед калибра 53 сантиметра, надежность которых (53-27) оказалась неудовлетворительной, и почти до середины 30-х вынуждены были иметь оружием старые 45-см боеприпасы.
    Второй – конец 30-х. Развернувшаяся большая программа кораблестроения требовала и значительного производства торпед. Несмотря на огромные затраченные средства, основной разработчик – «Остехбюро» – оказался неспособен дать флоту серийное изделие. Вопрос находился на жестком контроле, в том числе Сталина. В середине 30-х СССР был вынужден закупить партию 45- и 53-см торпед на заводе Уайтхеда в Фиуме (Италия) и развернуть их производство у себя. Однако качество отечественных изделий длительное время было неудовлетворительным. Массовый выпуск торпед предприятия освоили только перед самой войной, так и не сумев обеспечить боекомплект на основном ТВД, вследствие чего в ходе Великой Отечественной пришлось разоружать Тихоокеанский флот.
    Третий торпедный кризис – вступление в строй в начале 80-х АПЛ 3-го поколения, оказавшихся на несколько лет без оружия. Помимо острых проблем с торпедой УСЭТ-80 как таковой, промышленность смогла организовать массовый выпуск только в середине 80-х.

    Алферов сыграл, будучи назначен директором наиболее проблемного торпедного завода в Большом Токмаке, весьма значительную роль в разрешении второго торпедного кризиса. «Дело адмиралов», формально не имевшее под собой никаких оснований, было связано с конфликтом, возникшим между командованием ВМФ и руководством Министерства обороны и страны по ряду вопросов как военного строительства (увеличение количества флотов), так и бытового плана (распределение зданий в Москве).
    Сегодня увеличение количества флотов ВМФ СССР обычно рассматривается как ошибка, которая была исправлена. Однако нужно понимать логику тех событий и условия, в которых принимались решения.
    В Великой Отечественной флот показал себя не лучшим образом. Если армия к середине войны научилась воевать, разгромила врага и пришла в Берлин, то действия ВМФ на Балтике и Черном море сложно назвать эффективными даже в преддверии Победы. И связано это было как с низким уровнем оперативного руководства флотом вообще, так и с «черным днем ВМФ» (6 октября 1943 года) – гибелью двух эсминцев и лидера на Черном море. Тогда «рельефно выявилась неспособность командования флота руководить проведением операции в условиях динамично меняющейся обстановки, адекватно реагировать на нее (но особой динамики не было – корабли «топили» 10 часов!). Хотя после второго удара стало очевидным, что корабли надо немедленно спасать, так как за них взялись всерьез.

    Наверное, в этом кроется главная причина катастрофы, остальное – следствие и частности. Здесь мы спотыкаемся о качество оперативно-тактической подготовки офицеров штабов, их неспособность анализировать складывающуюся обстановку, предвидеть развитие событий, управлять силами в условиях активного воздействия противника. При резком изменении обстановки, в условиях временного цейтнота решения надо принимать немедленно, зачастую не имея возможности обсудить их с коллегами, утвердить у начальников, произвести всесторонние расчеты. А все это возможно, если только управленец, какого бы масштаба он ни был, обладает не только личным опытом, но и реальными знаниями», писал первый начальник штаба 5-й Средиземноморской эскадры вице-адмирал В. Платонов («ВПК», №46, 2007).
    При этом на ЧФ находилась оперативная группа Наркомата ВМФ во главе с Н. Г. Кузнецовым В своих мемуарах Николай Герасимович не стал уклоняться от событий «6 октября», однако его описание и оценка далеки от реальных. Немцы топили корабли 10 часов «на глазах» командования ЧФ и наркома ВМФ. Безусловно, Николай Герасимович выделялся высоким авторитетом на флоте и личными качествами, однако с точки зрения эффективности его как главнокомандующего ВМФ вопросы у руководства страны были и к нему, и ко многим другим представителям высшего комсостава.
    С учетом очевидной оперативной нецелесообразности разделения флотов вопрос увеличения их численности мог иметь единственное обоснование – дать выдвинуться новым кадрам и возможность оценить их руководству в ходе боевой подготовки для последующего назначения. То есть решение об увеличении определенную логику имело и сопротивление этому командования ВМФ вызывало острую негативную реакцию руководства.
    Бытовая часть конфликта возникла по «дому № 2» Главного штаба (в Большом Златоустинском переулке в центре Москвы), где до самого последнего времени размещались управления ВМФ. Заместитель министра обороны Булганин дал команду НК ВМФ освободить здание без выделения других помещений, главком обратился к Сталину. В результате «дом № 2» сохранился за ВМФ, но стал предпосылкой к конфликту между Булганиным и Кузнецовым.

    Причины и следствие
    Для решения вопроса (в духе того времени) было использовано письмо Алферова о якобы незаконной передаче американцам документации на авиаторпеду 45-36АВ-А во время войны. Оно и стало поводом для несправедливого «суда чести» над адмиралами Кузнецовым, Галлером, Алафузовым и Степановым. Там постановили ходатайствовать перед Советом министров СССР о рассмотрении дела Военной коллегией Верховного суда СССР. 3 февраля 1948 года адмиралы были признаны виновными. На свободе остался только снятый с должности Кузнецов, пониженный в звании до контр-адмирала.
    [​IMG]
    История этого «суда чести» до сих пор является грязным пятном на флоте. Непонятно, например, почему на флоте нет корабля «Память Меркурия» или «Амур» (достигшего наибольшего боевого успеха в истории нашего флота!), почему произошло скандальное переименование АПКР «Вилючинск» в «Тверь», но при этом в ВМФ есть корабли 1-го ранга с фамилиями Левченко и Кулаков (члены «суда чести» и вообще лица с весьма неоднозначным послужным списком). Флотские зубоскалы давно обыграли тему «авианосца «Кузнецов» под «конвоем» БПК «Левченко» и «Кулаков». Весьма черный юмор…

    С 20 января 1951-го Н. Г. Кузнецов вновь возглавляет флот уже как военно-морской министр СССР. После «суда чести» отношение к его формальному инициатору Алферову было соответствующим. Несмотря на формирование в Главном штабе 6-го отдела (по ядерной тематике), специфика личных взаимоотношений влияла на принимаемые решения не в меньшей степени, чем вопросы режима.
    При этом СССР, испытав в 1949-м первое ядерное устройство, стоял перед крайне острым вопросом его доставки до территории противника, который не только в десятки и сотни раз превосходил по ядерному потенциалу, но и имел развитые и надежные носители ЯБП. При абсолютно реальной угрозе войны работы по созданию паритета шли широким фронтом и самым интенсивным образом. Прорывом здесь стали ракеты, но в конце 40-х – начале 50-х они только-только вырастали из немецкого задела Фау-1, и в этой ситуации представляли интерес любые средства, обеспечивавшие надежную доставку ЯБП до территории противника. Атомная подводная лодка с ядерной торпедой на тот момент решению задачи удовлетворяла. Таким образом, был дан старт разработке Т-15 и носителя – атомной подводной лодки проекта 627.

    Калибр первого отечественного ЯБП составлял полтора метра, задача создания малогабаритных ядерных боеприпасов ставилась и работы велись, но в ситуации, когда результат нужен был в кратчайшие сроки, для торпеды взяли изначальный размер (вероятно, с учетом скорого появления мощных термоядерных ЯБП). Можно добавить, что первые испытания малогабаритного ЯБП для 53-см торпеды закончились неудачно – подрыв схемы инициирования не привел к цепной ядерной реакции.
    Один из членов комиссии, академик Е.А. Негин вспоминал: «После поездки к месту несостоявшегося атомного взрыва Курчатова, Малышева, Зернова, Харитона и других участников мы собрались в каземате и стали спокойно разбираться в причинах отказа. Вдруг появляется некий полковник госбезопасности. В фуражке, начищенный, с иголочки. Козырнул и обращается к В. А. Малышеву, нашему министру: «Товарищ министр. Если я правильно понимаю, произошел отказ?». «Правильно понимаете». « Разрешите начать следствие?». Нам всем как-то нехорошо стало».

    Миф № 1. СуперТТХ и сверхмощный заряд
    Первой «суперторпедой», безусловно, является японская «Лонг лэнс» Type 93 (1933) калибра 61 сантиметр, имевшая исключительные для своего времени ТТХ за счет мощной энергетики керосин-кислород и увеличенного калибра. Сравнительный анализ характеристик показывает, что Т-15 не только не имела выдающихся ТТХ, но и значительно уступала торпедам «Лонг лэнс» и Т-65. Причина этого – использование слабой энергетики электрической силовой установки с тяжелой свинцово-кислотной батареей. Но данное решение было безальтернативным с учетом задачи размещения тяжелого ЯБП крупного калибра.
    При более оптимальной организации процесса – тесном взаимодействии ВМФ и организаций – разработчиков ЯБП – изначально напрашивалось очевидное решение: торпеда увеличенного калибра, но в габаритах, обеспечивавших нормальные условия размещения и применения на ПЛ. В итоге к этому решению пришли (постановление СМ СССР о разработке перспективной ударной торпеды Т-65 калибра 650 миллиметров от 4 марта 1958 года). Однако 65-см торпеда Т-65 значительно запоздала не только к первому поколению атомных подводных лодок, но и ко второму.
    С большой вероятностью можно предположить, что если бы не острый конфликт между Алферовым и ВМФ, Т-65 появилась бы гораздо раньше и, очевидно (в кислородной версии), могла бы поступить на вооружение уже первого поколения АПЛ. Данное решение обеспечивало резкое повышение боевых возможностей подводных сил ВМФ СССР, и не только при выполнении ударных задач. Даже кислородная торпеда 53-65К уступала по эффективной дальности стрельбы американскому противолодочному ракетному комплексу «Асрок». То есть в благоприятных условиях гидрологии наша подлодка, не успев выйти в позицию залпа, получала в лоб дубиной «Асрока». «Толстая торпеда» позволяла нам иметь надежный выигрыш в дистанции эффективной стрельбы.
    Здесь же необходимо отметить, что современные западные 53-см торпеды практически вышли на уровень транспортных характеристик Т-65.
    При оценке мощности ЯБЧ Т-15 часто делается ошибка отождествления ее с «супербомбой» Сахарова. На момент начала создания Т-15 разработка термоядерных ЯБП только начиналась и максимум, на который можно было реально рассчитывать, – аналог ЯБЧ МБР Р-7.

    Миф № 2. Нереальное изделие
    Мнение о нереальности проекта Т-15 обычно основано на утверждении, что ею нельзя было бы выстрелить с подводной лодки, так как та при этом неизбежно перевернулась бы от потери продольной остойчивости. Разумеется, это не так, разработчики проекта 627 и торпеды Т-15 были высококвалифицированными инженерами. Безусловно, выстрел изделием массой порядка 40 тонн, причем с оконечности, является значительным возмущением на систему «носитель – изделие». Однако планируемые проектные решения снимали эту проблему:
    — в отличие от подавляющего большинства отечественных торпед, имевших значительное переутяжеление, Т-15 должна была обладать плавучестью, близкой к нулевой, для обеспечения самовыхода из трубы торпедного аппарата и минимальных возмущающих воздействий на подводную лодку;
    — торпедный аппарат для Т-15 имел увеличенный (свыше двух метров) калибр для обеспечения самовыхода Т-15;
    — появившиеся впервые «китообразные» обводы носовой оконечности проекта 627 были определены самовыходом Т-15 (обеспечения необходимой равномерности потока в районе волнорезного щита большого торпедного аппарата).
    Таким образом, с технической стороны комплекс «носитель проекта 627 – изделие Т-15» был абсолютно реален и значительное ограничение ТТХ по скорости и дальности было сделано сознательно для реализации в короткие сроки. Отсюда – выводы.
    Т-15 являлась в первую очередь итогом гипертрофированной секретности и острого личного конфликта причастных к делу. То, что разработка была прекращена, – следствие не технических, а исключительно концептуальных проблем проекта. Из-за этого она не только сама зашла в тупик, но и на длительное время завела туда же все ударные торпеды ВМФ. Вместо отечественного «Лонг лэнса» делали монстра, а в итоге остались с 53-см калибром, который уже в начале 60-х значительно проигрывал противолодочному комплексу «Асрок» по дистанции.
    Испытания торпеды Т-65 начаты в 1962 году. 23 ноября 1963-го торпеда Т-65 впервые прошла дистанцию 50 километров со скоростью 50 узлов. Государственные испытания проводились на Ладожском озере со 2 июля 1965-го и успешно завершены 27 октября. После чего торпеда еще восемь лет ждала носитель. Получилось так, что сроки разработки Т-65 и создания кораблей-носителей оказались разорваны, а главная причина этого – работа в корзину с Т-15.
    Были ли сделаны выводы из этих ошибок? Далеко не факт с учетом того, что сегодня опыт Т-65 (65-76), впервые реализовавших большие дистанции торпедной стрельбы, пытаются усиленно забыть, а некоторые специалисты заявляют, что торпеда – это оружие ближнего боя и дальность ей не нужна.
    Еще один вывод: никакие технические ухищрения не в состоянии исправить изначально порочный замысел. Концепция должна быть не пачкой бумаги, а макетным образцом. Вкладываться в опытно-конструкторские работы без необходимого научно-технического задела и проверенной концепции – не только срывать сроки, но и значительно ограничивать реальные ТТХ, не говоря уже об отвлечении ресурсов от решения насущных задач и проблем.

    Ретроспектива
    9 сентября 1952 года. Совмином СССР принято постановление № 4098-1616 о проектировании и строительстве «объекта 627» с торпедой Т-15 с атомным боевым зарядным отделением для ударов по береговым целям.
    12 августа 1953 года. Взорвана первая в мире водородная бомба – советская РДС-6.
    21 декабря 1953 года. Утверждены тактико-технические элементы подводной лодки (без привлечения специалистов ВМФ).
    18 октября 1954 года. Президиум ЦК КПСС предлагает Минобороны рассмотреть проект и направить свое заключение в Совет министров. Только тогда был решен вопрос о допуске к проекту специалистов и командования ВМФ. Образована экспертная комиссия во главе с вице-адмиралом А. Е. Орлом. Сама концепция подводной лодки с единственной ядерной «суперторпедой» вызвала обоснованные сомнения специалистов ВМФ. По результатам замечаний ВМФ решено откорректировать технический проект 627.
    26 марта 1955 года. Постановлением Совета министров СССР № 588-364 утвержден откорректированный технический проект АПЛ проекта 627 с 533-миллиметровыми торпедными аппаратами (обеспечивавшими применение в том числе торпед Т-5 с ЯБП). Работы по торпеде Т-15 прекращены.
    21 сентября 1955 года. На полигоне Новая Земля проведены испытания атомного БЗО (боевое зарядное отделение) торпеды Т-5. БЗО было опущено с тральщика и подорвано на глубине 12 метров, мощность составила три килотонны ТНТ.
    Февраль 1957 года. Начата разработка АСБЗО (автономные специальные боевые зарядные отделения) для серийных моделей торпед мощностью 20 килотонн в КБ-25 Минсредмаша СССР и НИИ-400 Минсудпрома СССР.
    1957 год. Государственные испытания торпеды Т-5. Проведены два пристрелочных выстрела без ЯБП, один – в контрольной комплектации (с ЯБП, но без делящихся материалов в ней), еще один – боевой (с ЯБП).
    10 октября 1957 года. Подводная лодка проекта 613 С-144 под командованием капитана 1-го ранга Г. В. Лазарева произвела выстрел боевой торпедой Т-5 (с ЯБП) с кормового торпедного аппарата на дистанцию 10 километров. Испытания прошли успешно.
    1958 год. ВМФ принял на вооружение торпеду Т-5.
    1960 год. На вооружение начали поступать 533-миллиметровые АСБЗО. Принятие на вооружение АСБЗО послужило основанием для прекращения разработки для специальных ядерных торпед.
    10 и 23 октября 1961 года. Проведены специальные учения с выполнением фактических стрельб торпедами с ЯБП (АСБЗО) с различными установками срабатывания и мощностью. Одновременно шли испытания с проверкой фактическими срабатываниями (ядерными взрывами) оперативно-тактического оружия Сухопутных войск, ракетного оружия средней дальности РВСН, стратегического и тактического оружия ВМФ.
    31 октября 1961 года. Испытаны образцы опытных термоядерных зарядов Минсредмаша, включая рекордную 100-мегатонную бомбу, проверенную на половинную мощность.
    Таким образом, за весь период проведения ядерных испытаний на поверхности земли и в воде при участии ВМФ произведено четыре ядерных взрыва (опытный образец ЯБП торпеды Т-5, боевая торпеда Т-5 и два АСБЗО). На фоне аналогичных работ США результат достаточно скромный. Только после прекращения наземных ядерных испытаний ВМФ осознал, что он не успел (в том числе за США) с проверкой глубоководного ядерного взрыва и применения штатного ЯБП с кораблей на малые дистанции. В Штатах это была впечатляющая демонстрация стрельбы боевой противолодочной ракетой с ЯБП с эсминца на 3,5 километра в 1962 году.
     
    dok нравится это.
  13. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 5 апр 2018

    Весна 1915 года. Крохотный бельгийский городок Ипр, известный лишь тем, что в еще с ХII века здесь выделывали отличное сукно. Но сейчас здесь проходит линия фронта - XV корпус германских войск вот уже несколько месяцев пытается атаковать линию обороны, которую удерживают полк французских резервистов из Алжира и Канадский дивизион Великобритании. Но вот из Берлина приходит пополнение – несколько сотен солдат, которые разгружают из фургонов странные цилиндры и осторожно закапывают их вдоль окопов. Всего шесть тысяч цилиндров. Командует странными солдатами энергичный человек в смешном пенсне и в мундире капитана Генштаба, который то возится с приборами, то измеряет силу ветра, то заставляет фронтовиков по команде надевать причудливые резиновые маски с гофрированными шлангами-«хоботами».
    Человека звали Фриц Хабер.
    Через месяц это имя будет знать уже весь мир – 22 апреля 1915 Фриц Хабер даст команду на подрыв баллонов, и облако из 160 тонн жидкого хлора накроет позиции англо-французских войск. Один из очевидцев первой в истории газовой атаки так описывал увиденное: «Лица, руки людей были, глянцевого серо-черного цвета, рты открыты, глаза покрыты свинцовой глазурью, все вокруг металось, кружилось, борясь за жизнь. Зрелище было пугающим, все эти ужасные почерневшие лица, стенавшие и молящие о помощи…» Более пяти тысяч солдат и офицеров погибли на месте, еще пятнадцать тысяч человек были обречены на медленную смерть в госпитале.
    Конечно, самое простое – это представить себе Фрица Хабера злодеем, беспощадным фанатиком, убийцей по убеждению. Однако, все современники, напротив, вспоминают его добрым и надежным другом, склонным к раздумьям, самоанализу и депрессии. Альберт Эйнштейн, много лет друживший с Хабером, писал, что духовный мир и труды Фрица стали одним из значительнейших явлений, дарованных ему в жизни; ну и то еще, прибавляет он шутливо, что Хабер часто заходил к нему на чашечку кофе.
    Фриц Хабер родился 9 декабря 1868 года в Бреслау в одном из старейших и почтеннейших еврейских семейств этого города. Его отец Зигфрид занимался торговлей удобрениями и различными химикатами, а поэтому профессия его сына была определена с самого рождения – Фриц должен был стать достойным продолжателем дела отца.

    После окончания гимназии, отец направил его учиться на химика в Техническую школу Шарлоттенбурга, откуда Фриц ушел добровольно служить в армию. После службы молодой Хабер самостоятельно перевелся в Берлинский университет на физико-химический факультет, который он закончил с отличием. Преподаватели сулили ему блестящее научное будущее, но Фриц вернулся домой и стал работать на предприятии отца – сыновний долг превыше всего. Кроме того, он женился на своей однокурснице Кларе, а вскоре у молодоженов рождается сын Герман.
    Заказы быстро развивающейся промышленности Германии требовали новых технологий, и Фриц Хабер, совмещавший работу на фабрике отца в Бреслау и аспирантуру в Цюрихском Технологическом институте, начинает самостоятельные эксперименты. В 1909 году он открывает промышленный метод получения аммиака из азота и водорода для производства удобрений, и это открытие выводит его в передовую когорту мировой науки.
    В 1911 году он становится руководителем основанного им в Берлине Института физической химии и электрохимии им Кайзера Вильгельма, который спонсирует прусский магнат Карл Дуйсберг, владелец крупнейшего в Германии химического концерна Interessen Germinschaft. Хабер работает днями и ночами, изобретая новые удобрения – в то время он еще мечтал спасти немецких крестьян от постоянных неурожаев и накормить весь мир.
    Но тут начинается Первая Мировая война. И лаборатория Хабера по заказу правительства берется за разработку химического оружия – причем, даже еще с большим энтузиазмом. Как позже вспоминал один из его близких друзей физик Макс Планк, Хабер, будучи типичным немецким романтиком того времени, был уверен, что как только мир увидит кошмарные последствия отравления ядовитым хлором, правительства содрогнутся от ужаса и тотчас же война закончится, а в Европе воцарится вечный мир. Поэтому Хабер и старался произвести как можно больше хлора, что бы и первая демонстрация была как можно более впечатляющей.
    [​IMG]
    К январю 1915 года все приготовления были закончены, и Фриц Хабер в ранге капитана Генштаба убыл на фронт, что бы лично открыть новую эру в истории. Однако, всем известно, куда приводит дорога, вымощенная благими намерениями… Новое оружие ни на йоту не приблизило наступление мира, напротив, облако хлора только подхлестнуло гонку вооружений. Но бойня под Ипром ударила и по самому Хаберу. Когда его жена Клара прочитала в газетах о количествах жертв хлора, она от стыда и отчаяния покончила жизнь самоубийством, выстрелив в сердце из револьвера мужа.
    [​IMG]
    Переживая утрату, Хабер с головой погрузился в работу. В мае 1915 года он отправился на восточный фронт, где немцы сражались с российскими войсками, и организовал три новых газовых атаки. На этот раз жертвами хлора стали 25 тысяч русских солдат. Потом он разработал еще более смертоносный газ фосген, а когда фосген стали применять и британцы, то Хабер придумал горчичный газ - коричневую жидкость с запахом чеснока, который можно было размещать в артиллерийских снарядах. Но никакой газ уже не мог помочь обескровленной Германии выиграть войну.
    В 1918 году Хабер бежал из страны в Швейцарию, спасаясь от наступающих войск Антанты – британцы просто мечтали отправить на виселицу «отца газового оружия». Но тут судьба приготовила Фрицу неожиданный подарок – по инициативе Шведской Академии наук он был награжден Нобелевской премией по химии за давнюю разработку метода получения аммиака. Перед авторитетом Нобелевки англичане были вынуждены отступить и сами вычеркнули его имя из списков разыскиваемых военных преступников.
    В лучах славы Хабер вернулся в Веймарскую республику и снова возглавил свой институт, который тут же получил новый выгодный заказ от правительства. Для нужд сельского хозяйства республики было необходимо сделать новый инсектицид, который бы убивал абсолютно всех вредителей. Фриц Хабер предложил смешать синильную кислоту с какими-нибудь пористыми гранулами, например, с прессованными опилками. В итоге получается простой и дешевый порошок, который можно просто рассеивать по полям. Под действием лучей солнца из гранул начнет испаряться кислота, пары которой окажутся смертельными и для насекомых, и для крупных грызунов. И для людей. В историю этот «универсальный» яд вошел под названием «Циклон-Б» - с помощью этого инсектицида в немецких концлагерях были убиты миллионы человек.

    Правда, сами нацисты изобретателя «Циклона» не очень-то жаловали – для национал-социалистов Фриц Хабер был прежде всего евреем, которому в Третьем рейхе не было места. Более того, в своей книге «Майн Кампф» Адольф Гитлер (сам, кстати, во время пострадавший от фосгена) обвинил химиков-евреев в заговоре против всех европейских народов – дескать, они специально придумали ядовитые газы, что бы во время войны истребить всех «арийцев».
    И в 1933 году Хабер снова бежит из Германии – на этот раз вместе с второй женой Шарлоттой и сыном Германом. Сначала он направился в Британию и попытался было устроиться преподавателем в Кембридж. Но студенты, не желавшие ходить на лекции палача их отцов, устроили бурю протеста, и Хабера тут же уволили. Потом его бросила жена и сын.
    Хабер в отчаянии уезжает в Швейцарию. В одном из отелей городка Базель он и умер 29 января 1934 года в возрасте 65 лет. В его номере было обнаружено письмо от Макса Планка, которое Фриц перечитывал перед смертью: «Единственное, что дарит мне некоторое облегчение в этом состоянии подавленности, это мысль, что мы живем во времена катастрофы, которую приносит с собой любая революция, и что мы многое, что происходит, должны воспринимать как явление природы…»
    Фрицу Хаберу посчастливилось не узнать, что через несколько лет все его многочисленные родственники, жившие в Бреслау, были уничтожены в концлагере Дахау при помощи его детища - газа «Циклон Б». Он также не узнал, что и его сын Герман Хабер покончил жизнь самоубийством, когда из материалов Нюрнбергского процесса он узнал, что его отец – пусть косвенно - был причастен к убийству более миллиона евреев.
    В Берлине до сих пор действует институт, основанный Фрицем Хабером, который теперь носит его имя. О разработке «Циклона Б» здесь стараются не вспоминать.
     
    dok и tOmbovski volk нравится это.
  14. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 6 апр 2018

    Американской армии 14 июня исполнилось 242 года. Новостной портал Business Insider опубликовал семь интересных фактов о Вооруженных силах США, которые мало кто знает.

    старше США
    Американцы считают днем рождения своей государственности 4 июля 1776 года. Удивительно, но армия была создана гораздо раньше — 14 июня 1775 года по решению Континентального Конгресса как объединенная армия представителей всех североамериканских штатов во главе с генералом Джорджем Вашингтоном для борьбы с армией Великобритании.
    До этого отдельные отряды народного ополчения не располагали необходимой инфраструктурой для войны с Великобританией, да и для ведения эффективных боевых действий их надо было объединить.

    Армия была бы десятым по величине городом в США
    В американской армии служит около миллиона солдат. Почти половина из этого числа находится на службе полный рабочий день, остальные служат в Нацгвардии или Армии резерва (United States Army Reserve).
    Если представить город, заполненный солдатами, то он будет больше, чем Сан-Хосе в Калифорнии, Остин в Техасе, Джэксонвилл во Флориде и Сан-Франциско.

    Армия — второй самый большой работодатель в США
    Лидирует в рейтинге работодателей американская компания Wal-Mart, управляющая крупнейшей в мире сетью оптовой и розничной торговли с 2,2 миллиона человек, которым она платит зарплату.
    Армия США начисляет жалование 990 тысячам солдат на действительной службе и в резерве. Это по-прежнему много, хотя в 2015-м ее численность составляла 1 042 000 солдат и офицеров. Замыкает тройку Yum! Brands с 523 000 сотрудников.

    Самый распространенный ранг военнослужащего — «специалист»
    Среди военных США ходит шутка о «Е-4 мафии», поскольку, чтобы что-то сделать в армии, нужен специалист, а лучше три. Специалиста также называют «королем рядовых». Самым распространенным был четвертый класс — его легче всего получить. А вот пятый — это уже сержантская должность. И на нее экзамен очень строгий, к тому же не всегда есть вакантные места.
    Что интересно, специалисты, хотя и получали столько же, сколько и сержанты соответствующих рангов (Е-4 — Е-7), считались ниже по званию любого сержанта, но выше рядовых. К настоящему времени от всей этой линейки осталось только звание — специалист (Е-4). Например, в 2015 году в армии США было 264 890 специалистов.

    Армия США в год прожигает 3,8 млрд литров топлива
    Военная машина США потребляет огромное количество топлива в год — около миллиарда галлонов (примерно 3,8 млрд литров). Вообще армия всегда этим отличалась, например, в 2011 году в пересчете на каждого военнослужащего тратилось по 22 галлона топлива. Для сравнения: в период Второй мировой войны эта цифра составляла один галлон.
    Уже в 2008 году армия приобрела порядка 880 миллионов галлонов топлива, об этом говорится в попавшем в свободный доступ отчете.

    Большая часть американских президентов служила в армии
    Из 45 президентов США больше половины служили в армии или военизированных формированиях и имеют опыт военной службы. Такую традицию начал еще Джордж Вашингтон, который сделал себе имя именно благодаря победе в войне за независимость.
    Все из них, за исключением Джеймса Бьюкенена, были офицерами. Один из президентов — Теодор Рузвельт — удостоился награждения Медалью почета (англ. Medal of Honor; высшая военная награда США), пусть и посмертно. А Джордж Буш во время Второй мировой пилотировал торпедоносец-бомбардировщик «Эвенджер» из эскадрильи VT-51. В одном из боев он был подбит, но довел горящий самолет до цели и сбросил бомбы. За это он получил Крест летных заслуг.

    Территория, которой владеет армия США, больше штатов Гавайи и Массачусетс вместе взятых
    У американской армии огромное количество различной инфраструктуры, ее солдаты служат на 158 базах, расположенных по всему миру. Военные владеют 15 миллионами акров (порядка 60 702,8 кв. км) земли по всей территории США. Это гораздо больше, чем территория штатов Мэриленд, Гавайи, Массачусетс или Вермонт.
     
    dok нравится это.
  15. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 8 апр 2018

    Иркутский авиационный завод в годы войны работал круглосуточно

    Иркутские крылья победы. Женщины, подростки и оставшиеся в тылу мужчины сутками собирали самолеты. В годы войны на Иркутском авиазаводе выпустили более двух тысяч машин. Среди них знаменитый пикирующий бомбардировщик Пе-2, который фронтовики ласково прозвали "Иркутяночка".

    Знаменитый Пе-2. Его собирали сразу на нескольких заводах. Один только Иркутский авиационный выкатил на взлетку 730 машин. "Выходила эскадрилья. Самолеты друг за другом. Немножечко на разной высоте. Первый отбомбился, пристраивался в хвост. И защищал другие самолеты. Второй отбомбился - вернулся. И вот так они, меняясь местами, сохраняли друг друга в бою", - рассказывает Елена Спирина, сотрудник музея истории Иркутского авиационного завода.
    Этот трюк военные летчики прозвали вертушкой. Дело в том, что стрелок в Пе-2 был незащищен. И любой мессершмидт, зашедший с хвоста, мог быстро ликвидировать соперника. Вообще Пе-2 для своего времени был довольно продвинутой машиной. Быстрые, маневременные. Их любили пилоты. Они были самыми массовыми самолетами, выпущенными советской промышленностью. В Иркутске их собирали по пять бортов в сутки. Рабочие выполняли приказ снабдить армию новыми бомбардировщиками.

    "На заводе была военная дисциплина. У нас не было ни опозданий, ни прогулов. И уж как на проходную прошел, пропуск сдал – все, не выйдешь без мастера. Работу сделаешь, мастер идет к табельщику и говорит: выдай пропуск - домой можно идти. Дисциплина, ух, была! Ну поэтому-то и выпускали самолеты! И вот война кончилась, а мы даже не почувствовали, что война кончилась. На фронте там стрелять вроде как перестали. А мы как работали, так и работали", - вспоминает Ефим Ченский, ветеран тыла ВОВ. Ефим Степанович пришел на завод в 14 лет. Начинал слесарем. Работали без выходных, голодные. На заводе, хоть и кормили, но есть хотелось постоянно. Помимо основной работы, разгружали вагоны с углем, ездили помогать колхозам. Как могли приближали победу. Это было единственной мечтой - одолеть врага.
    Вместе с иркутянами трудились москвичи. В 1941 году их эвакуировали вместе с заводом. Жили в тесноте, по 3 квадратных метра на человека. В прихожих, коридорах - людей размещали, где могли. "Мы жили. Как вам сказать, комната. Казарма. И нас было 26 девушек. Со всех районов области. Нас разделили на две группы. И мы по суткам работали. Ходили в завод на посты. По три часа стояли. Потом идешь отдыхать. В столовую сходишь. Потом снова на пост. И так сутки. По суткам не раздевались даже", - говорит Мария Звягина, ветеран тыла ВОВ.

    Мария Ивановна была бойцом пожарного расчета. Вместе с другими девушками несла дежурство. Некоторые цеха были деревянными, могли загореться, потому и нужен был пожарный отряд. Мария Ивановна вспоминает: ни одного ЧП за годы войны на заводе не было. "Мы отремонтировали, восстановили те танки, которые пока стояли на бывшем танкоремонтном заводе. И отправили их на фронт. 25 апреля 1942 году уходил большой эшелон с подарками фронту, и мы успели восстановить к 25 апреля 8 танков: 6 БТ-52 и 2 танка Т-26", - рассказала Елена Спирина, сотрудник музея истории Иркутского авиационного завода. Первая танковая колонна, ушедшая на фронт, была именно с Иркутского авиазавода. Эти восемь боевых машин - еще один большой подарок армии. Дальние истребители и бомбардировщики, самолеты особого назначения, на заводе была и отдельная линия по выпуску пехотных мин. До 1000 штук в сутки. И так до конца войны.
    Выпускали даже чернила. Рецепт разработали тут же. За станками стояли в основном женщины и подростки. В музее истории завода хранятся коньки, стопка и даже замок авторской конструкции. Это штучные изделия. Их сделали дети. И в то непростое время им хотелось творить. Здание одного из цехов было построено еще до войны. Его стены помнят, как в годы Великой Отечественной здесь по 12 часов трудились заводчане. Среди них была и Мария Цуканова. Она с завода уйдет на фронт и трагически погибнет в корейском Сейсине. Ее там зверски замучат. Хрупкая санитарка убила 90 японских солдат, раненая не бросила своих. Осталась на поле боя. Потеряв сознание, попала в плен. Японцы ее пытали, думали, выдаст сведения о советском десанте. Вырезали девушке глаза, изрезали ножами все тело. Но девушка молчала до самой смерти. Маше был всего 21 год
     
    tOmbovski volk и dok нравится это.
  16. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 9 апр 2018
    Уходит на задание тяжелый самолет,
    И боевой маршрут перед глазами...
    Дрожит от гула яростно земля и небосвод,
    История отечества за нами...
    Ракетоносцы — нелегкая судьба,
    Ракетоносцы — снега и холода...
    Крылатая машина нас ведет
    В ночной безоблачный полет...
    «Ракетоносцы», группа «Славяне», посвящается экипажам морских ракетоносцев Ту-16 и Ту-22​
    Введение
    «…Майор Энди Ричардсон налетал больше десяти тысяч часов на авиалайнерах и всего шестьсот на своем штурмовике А-10 «Thunderbolt II», но явно предпочитал полеты на меньшем из этих двухмоторных самолетов. Ричардсон был приписан к 175-й тактической эскадрилье истребителей Мэрилендской национальной гвардии. … Два дня назад, перед самым началом переподготовки, 175-ю и шесть других кадровых и резервных эскадрилий перебросили на и без того загруженную авиабазу стратегической авиации в Лоринге, штат Мэн. Они вылетели оттуда в полночь и дозаправились в воздухе всего полчаса назад, в тысяче миль над Северной Атлантикой. Теперь Ричардсон и его звено из четырех штурмовиков летели на высоте всего сто футов, скользя над черной поверхностью океана со скоростью четыреста узлов.
    В ста милях за четырьмя штурмовиками на высоте тридцати тысяч футов следовали девяносто самолетов, что для русских очень походило на «атаку альфа» — мощную ударную операцию вооруженных тактических истребителей. Это действительно было так, хотя операция была ложной, цель ее заключалась в том, чтобы отвлечь внимание от четырех штурмовиков, летящих на бреющем полете — именно они играли ключевую роль.
    … Инструктаж, проведенный летчиком морской авиации, занял больше часа. Они нанесут визит советскому флоту. Ричардсон читал в газетах, что русские затеяли что-то, а когда во время инструктажа ему сообщили, что они послали свой флот к самому американскому побережью, Ричардсона потрясла их наглость. Его привело в ярость сообщение о том, что один из паршивых советских дневных истребителей осмелился подбить «Tomcat» морской авиации, так что летчик едва не погиб…
    – Ведущий «Лайнбэкер», это «Сентри-дельта». Пеленг на цель — ноль-четыре-восемь, расстояние пятьдесят миль. Курс цели — один-восемь-пять, скорость двадцать узлов. Ричардсон не подтвердил получение координат даже по кодированному каналу радиосвязи. В соответствии с полученным приказом полет проходил в условиях, исключающих всякое электронное излучение. …У него был выключен даже радар наведения на цель, действовали только пассивные инфракрасные и телевизионные датчики, способные работать при слабом освещении.
    …На его распознавателе опасности замигала лампочка радиолокационного датчика; скорее всего, это был коротковолновой радар, предназначенный для поиска на поверхности и еще недостаточно мощный, чтобы отразиться от его самолета. У Советов не было воздушных радиолокационных платформ, а действие их радаров, установленных на кораблях, ограничивалось дальностью прямой видимости. Луч корабельного радиолокатора прошел прямо над головой Ричардсона; распознаватель опасности сработал лишь потому, что задел его край.
    – Звено «Лайнбэкеров», это «Сентри-дельта». Рассредоточьтесь и приступайте, — поступила команда с АВАКСа. Четыре А-10 разошлись с расстояния в несколько футов и вытянулись в линию атаки, при которой интервал между самолетами измерялся милями. В приказе говорилось, что рассредоточение должно произойти в тридцати милях от цели; четыре минуты лета. Ричардсон взглянул на часы: звено «лайнбэкеров» шло к цели в соответствии с графиком. Летящие позади них «фантомы» и «корсары», имитирующие «атаку альфа», повернут сейчас в сторону советских кораблей, чтобы привлечь их внимание. Скоро он увидит корабли русских… В изображении на лобовом стекле появились неровности на горизонте — это внешнее кольцо охранения, эсминцы типа «Удалой» и «Современный». Бип! Это защелкал распознаватель опасности. По штурмовику только что скользнул луч радиолокационного прицела, потерял его из виду и теперь пытался восстановить контакт. Ричардсон щелкнул переключателем и включил систему электронных помех — глушение радаров противника. Эсминцы внешнего охранения находились сейчас всего в пяти милях. Сорок секунд. Потерпите, товарищи…
    Майор начал резко маневрировать, беспорядочно бросая свой штурмовик вверх, вниз, в стороны. Всего лишь игра, но не следует слишком уж облегчать задачу Ивану. Если бы это была настоящая боевая операция, «кабаны» мчались бы на предельной скорости вслед за тучей антирадарных ракет, и за ними неслись бы «дикие ласки», старающиеся вывести из строя советскую систему управления ракетным огнем. Теперь все происходило очень быстро. Прикрывающий флагман эсминец появился прямо по курсу, и Ричардсон чуть отвернул в сторону, чтобы миновать его. Две мили до «Кирова» — восемнадцать секунд.
    На лобовом стекле появилась более четкая картинка. Огромный силуэт «Кирова» (мачта — мостик — радар) запол- нял все стекло. Он видел мигающие огни по всему корпусу линейного крейсера. Ричардсон повернул вправо. Они должны про- лететь ровно в трехстах ярдах от крейсера — ни больше, ни меньше. Его «кабан» промчится мимо носа, остальные штурмовики рядом с кормой и по бортам. Он не хотел слишком уж приближаться. Майор проверил и убедился, что противотанковая пушка и бомбосбрасыватели стоят на предохранителях. Нет смысла увлекаться. При настоящей атаке вот сейчас он нажал бы на спуск, и поток бронебойных снарядов устремился бы к «Кирову», пробивая тонкую броню его носовых ракетных установок. Их зенитные и крылатые ракеты обратились бы в гигантский огненный шар, и сверхпрочный крейсер кончил бы свои дни, словно бумажный кораблик.
    В пятистах ярдах от крейсера Ричардсон опустил руку и снял предохранитель с небольшого контейнера, установленного под фюзеляжем самолета.

    [​IMG]
    Тяжелый авианосец CV-37 «Princeton», 1969 г.
    Пора! Майор щелкнул переключателем, и вперед вылетели полдюжины магниевых осветительных ракет, которые вспыхнули ослепительным пламенем и стали медленно опускаться на парашютах. Все четыре самолета проделали это в пределах одной секунды. Внезапно «Киров» оказался внутри бело-голубой сияющей сферы. Ричардсон потянул на себя ручку управления и отвернул в сторону от линейного крейсера, одновременно стремительно набирая высоту. Яркий свет ослепил его, но он успел заметить изящные очертания советского флагманского корабля, резко разворачивающегося среди бушующего моря».

    Эту картину атаки корабельной ударной группы во главе с тяжелым ракетным крейсером «Киров» пр.1144 рисует Том Клэнси в своем романе «Охота за «Красным Октябрем».
    Оставляя в стороне технические ляпы этого известного писателя (а их, уж можете поверить, достаточно много), зададимся другим вопросом — а был ли во время «Холодной войны» такой вот показательный «разгром» корабельной группировки вероятного противника? Как ни странно — был! Только вот есть одна проблема — с диаметрально противоположным знаком. И как раз об этом случае сегодня пойдет речь.

    В мире политики
    С концом Второй мировой войны в историю ушел старый порядок — евроцентрический мир с колониальной системой. Ведущими силами планеты стали два государства — США и СССР. Они имели довольно мало в плане общих традиций и фактически разговаривали на разных политических языках. СССР, как правило, исходил в своих действиях главным образом из политико-идеологических соображений, часто пренебрегая ради них прагматическими материальными интересами. В основе действий США лежали как раз чисто прагматические соображения, которые, опять же как правило, в конечном счете, можно было выразить в денежном эквиваленте. СССР и США довольно успешно сотрудничали во время Второй мировой войны, однако после окончания боевых действий с течением времени между прежними союзниками была развернута «Холодная война».
    В процессах 1945-1948 гг. США как бы осваивались в послевоенном мире. Они были спокойны за будущее своей глобальной зоны влияния: их безусловная ядерная монополия и производственные мощности являлись залогом успеха в начавшейся «холодной войне». В эти годы не было заметно стремления со стороны США к блокостроительству, так как Соединенные Штаты надеялись осуществить необходимые военно-политические планы собственными силами. В 1948-1952 гг. наступает вторая фаза. Во-первых, одних экономических рычагов для поддержания имперского статуса оказалось недостаточно; во-вторых, в этот период ослабевает значимость ядерного оружия как «абсолютного». В 1949 г. атомное оружие создает Советский Союз. Монополия оказалась недолговечной, как и безусловное превосходство в носителях стратегического оружия. В-третьих, собственных военных сил для «наведения порядка» в мире оказалось недостаточно.

    В поисках выхода из создавшегося положения США приступают к созданию Североатлантического блока и заключению союза с Японией. После напряженной борьбы между различными политическими группами 4 апреля 1949 г. президентом Г. Трумэном был подписан Североатлантический договор и создан блок НАТО. Это событие стало крупнейшей вехой в истории американской внешней политики, знаменующей собой признание и закрепление доминирования США в капиталистическом мире. С подписанием договора США как лидер западного лагеря в «холодной войне» легально, юридически взяли на себя функции охранителей существующего порядка в Западной Европе и во всех зависящих от нее частях света. В целом, закрепление США в Западной Европе с 1947 (провозглашение «доктрины Трумэна») до 1952 гг. (завершение «плана Маршалла» и создание интегрированной военной системы НАТО) — первостепенное по значимости мероприятие на начальном периоде «холодной войны». В мире возникла однополярная система, которая трансформировалась в биполярную только в 1955 г. с образованием ОВД.
    Период 1953-1960 гг. был временем, когда структурно оформленное противостояние антагонистов «холодной войны» достигло стадии почти непримиримого противоборства. США наращивали военный потенциал и укрепляли имеющиеся международные структуры, СССР крепил дисциплину организации Варшавского договора, создавая при этом стратегические силы страны. Потрясе нием для американских политиков стало разрушение монополии США не только на атомное и термоядерное оружие, но и на средства его доставки. Создание в СССР в середине 1950-х гг. межконтинентальных баллистических ракет подвело черту под исторической особенностью американской политики — неуязвимостью территории США. Теперь Соединенные Штаты находились под угрозой пусть пока не всесокрушающего, но тем не менее весьма ощутимого удара советских баллистических ракет, который подкреплялся атакой дальних бомбардировщиков (пусть даже в варианте полета в один конец) и первых подводных лодок, вооруженных баллистическими ракетами

    К концу пребывания у власти администрации Д. Эйзенхауэра некоторые политики стали утверждать, что США «теряют темп» и положение лидера. Главой этой партии стал Джон Кеннеди, который стал президентом 20 января 1961 г. В конечном счете он выдвинул программу перевооружения на всех участках стратегической мириады. Кеннеди призвал изменить мышление страны, отойти от «сонного самолюбования» к активным инициативам. Получила новый толчок стратегия распространения американского влияния во всем мире. Двумя характерными чертами практической реализации более активной политики была концентрация власти в самом близком окружении президента и повышение значимости военного фактора в решении политических, экономических и социальных проблем эпохи.
    Концепция Кеннеди предусматривала быстрое наращивание ракетно-ядерных вооружений, чтобы оставить далеко позади СССР и еще многие годы действовать, не опасаясь стратегического вызова потенциальных противников. Стратегическое превосходство должно было стать твердым основанием всей внешней политики США. В результате к 1967 г. число МБР было увеличено в пять раз (с 200 до 1000). 600 стратегических бомбардировщиков составили военно-воздушные силы стратегической триады. При Кеннеди был построен подводный флот из 41 атомной подводной лодки, которые несли 656 ракет стратегического назначения.
    [​IMG]
    Тяжелый авианосец CVB-41 «Midway»​
    Президент Кеннеди в 1961 г. утверждал, что Соединенные Штаты достаточно сильны, чтобы диктовать свою волю всему миру. Однако ход истории внес свои коррективы. Вехами этого этапа «Холодной войны» стали Плайя-Хирон, Карибский кризис и Вьетнам. В ходе Карибского кризиса впервые возникла угроза широкомасштабного прямого военного столкновения двух сверхдержав. США начали размещение ракет средней дальности PGM-17 «Thor» близ советских границ в Турции, Италии и Англии. Подлетное время размещаемых на территории Турции ракет было меньшим, нежели время реакции советских средств раннего обнаружения и системы принятия решения, поэтому именно эти ракетные комплексы создавали наибольшую, не парируемую угрозу. В качестве ответной меры Советский Союз по согласованию с правительством Кубы начал там установку сходных ракет. Это вызвало решительное несогласие американского руководства, которым был отдан приказ о блокаде Кубы. В ходе этого кризиса Вашингтон продемонстрировал большую готовность к силовому разрешению ситуации, то есть к ядерному конфликту, хотя с обеих сторон имел место обычный блеф. Однако в результате переговоров стороны пришли к компромиссу, заключавшемуся в демонтаже позиций американских ракет в Турции и отказе СССР от планов размещения носителей ядерного оружия на Кубе, что стабилизировало ситуацию.
    Столкнувшись с угрозой полномасштабной ядерной войны в октябре 1962 г., американское руководство осознало, что безнаказанное давление на Советский Союз может вовлечь США в самоубийственный ядерный конфликт. В результате американская сторона сделала беспрецедентные шаги: поддержала вместе с Советским Союзом в ООН резолюцию, запрещавшую размещение ядерного оружия в космосе, и подписала соглашение о продаже СССР зерна. В 1963 г. была установлена прямая линия связи между Белым Домом и Кремлем. В том же году Соединенные Штаты пошли на важный шаг — ограничение испытаний ядерного оружия. Заключенный в Москве в августе 1963 г. Договор о запрещении ядерных испытаний в атмосфере, космическом пространстве и под водой ставил серьезную преграду на пути совершенствования ядерного оружия и в целом служил укреплению взаимного доверия трех подписавших его сторон — СССР, США и Англии. Этот договор означал, что американская сторона увидела ту реальность, которую она прежде откровенно игнорировала: увеличение количества ядерных боезарядов не приводит к безопасности США. В этот исторический момент руководство США приняло решение несколько снизить уровень военного противостояния и развернуть против Советского Союза полномасштабную экономическую войну.

    Детализированной интерпретацией новых взглядов и логическим их завершением было появление «доктрины Макнамары», впоследствии ставшей официальной доктриной США и НАТО под названием доктрины «гибкого реагирования». Суть ее заключалась в готовности Запада вести как тотальную атомную войну, так и локальные войны с применением или без применения ядерного оружия.
    После убийства Джона Кеннеди президентом США стал Линдон Джонсон. Главным внешнеполитическим событием периода президентства Джонсона стала война во Вьетнаме. США поддерживали правительство Южного Вьетнама в его борьбе с коммунистическими партизанами НФОЮВ, которые, в свою очередь, пользовались поддержкой Северного Вьетнама. В августе 1964 года после двух инцидентов в Тонкинском заливе Джонсон приказал нанести ответные удары с воздуха по Северному Вьетнаму и добился принятия Конгрессом резолюции о поддержке любых действий, которые президент сочтет необходимыми для «отпора нападению на вооруженные силы США и предотвращения дальнейшей агрессии» в Юго-Восточной Азии.
    Таким образом, к середине 60-х годов угроза полномасштабной ядерной войны между двумя сверхдержавами уже не была столь актуальна, как буквально несколькими годами ранее. Но вот градус противостояния был очень велик, обе стороны старались любым способом достичь военного превосходства, и поэтому обстановка, несмотря на некоторую разрядку, оставалась крайне напряженной.
    [​IMG]
    Противоавианосные системы Советского Союза
    Одним из важнейших итогов развития ВМС США в период Второй мировой войны стало создание и всестороннее развитие двух основных боевых систем, позволивших американцам одержать убедительную победу в войне на Тихом океане. Первой из них является система десантного флота, позволяющая проводить высадку на берег крупных масс войск и дальнейшее их обеспечение всем необходимым для ведения боевых действий. Второй системой является система авианосного флота, позволившая обеспечивать господство в воздухе в прибрежных районах, что в значительной мере обеспечивало успех действий высадившихся войск, и завоевать господство на море. Следует отметить, что широкое использование в морских операциях авианосных групп и соединений открыло новые возможности в решении практически всех основных задач ВМС. Анализ действий авианосцев в период Второй мировой войны, особенно на Тихом океане, был очень важен для всего последующего периода их развития, т.к. это была первая и последняя на сегодня война, где авианосцы применялись против сильного противника. Фактически он определил дальнейшее развитие и самих авианосцев, и концепции их применения в вооруженной борьбе на море. К моменту окончания Второй мировой войны американский флот располагал 17-ю тяжелыми авианосцами типа «Essex».

    А до конца 1945 года он пополнился еще четырьмя кораблями — двумя типа «Essex» (CV-37 «Princeton», CV-40 «Tarawa») и двумя гигантами CVB-41 «Midway» и CVB-42 «Franklin D. Roosevelt». Таким образом, США стали бесспорными хозяевами океанских просторов: по ударной мощи (а ее олицетворяли именно авианосцы) тягаться с ними не могли даже все остальные страны мира, вместе взятые.
    Что же касается ВМФ СССР, то в первые послевоенные годы он оставался флотом прибрежного действия. Считалось, что цели войны могут быть достигнуты только объединенными усилиями всех видов вооруженных сил при главной роли сухопутных войск, что в целом было верно для сложившихся условий. Такие взгляды были продиктованы опытом минувшей войны и вполне соответствовали фактическому составу сил и средств флотов в сравнении с их возможным противником. Главным родом сил ВМФ вначале являлись надводные корабли, которые должны были действовать в зоне прикрытия морской авиацией берегового базирования. Однако с течением времени на первое место стали выдвигаться подводные лодки, основной задачей которых стала борьба на коммуникациях противника. Такое усиление роли подводной компоненты флота было обусловлено подавляющим господством флотов и особенно палубной авиации вероятного противника в открытом море. В этих условиях фактически только подводные лодки, обладающие намного меньшей уязвимостью от действий авиации, могли проводить наступательные действия и добиваться при этом определенных успехов.

    В начале 50-х гг. роль авиации как ударной силы флота значительно возросла с появлением ядерного оружия. В самой авиации к этому времени произошел качественный скачок в развитии ее боевых возможностей, вызванный заменой поршневых двигателей на реактивные. Резко повысились скорости, высота и дальности полетов, увеличилась боевая нагрузка самолетов. Авианосная авиация приобрела способность доставлять ядерные бомбы на сотни километров и стала угрожать не только прморским районам, но и значительной части территории СССР. Для сил и средств войск ПВО страны корабельные самолеты являлись целями гораздо более сложными по сравнению со стратегическими бомбардировщиками: летали они быстрее «стратегов», а по маневренности превосходили их в несколько раз. В отличие от наземных самолетов тактической авиации их нельзя было накрыть упреждающим ударом фронтовой авиации или баллистических ракет. Для многочисленных советских подводных лодок авианосцы представляли собой труднодоступную цель не только из-за противодействия мощного наряда кораблей охранения, но и вследствие большой скорости хода, вдвое превышавшей соответствующий показатель дизель-электрических субмарин, что очень сильно затрудняло их выход на позицию эффективной торпедной стрельбы.
    Для борьбы с этой угрозой высшим военно-политическим руководством СССР во главе с И.В. Сталиным было принято решение развивать новый вид оружия — крылатые противокорабельные ракеты (в то время — самолеты-снаряды) для различных носителей (надводные корабли, подводные лодки, самолеты морской авиации берегового базирования). После Великой Отечественной войны начало проводиться активное изучение образцов новейшей трофейной техники с задачами вначале ее воспроизведения, а потом и развития (Постановление Совета Министров СССР №1017-419сс «Вопросы реактивного вооружения» от 19 мая 1946 г., подписанное И.В.Сталиным). В непосредственное развитие этого Постановления были созданы к осени того же года два крупнейших полигона: «Капустин Яр» (испытания и модернизация «Фау-2») и «Песчаная Балка» (в районе Феодосии, испытания новых видов вооружения ВМФ).
    [​IMG]
    Противокорабельная ракета П-35​
    Первые крылатые ракеты отличались весьма немаленькими размерами и массой, а также малой весовой отдачей, что вообще естественно для нового вида вооружения. Поэтому наиболее простым вариантом было размещение их на крупных надводных кораблях, для чего и проводились соответствующие исследования. Например, на основании данных по ракете 15ХМ «Шторм» КБ завода Минавиапрома организациями Минсудпрома, в частности проектно-исследовательским бюро ЦНИИ-45, в конце 40-х — начале 50-х гг. проводились проработки размещения ракет «Шторм» на надводных кораблях проектов 30бис, 56 и 68бис. В дальнейшем Постановлением СМ №2541-1222 от 30 декабря 1954 г. НИИ-642 была поручена разработка корабельной крылатой ракеты КСЩ. Первым кораблем, получившим ракеты КСЩ, стал эсминец «Бедовый», с лета 1955 г. достраивавшийся по проекту 56ЭМ. Кроме «Бедового», ракетами КСЩ было вооружено четыре эсминца проекта 56М и эсминцы пр.57бис — восемь кораблей этого проекта вступили в строй с 10 января 1960 по 30 декабря 1961 г. Кроме этого, в конце 1958 г. было развернуто строительство ракетных катеров пр.183Р, вооруженных ракетой П-15, разработанной в КБ «Радуга» под руководством А.Я. Березняка. Противокорабельной крылатой ракетой второго поколения для надводных кораблей стала П-35, разработанная в ОКБ-52 под руководством В.Н. Челомея. Первый корабль проекта 58 «Грозный» с ракетами П-35 вступил в строй 30 декабря 1962 г. Это был первый в мире специально спроектированный корабль с противокорабельным и зенитным ракетным вооружением.

    В послевоенное время особенно остро стоял вопрос о возможности нанесения ответного удара по территории «вероятного противника» — США. Проблема заключалась в том, что эта самая территория была отгорожена двумя «противотанковыми рвами» — Атлантическим и Тихим океанами — и охранялась многочисленным флотом. Как уже отмечалось ранее, успешно действовать в условиях подавляющего превосходства флота противника имели возможность только подводные лодки. Поэтому, наряду с баллистическими ракетами, прорабатывались и стратегические крылатые ракеты «для стрельбы по площадям», а также проекты подводных лодок, вооруженных ими. Следует отметить, что это решение оказалось верным — именно возможность нанесения ответного удара при помощи первого поколения подводных лодок, вооруженных как баллистическими, так и крылатыми ракетами, немногочисленных первых стратегических бомбардировщиков и еще более немногочисленных межконтинентальных баллистических ракет позволила остудить горячие головы в американском политическом и военном руководстве и избежать ядерной войны в 50-е годы.
    Первой специализированной крылатой противокорабельной ракетой для вооружения подводных лодок стала ракета П-6, разработка которой началась 17 августа 1956 г. Постановлением СМ от 23 июня 1964 г. комплекс П-6 был принят на вооружение подводных лодок пр.651 (дизельные) и 675 (атомные). По проекту 651 было построено 16 лодок, переданных флоту в 1965-1968 гг. Головная подводная лодка пр. 675, вооруженная восемью ракетами П-5 или П-6, вошла в состав СФ 30 сентября 1963 г. В дальнейшем на двух заводах было построено 29 лодок пр.675 различных модификаций.

    Нанесение ударов по надводным кораблям на дистанциях, многократно превышающих дальность прямой радиолокационной видимости, потребовало создания системы разведки и целеуказания для противокорабельных ракет. Такая система была создана и состояла из бортового радиолокационного комплекса обнаружения надводных целей и аппаратуры трансляции радиолокационной информации, размещенных на самолетах Ту16РЦ, Ту-95РЦ, позднее на вертолетах Ка-25РЦ и на приемных пунктах на кораблях.
    Одним из наиболее значимых достижений послевоенного периода, которое серьезно повлияло на дальнейшее развитие морской авиации и ее боевых возможностей, является зарождение морской ракетоносной авиации. В 1947 году было начато проектирование противокорабельного снаряда 14Х КС-1 «Комета» в ОКБ-51 (позже переданы в ОКБ-155). Носителем был выбран дальний бомбардировщик Ту-4 с РЛС «Комета К-1» (К-1) и двумя держателями БД-КС. В 1952 г. был проведен первый пуск самолета-снаряда с наведением. Он оказался неудачным, но систему удалось довести, и в том же году после успешного завершения совместных государственных испытаний начался серийный выпуск нового оружия. В 1954 г. система ракетного оружия «Комета-М» была принята на вооружение Авиации ВМФ СССР. За создание системы «Комета» коллектив ОКБ-155 был отмечен Сталинской премией. В июне 1953 г. в составе ВВС ЧФ была сформирована 27-я учебная эскадрилья, а осенью 1955 г. на ее базе был создан 124-й ТБАП ДД (позже — МТАП ДД), в составе которого было 12 Ту-4КС, 8 Ту-4 и другая техника. Затем перевооружился на ракетоносцы 5-й МТАП ЧФ. В сумме в эти части поступило около 30 носителей Ту-4К. Позже на всех флотах стали формироваться части морской ракетоносной авиации, вооруженные самолетами Ту-16 с разнообразными ракетными комплексами.
    [​IMG]
    Ракетный крейсер «Грозный»​
    Морская ракетоносная авиация располагала существенно большими возможностями в борьбе с авианосцами по сравнению с другими ракетными системами на базе кораблей и подводных лодок. Так, она обладала принципиальными преимуществами перед кораблями-ракетоносцами — возможностью самостоятельной доразведки целей и способностью быстрой концентрации сил для нанесения мощного удара несколькими десятками ракет. В результате, хотя радиус действия самолетов-ракетоносцев уступал возможностям кораблей, морская береговая авиация начала становиться одной их главных составляющих ударного потенциала ВМФ СССР.
    С получением флотами нового оружия разрабатывались стратегия и тактика его применения в различных условиях. Так, в конце 1950-х — начале 1960-х гг. важнейшими задачами флота в начальный период войны являлись срыв ядерных ударов с морского направления и нарушение или срыв морских и океанских сообщений противника. Для решения первой задачи основными объектами действий советского ВМФ были авианосные ударные и ракетоносные соединения противника, для ведения борьбы с которыми надо было заранее организовать операции по уничтожению сил флота противника в море, нацеливая на ее выполнение подводные лодки, особенно атомные, развернутые в районах боевых действий, и авиацию флота. В связи с этим в конце 50-х — начале 60-х гг. большое внимание уделяли разработке типовой морской операции по уничтожению авианосного ударного соединения противника. Главная роль в операции отводилась подводным лодкам с различным вооружением и ракетоносной авиации. Отрабатывались различные варианты как однородных, так и комбинированных ракетных ударов с использованием различных носителей.
     
    dok нравится это.
  17. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 16 апр 2018

    Почему «3-линейная винтовка образца 1891 года» не использовалась без штыка?
    обратимся к «Наставлению по обучению стрельбе» 1884 года. Оно действовало до рассмотренного нами «Наставления…» 1897 года.
    [​IMG]
    Открываем страницу 170 указанного наставления. И что мы там видим.
    [​IMG]
    А вот что там написано относительно влияния штыка на полет пули.
    А какая винтовка состояла на вооружении Российской империи в 1884 году? В 1884 году на вооружении Российской императорской армии состояла «Скорострельная малокалиберная винтовка Бердана № 2». Оказывается, и «берданку» надо было пристреливать исключительно со штыком. Как видите, в «Наставлении…» 1884 года об этом имеется еще указание.
    [​IMG]
    Это фотография испытаний винтовки Бердана №2. 1870 год. Испытывают ее капитан Гуниус (стоит) и полковник Горлов. Обратите внимание – винтовка со штыком. То есть и винтовку Бердана изначально предполагалось использовать только со штыком.
    А вот с винтовкой Бердана №1 получилось несколько сложнее. Это первая русская винтовка, которая была изначально спроектирована как казнозарядная. Эта винтовка проектировалась в США и пристреливалась без штыка.
    Но первые же испытания в России все поставили на свои места. Испытывалась винтовка, естественно, со штыком. Горлов по своему усмотрению выбрал для винтовки трёхгранный штык. Но трехгранный штык старой конструкции, созданной еще для дульнозарядного оружия, не выдерживал нагрузок, создаваемых новыми боеприпасами. После этого был спроектирован новый, более прочный четырёхгранный штык и все встало на свои места. Потому винтовка Бердана №2, принятая на вооружение в 1870 году, получила уже новый штык — четырёхгранный. Он же, практически без изменений, достался и «3х-линейной винтовке образца 1891 года».
    А как дело обстояло еще раньше, до винтовки Бердана №2?
    До винтовки Бердана №2 в России было то, что военный министр Дмитрий Алексеевич Милютин назвал «нашей несчастной ружейной драмой».

    Дело в том, что благодаря бурному развитию науки и техники второй половины XVIII и первой четверти XIX века ружьё — основное вооружение пехотинца и кавалериста — которое до этого на протяжении нескольких поколений совершенно не менялось, вдруг понеслось развиваться очень быстрыми темпами. И те, кто не хотел оказаться в положении догоняющего, должны были с не меньшей скоростью разрабатывать, принимать на вооружение и пускать в производство совершенно новые конструкции.
    И Российской империи в этот период пришлось трудно. Как говорил тот же Милютин: «…техника шла вперёд такими быстрыми шагами, что прежде чем предложенные заказы были испытаны, появлялись уже новые требования и делались новые заказы».
    С 1859 по 1866 год Оружейная комиссия (ранее - Комитет по улучшению штуцеров и ружей) испытала свыше 130 иностранных и не менее 20 отечественных систем.

    В результате приняли на вооружение переделанную с винтовки 1856 года «скорострельную капсюльную винтовку Терри-Нормана» и менее чем через год сняли с вооружения как устаревшую.
    Ей на смену пришла винтовка Карле – с тем же успехом. И наконец, в 1869 году основным вооружением армии стала винтовка Крнка, а на флоте приняли винтовку Баранова (выпущено её было немного – около 10 000 экземпляров). О том, насколько не просто пришлось армии с таким количеством систем во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг., хорошо говорит следующий документ.
    [​IMG]
    Это известный доклад генерала Н.П. Потоцкого в Императорском Русском Техническом Обществе.
    Но во всем этом в данный момент нас интересует вопрос – а как пристреливались все эти образцы вооружения? А пристреливались они со штыком. Так, как и предыдущие образцы. Потому что без штыка пехота винтовки не использовала. И не только пехота.
    [​IMG]
    Это Приказ Управляющего Морским Министерством от 21 июля 1870 года. Приказ этот определяет порядок снабжения судовых команд стрелковым оружием. Прилагается к нему «Наставление для обучения стрельбе в цель из ружей и пистолетов».
    На этом эпоху казнозарядного нарезного оружия мы исчерпали. А что же оружие дульнозарядное, гладкоствольное?
    Конечно, говорить о пристрелке, так как мы ее понимаем сейчас, ударно-кремневых и ударно-капсюльных ружей нельзя. Но ведь обучение солдат стрельбе проводилось. Значит должны быть и документы, это обучение регламентирующие. Такие документы есть. Например, «Наставление о стрельбе в цель» 1848 года. В это время на вооружении русской армии присутствуют как устаревшие ударно-кремниевые пехотные образцы 1808, 1826, 1828, 1839 годов, а также капсюльные образца 1845 года, переделанные из кремневых, образца 1828 и 1839 годов.
    Скажу сразу, в этом «Наставлении…» параграфа о необходимости проводить обучение стрельбе со штыком нет. Зато в нем есть параграф, в котором очень подробно расписано устройство прицельного прибора для обучения солдат прицеливанию. Это вышеназванный прибор с закрепленным на нем ружьем. А ружье – со штыком.
    Теперь будем подводить итоги нашего исследования. Итоги таковы.
    Использование винтовок непременно с примкнутым штыком в русской армии носило военно-доктринальный характер. Дело в том, что в подавляющем большинстве европейских армий багинеты с момента своего появления применялись преимущественно как оборонительное оружие.
    В русской же армии, начиная с «Краткого обыкновенного учения» Петра I рекомендовалось применять штык в наступательных действиях войск.

    В 1716 г. был введен «Устав воинский». Значительное место в нем также уделялось подготовке солдат к штыковому бою.
    Дополнительно в уставе указывалось, что при любой стрельбе все обязательно должны примыкать штыки, так как после нее непременно пойдут на неприятеля со штыками. Вот почему на вооружении русской армии так долго продержался трехгранный штык. Хотя штык должен быть постоянно примкнут, но при этом он давал возможность заряжать ружьё безопасно для стрелка. Эти требования подходят исключительно для трёхгранного штыка, который имеет длинную шейку, отводящую клин штыка от дульного среза на расстояние, безопасное для руки при заряжании. При этом грань, обращённая к дульному срезу, не должна быть острой. Таковым требованиям отлично удовлетворяет трёхгранный штык с плоской гранью, обращённой к дульному срезу.
    Таким образом, фундамент тактики был заложен. А до совершенства ее довел А.В. Суворов. Он, идя по тому пути, который был уже намечен в русской армии Петром I, нашел решение проблемы, оказавшейся неразрешимой для военного искусства Западной Европы его времени. Сущность его преобразований в тактике была на первый взгляд очень проста, но значение их огромно.
    Суворов прежде всего понял более ясно, чем кто-либо из его современников, что состав русской армии и качества русского солдата дают возможность воспитать в войсках свойства, нужные для самой решительной формы боя, для боя холодным оружием. Суворов нашел далее нужные методы воспитания и обучения войск в указанном направлении. И наконец, Суворов нашел правильный способ использования в бою воспитанной и обученной в его духе пехоты, сущность которого сводилась к тому, что штыковой удар выдвигался на первый план, как решающий акт боя.
    Вместо огневого состязания с очень медленным, не доводившимся, как правило, до удара сближением, в которое выливалась атака по методам западноевропейской тактики, пехота Суворова после короткой огневой подготовки начинала безостановочное движение вперед, завершавшееся обязательно броском в штыки. Огонь должен был отчасти расстроить и деморализовать противника, дезорганизовать его огонь и снизить его действенность. Кроме того, дым от выстрелов служил своего рода маскировкой для атакующего. При атаке без огневой подготовки обороняющийся, стреляя более спокойно, имел шансы нанести наступающему тяжелые потери, а то и легко отбить атаку.
    В этом месте у многих в памяти всплывает знаменитая фраза полководца: «Пуля – дура, штык – молодец!» Остановлюсь на ней подробней, так как в последнее время эти слова иногда используются для иллюстрации отсталости русской армии.
    В оригинале слова А.В. Суворова в «Науке побеждать» звучат так: «Береги пулю на три дня, и иногда и на целую кампанию, как негде взять. Стреляй редко, да метко; штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля – дура, штык – молодец». Этот фрагмент в целом совершенно меняет понимание той фразы, которую из трудов полководца обычно неграмотно выхватывают. Полководец всего лишь призывает беречь боезапас и стрелять метко и акцентирует внимание на важности умения работать штыком. Эпоха дульнозарядного оружия заставляла стараться стрелять метко, важность точной стрельбы недооценивать было невозможно. Но — подчеркнем еще раз — огонь пехоты у Суворова играл роль только подготовки удара. Пожалуй, наиболее ясно это высказано в приказе 1794 г.: «Шаг назад — смерть, всякая стрельба кончается штыками».
    Таким образом, Суворов, не отказываясь от разумного использования всех свойств оружия, решительно порвал с переоценкой ружейного огня, господствовавшей в то время.
    В дальнейшем, несмотря на изменения в тактике войск и вооружении, штык позиций в русской армии не сдавал. Наоборот, штыковой бой наряду с гимнастикой приобретает все большее значение в индивидуальной подготовке солдат.
    В изданных в 1857 г. «Правилах для обучения употреблению в бою штыка и приклада» особо подчеркивалось, что руководители занятий главное внимание должны уделять индивидуальной подготовке каждого воина. Для обучения штыковому бою предусматривались макеты ружей с «мягкою и податливою оконечностью», маски, нагрудники и перчатки. Все приемы, в конечном счете, отрабатывались в полном снаряжении. На завершающем этапе обучения требовалось проводить вольные бои, излагались и приемы боя прикладом, кроме того, имелись указания по тактике действий в рукопашном бою с несколькими противниками или с бойцами, вооруженными разным оружием.

    В 1861 г. были изданы новые «Правила для употребления штыка в бою», состоявшие из четырех частей, в которых предусматривались ежедневные учебные занятия по штыковому бою.
    [​IMG]
    В 1881 г. вышли новые «Правила для обучения употреблению в бою штыка», которые использовались более 25 лет. И только в 1907 году его сменило новое «Обучение штыковому бою».
    Здесь можно задаться вопросом о том, что если наличие постоянно примкнутого штыка для оружия XVIII – XIX века объяснить можно, то как это объяснить для винтовки, которая разрабатывалась уже практически на пороге века XX.
    Объяснение этому можно найти в книге, которая служила долгие годы настольной для очень многих военачальников России. Это «Учебник тактики», написанный генералом М.И. Драгомировым в 1879 году. М.И. Драгомиров – крупнейший военный теоретик Российской империи 2-й половины XIX века. Его практическая и научно-публицистическая деятельность оказала огромное влияние на все стороны военной деятельности, но, к сожалению, далеко не всегда положительное.
    Свое видение развития огнестрельного оружия он выразил так: «…пуля и штык не исключают друг друга, а дополняют друг друга: первая прокладывает дорогу второму. Это отношение между ними останется всегда, как бы далеко ни пошло усовершенствование огнестрельного оружия».
    Авторитетная проповедь М.И. Драгомирова нашла яркое отражение в Полевом уставе 1904 г. и в других уставах того времени и оказала немалое отрицательное влияние на вооружение русской армии и снабжение ее современными техническими средствами борьбы. Например, даже в последнем Уставе полевой службы, утвержденном в 1912 г., сохранилось суворовское «Поучение воину перед боем», в котором имелись такие «руководящие указания»: «В бою бьет, кто упорнее и смелее, а не кто сильнее и искуснее»; «Лезь вперед, хотя бы передних и били»; «Не бойся гибели»; «Неприятеля можно бить или штыком, или огнем, из двух выбор не труден»; «Если враг близко – всегда штыки; если подальше – сначала огонь, а потом штыки».
    Нельзя сказать, что в русской армии не осознавали архаичность постоянно примкнутого штыка.
    Так, военный министр Д.А. Милютин в своем дневнике в 1874 году писал: «снова возбуждён вопрос о замене штыков тесаками... по примеру пруссаков. Три раза уже был обсуждаем этот вопрос лицами компетентными: все единогласно отдавали преимущества нашим штыкам и опровергали предположения государя, чтобы штыки примыкались к ружьям только в то время, когда представится надобность действовать холодным оружием. И несмотря на все прежние доклады в таком смысле, вопрос снова поднимается в четвёртый раз».
    Еще в начале XX века в военных кругах Российской Империи существовало две партии. Одни признавали «штык» – знамение отваги, духа, храбрости – и утверждали, что, каковы бы ни были совершенства техники и сила огня, все же главное на войне будет человек, что важно не оружие, а человек с его решительностью, и что так как представителем этого качества является штык, то суворовский афоризм «пуля – дура, штык – молодец», вечен. Другие, увлеченные могуществом современного огня, придавали преувеличенное значение технике, отрицали «штык», а с ним – и суворовский афоризм.
    М.И. Драгомиров окрестил первых «штыколюбами», вторых – «огнепоклонниками». Первые, возглавляемые самим Драгомировым, остались победителями.
    Непрестанные пререкания «штыколюбов» и «огнепоклонников» привели к неясности понимания вопросов «пули» (материи) и «штыка» (духа), к ложным выводам теории и, следовательно, к неправильной постановке дела подготовки к войне, к излишнему увлечению моральной стороной подготовки войск для боя в ущерб военной технике.
    Как видите, на момент создания трехлинейки позиции штыка были незыблемы. Незыблемыми они остались, кстати, до того момента, как трехлинейка была снята с вооружения. Поэтому применение 7,62-мм винтовки системы Мосина обр. 1891/30 гг. без штыка также не предусматривалось.

    Рабоче-крестьянская Красная армия не только позаимствовала методику использования штыка из уставов царской армии, она привнесла в неё различные усовершенствования, в том числе и с учетом опыта иностранных армий.
    А вот что писал в начале 1930-х годов начальник учебностроевого управления ГУ РККА Малиновский: «Опыт войны гласит, что ещё до настоящего времени штыковой бой и, во всяком случае, готовность к нему ещё очень часто являются решающим и заключительным элементом атаки. Этот же опыт свидетельствует о значительности потерь в рукопашной схватке как в силу нападения штыка, так и вследствие неумения использовать штык». Поэтому неудивительно, что Боевой устав пехоты РККА учил бойцов: «Конечная боевая задача пехоты в наступательном бою – разбить противника в рукопашной схватке. Всякий атакующий должен выбрать в рядах противника себе жертву и убить её. Ни один человек, попадающийся на пути, не должен быть оставлен без внимания, будь это бегущий, идущий, стоящий, сидящий или лежащий. ... Теперь нет никакого сомнения в том, что во многих атаках, а в ночных – обязательно, наши противники будут искать победы в штыковом ударе, а потому мы обязаны уметь противостоять этому удару своим более сокрушительным ударом. Опыт войны показал, что многие бойцы были убиты или ранены только вследствие неумения соответствующим образом использовать своё оружие, особенно штык. Штыковой бой является решающим фактором всякой атаки. Ему до последней возможности должна предшествовать стрельба. Штык есть главное оружие ночного боя».
    [​IMG]
    Неудивительно, последнее предвоенное «Наставление по стрелковому делу» НСД-38 1938 года немногим отличается от уже рассмотренного нами «Наставления для обучения стрельбе» 1897 года.
     
    dok нравится это.
  18. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 17 апр 2018

    Всего через пару лет после появления немецкого проекта самоходного вагона с авиационной силовой установкой Dringos за авторством Отто Штайница аналогичная техника была создана и в нашей стране. Оригинальная идея строительства железнодорожного вагона, оснащенного авиационным двигателем и воздушным винтом, сулила массу преимуществ, главным из которых была высокая скорость. В зависимости от конструкции и используемой силовой установки такой транспорт мог разгоняться до 120-150 км/ч, что в те времена считалось почти невозможным. В 1921 году свой проект подобного вагона представил инженер-самоучка Валериан Иванович Абаковский.
    С 1919 года Абаковский служил шофером в Чрезвычайной комиссии города Тамбова. Будущий создатель т.н. аэровагона проявлял большой интерес к различной технике, в том числе к перспективным проектам. Такой интерес в сочетании с желанием принести пользу своей стране и народу привел к появлению любопытного подтверждения. Неизвестно, знал ли Абаковский о работах Штайница или пришел к оригинальной идее самостоятельно, но, так или иначе, в 1921 году появилось предложение построить новое транспортное средство для железных дорог.

    Главным преимуществом предложенного аэровагона (этот термин появился именно для обозначения машины В.И. Абаковского) перед всеми существующими видами транспорта, за исключением самолетов, была высокая скорость передвижения. При определенных условиях эта машина могла бы развивать скорость более 100 км/ч, что позволяло сравнительно быстро преодолевать большие расстояния, свойственные географии РСФСР. Так, аэровагон мог бы использоваться для обеспечения перевозки различных государственных документов на линиях, соединяющих Москву и удаленные города. Кроме того, он мог быть транспортом для высокопоставленных лиц, экономя их время и позволяя быстрее приступать к своим обязанностям в регионах.
    В.И. Абаковский отправил свое предложение руководству молодого советского государства и получил поддержку. Весной 1921 года стартовало строительство перспективной машины. По одним данным, аэровагон строили в Тамбове, по другим – в Москве. К лету того же года начались испытания нового образца техники. Тестовые заезды проводились на имеющихся железнодорожных перегонах в центральных районах страны. К середине июля 21-го аэровагон преодолел более 3 тыс километров и показал высокие характеристики скорости.
    Конструкция аэровагона Абаковского была максимально упрощена и облегчена для достижения высокой скорости. Машина имела ходовую часть с двумя колесными парами, тормозами и другими агрегатами, заимствованными у существовавшей в то время железнодорожной техники. На раме аэровагона смонтировали кабину характерной угловатой формы. В своей передней части она имела клиновидную форму, призванную обеспечивать приемлемую обтекаемость, а средняя и задняя части кабины были прямоугольными. Кроме того, для улучшения аэродинамики передняя часть крыши была выполнена скошенной.
    Все агрегаты силовой установки аэровагона располагались в его передней части. Машина получила авиационный двигатель (модель и мощность неизвестны), который установили в передней части кабины. Двигатель должен был вращать деревянный тянущий двухлопастный винт диаметром порядка 3 м. По расчетам, такая винтомоторная группа могла разогнать аэровагон до немыслимых для того времени 140 км/ч.

    Среднюю и заднюю часть кабины отдали под размещение сидений для пассажиров. Размеры пассажирской кабины позволяли перевозить до 20-25 человек. При этом некоторые вопросы вызывает управление машиной. На имеющихся фото видно, что окна имелись только в бортах кабины, из-за чего не вполне понятно, как именно машинист должен был следить за путями и узнавать текущую обстановку. Вполне возможно, что именно эта особенность аэровагона в будущем сыграла роковую роль в его судьбе.
    Летом 1921 года в РСФСР проходили III конгресс Коммунистического Интернационала и I конгресс Красного интернационала профсоюза, для участия в которых в Москву прибыли представители компартий нескольких стран. На 24 июля была запланирована поездка делегатов в Тулу, где должна была состояться встреча с местными шахтерами. Для доставки советских и зарубежных коммунистов в Тулу был выбран новейший скоростной аэровагон конструкции инженера В.И. Абаковского.

    Утром 24 июля аэровагон под управлением автора проекта отправился из Москвы в Тулу. В кабине машины находился сам Абаковский и 22 пассажира. Делегаты быстро добрались до Тулы, провели все запланированные мероприятия и вечером того же дня направились обратно в Москву. Недалеко от г. Серпухов случилась трагедия. Аэровагон, ехавший со скоростью не менее 80 км/ч, был весьма чувствительным к качеству железнодорожного полотна, и на одном из неровных участков сошел с рельсов. Высокая скорость машины привела к трагическим последствиям: шесть пассажиров получили ранения разной степени тяжести, семеро (в том числе и сам В.И. Абаковский) погибли. Аэровагон восстановлению не подлежал.
    Из-за неровностей железнодорожного пути погибли инженер В.И. Абаковский, советский политический деятель Ф.А. Сергеев (также известен как товарищ Артем), немецкие делегаты О. Струпат и О. Гельбрих, американец Д. Фридман и англичанин В.Д. Хьюлетт. Все погибшие были похоронены в братской могиле Некрополя у Кремлевской стены.
    Расследование катастрофы показало, что причиной схода аэровагона с рельсов стало неудовлетворительное состояние железнодорожных путей. Одна из неровностей привела к тому, что высокоскоростной транспорт подскочил на рельсах и не смог удержаться на них, после чего слетел под откос.

    Существуют и иные версии происшествия. Так, сын Ф.А. Сергеева, Артем Сергеев, неоднократно упоминал, что в месте катастрофы на рельсах лежали камни, из-за которых вагон и сошел с рельсов. Таким образом, гибель делегатов и конструктора аэровагона могла быть следствием покушения. Кто и по какой причине мог подстроить катастрофу – неизвестно. Официальное расследование пришло к выводу, что главной причиной происшествия стало плохое качество путей.
    После гибели В.И. Абаковского проект аэровагона остался без главного разработчика и идейного вдохновителя. По этой причине все работы прекратились. Кроме того, причиной прекращения оригинального проекта можно считать выводы, сделанные из результатов работы следствия. Имея массу преимуществ, которые позволяли начать полноценную эксплуатацию, аэровагон сильно зависел от качества путей. В то время состояние железных дорог оставляло желать лучшего, из-за чего гипотетическое массовое применение аэровагонов могло привести к большому количеству катастроф с человеческими жертвами.
    В результате все работы по направлению, изначально казавшемуся более чем перспективным, были прекращены. Следующий отечественный проект, подразумевавший использование авиационной силовой установки на железнодорожном транспорте, был запущен только в конце шестидесятых годов. Однако, как и в случае с аэровагоном Абаковского, проект «Скоростной вагон-лаборатория» (СВЛ) так и не привел ни к какому практическому результату.
     
    dok нравится это.
  19. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 18 апр 2018
    Возмездие
    [​IMG]
    "Гойя" на достройке в порту Берген. Рядом строится однотипный "Боливар".​

    В ночь с 16 на 17 апреля 1945 года советская подводная лодка Л-3 "Фрунзевец" утопила немецкий теплоход "Гойя". Из-за нараставшего в Германии хаоса в связи с начавшимся днем ранее наступлением Красной армии на Берлин это событие прошло почти незамеченным и не вызвало столь бурного резонанса, какой последовал за потоплением в конце января другой советской субмариной транспорта "Вильгельм Густлов".
    Однако по количеству жертв "Гойя" превзошел "Густлова", а его уничтожение считается крупнейшей катастрофой на море за всю историю человечества. На "Густлове", по современным оценкам, погибло примерно 5300 человек, а "Гойя" унес на дно более семи тысяч. Имя знаменитого испанского художника, известного своими жуткими, инфернальными фантазиями, воплотилось той апрельской ночью в реальный кошмар. Не зря говорят, как вы судно назовете...
    "Гойя" - довольно крупный сухогруз длиной 130 метров и водоизмещением 7000 тонн - строился в Норвегии и был спущен на воду в 1940 году, буквально за несколько дней до оккупации этой страны германской армией. Немцы доделали корабль и в январе 1942 года он вступил в строй. В 1944 году его переоборудовали в военный транспорт, вооружив несколькими зенитными орудиями.
    [​IMG]
    После включения в состав Кригсмарине "Гойя" получил довольно замысловатый камуфляж.​
    Весной 1945 года "Гойю" задействовали для эвакуации военнослужащих и беженцев из осажденного советскими войсками Данцига. До своей гибели он успел совершить четыре рейса, вывезя примерно 19 тысяч человек, то есть, в среднем около пяти тысяч за рейс. Но в своем последнем походе корабль был нагружен гораздо больше, поскольку немцы из-за резкого ухудшения обстановки на фронте старались побыстрее завершить эвакуацию.

    Официально на нем находилось 6200 зарегистрированных пассажиров плюс экипаж и зенитчики, однако, по свидетельствам выживших реальное число пассажиров было гораздо больше - от семи до восьми тысяч. Корабль вывозил из Данцига примерно 1500 служащих 4-й танковой дивизии Вермахта, около 2000 раненых из военных госпиталей и неизвестное количество гражданских лиц.
    Людей было так много, что они занимали буквально каждый метр площади, сидели на лестницах и в коридорах. Более 1000 человек, которым не нашлось места во внутренних помещениях, толпились под холодным дождем на верхней палубе. На каждой койке в каютах лежало по двое-трое раненых. Никаких шансов на спасение в случае гибели корабля у них не было.
    15 апреля "Гойя" вышел из порта, по которому уже била советская артиллерия, и в сопровождении двух тральщиков направился в Копенгаген. К вечеру 16-го он прошел примерно половину пути, когда в сгущавшихся сумерках его обнаружил экипаж подлодки Л-3, несущей боевое дежурство на маршруте немецких конвоев. Командир субмарины Коновалов приказал догнать и атаковать столь заманчивую цель.

    В 23-52 подлодка сблизилась с транспортом и дала залп из двух торпедных аппаратов. Обе торпеды сработали как надо, одна попала в машинное отделение, другая - в носовую часть, которая от взрыва откололась и корабль переломился надвое. Он погиб очень быстро, всего через восемь минут, то есть ровно в полночь "Гойя" ушел под воду, унося с собой почти всех, кто был на его палубах и в трюмах. Эскортные корабли смогли выловить из воды лишь 157 человек, в том числе восемь танкистов. До конца войны оставались три недели...
    [​IMG]
    Капитан 3-го ранга В.К. Коновалов возле своего подводного корабля. Снимок лета 1945 года.
    [​IMG]
    Торпедисты Л-3, отправившие на дно транспорт "Гойя".​
     
    dok нравится это.
  20. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 21 апр 2018
    Я уже выкладывал материалы по двухбалочным самолетам:

    возможно самым первым из них был самолет А.А. Пороховщикова построенная в 1914 году
    [​IMG]
    «Би-кок» № 2 («Двухвостка»)​
    Затем был разработан в начале 1930-х годов с использованием оригинальных конструкторских решений, новых технологий и материалов К-7 — советский экспериментальный многоцелевой (варианты — бомбардировщик, десантный и тяжёлый пассажирский) самолёт-гигант Харьковского конструкторского бюро К. А. Калинина.
    [​IMG]
    Экспериментальный бомбардировщик К‑7 К. А. Калинина.​
    Ещё позже был построен Локхид П-38 «Лайтнинг» (англ. Lockheed P-38 Lightning, в переводе — «Молния») — американский тяжёлый истребитель и разведывательный самолёт, созданный в конце 1930-х годов по заказу сухопутных войск США.
    [​IMG]
    Истребитель Локхид P‑38 «Лайтнинг».​
    «Фокке-Вульф» Fw 189 («Рама» (советский жаргонизм), «Flugauge» — нем. «Летающий глаз» или «Uhu» — нем. Филин) первый полёт совершил в 1938 году (Fw 189V1), начал использоваться в 1940 году, и производился до середины 1944 года. Основное применение получил в военных действиях против СССР.
    [​IMG]
    Разведчик Фокке-Вульф FW189.​

    Но мало кто знает, о самом маленьком представителе этого семейства самолетов:

    Симпатичный и оригинальный самолетик разработал и произвел американский конструктор Tomas M. Shelton в начале 30х в родном Денвере, штат Колорадо, на фирме American Gyro Co. В 1936 он по-видимому перебрался в Калифорнию, в город Glendale (очень интересный городок!) и переименовал свою фирму в Crusader Aircraft Co. Единственным самолетом Шелтона стал American Gyro AG-4 Crusader, он же Crusader AG-4 Crusader, он же Shelton Flying-Wing и Gyroplane. Удивительные названия, ибо AG-4 не был естественно не автожиром, ни летающим крылом. Самолет был изготовлен в 1934, успешно летал, вызвал большой интерес. Вроде как сам Говард Хьюз живо заинтересовался самолетом и высоко его оценил. Однако попытки поставить самолет в серию не увенчались успехом, в 1938 году фирма Crusader стала банкротом.
    [​IMG]
    AG-4 был цельнометаллической конструкции (алюминиевый сплав 17ST) четырехместным двухбалочным монопланом. Оснащался двумя четырехцилиндровыми рядными двигателями воздушного охлаждения Menasco C-4 Pirate. Якобы "Крестоносец" мог лететь и на одном моторе. Шасси самолета первоначально закрывались большими обтекателями-"штанами", позднее оно стало убираемым (или, скорее, оно было с самого начала убираемым, но первые полеты совершались со "штанами").

    Были планы по выпуску фирмой Timm Aircraft Co. семиместного самолета AG-7 аналогичной схемы, с убирающимися шасси и более мощным мотором от той же фирмы Menasco. Однако из-за банкротства Crusader планам не суждено было реализоваться.
    ТТХ (рекламные/расчетные)
    Двигатель Menasco C-4 Pirate мощностью 125 л.с.
    Длина, м 6,6
    Размах крыла, м 10,97
    Площадь крыла, м2 19,14
    Вес пустого, кг 907
    Вес взлетный, кг 1360
    Скорость максимальная, км/ч 375
    Дальность полета, км 965

    [​IMG]
    [​IMG]

    [​IMG]
    Патент Шелтона. 1933​
    Источник же наполнен сетованиями о том, как большие компании похитили идею двухбалочного самолета у гениального изобретателя-одиночки. Итогом кражи стало появление Lockheed P-38 Lightning и Hughes XF-11.
     
    dok нравится это.
  21. Stirik

    Stirik Воин бога

    Репутация:
    101.568.888.517
    Stirik, 22 апр 2018

    Мало кто задумывается о том, что корабли-бомбы существовали задолго до XX века — их знали еще древние греки, а пик использования подобного оружия пришелся на XVI-XVIII века, когда ни один морской бой не обходился без брандеров.

    В 1281 году Хубилай —монгольский великий хан, внук Чингисхана, решил покорить Японию. Чтобы перебраться через Корейский пролив, хан решил построить мост, равных которому еще не было в мире. Для его постройки понадобилось десять тысяч судов. Вскоре на выстроившиеся в одну линию корабли был положен деревянный настил и первые шеренги монгольской конницы уже загрохотали по нему… Но неожиданно налетел тайфун и мгновенно уничтожил огромный мост. Этот спасительный тайфун получил в японской истории название Божественного ветра — камикадзе. Позже словом камикадзе начали называться воины-смертники. Во время Второй мировой войны воины-самоубийцы часто использовались в боевых действиях японской императорской армии. Смертники были разными: лётчики-смертники Камикадзе, наземные смертники, «бегущие мины» - для подрыва тяжелой наземной техники, парашютисты-смертники, Синъё - смертники на быстроходных катерах со взрывчаткой, Фукурю - пешие водолазы-подрывники, а также смертники на подлодках и торпедах - Кайрю, Корю и Кайтэн. Из всего этого разнообразия наиболее результативными оказались Камикадзе, а на втором месте оказались Кайтэны...

    Пожалуй, самый известный прецедент, в котором брандеры серьезно повлияли на исход боя, произошел 8 августа 1588 года — это было легендарное Гравелинское сражение, в котором британский флот наголову разгромил считавшуюся непобедимой Великую армаду. Армада была собрана Испанией для вторжения в Британию, но британцы нашли слабое место массивного флота — его неповоротливость и пробелы в организации. В итоге к финальному сражению при Гравелине английские пираты и легкие флотилии порядком «понадкусывали» плавучее чудовище. А в ночь перед битвой Чарльз Говард, герцог Ноттингем, главнокомандующий британского флота, приказал начинить восемь потрепанных в боях кораблей смолой, порохом, соломой и хворостом, поджечь и вслепую отправить в сторону сгрудившихся в кучу испанцев. Физического ущерба брандеры принесли немного, но вызвали страшную панику: чтобы избежать столкновения с пылающими кораблями, испанцы рубили якоря (их просто не успевали поднять) — и на следующий день уже толком не могли сохранять строй из-за невозможности причалить. Кроме того, многие корабли пострадали от столкновений.

    В принципе, именно такую цель — посеять панику, поджечь пару кораблей, сломать строй — брандеры несли примерно с V века до н.э. В морских сражениях их активно использовали и в России: в Чесменском сражении против турок (1770) и даже раньше, при Гангуте — еще Петр I, создавая основу русского флота, обратил внимание на опыт применения брандеров в бою.
    Был лишь один фактор, который позволил брандерам «прожить» в качестве оружия почти 2000 лет. Это материал кораблей — дерево. Как только в XIX веке военные корабли начали делать из железа, брандеры, казалось бы, потеряли актуальность раз и навсегда.

    Технологии прошлого
    С XIV и до начала XIX века брандеры существовали как выделенный класс кораблей, построенных специально для «суицидального» использования. Устройство брандера диктовалось его назначением: максимальная дешевизна и простота конструкции, скорость постройки, простота в управлении, продуманные места для расположения горючих и взрывчатых веществ. Брандеры строились одно- или двухпалубными и нередко имели минимальное вооружение — если путь до цели предстоял долгий и требовалось отстреливаться от других судов противника.
    От обычного корабля брандер отличали некоторые детали. Например, ближе к корме в борту предусматривалась дверь, у которой швартовалась лодка для эвакуации, причем швартовка для надежности производилась не канатом, а цепью. Дверь позволяла команде покинуть корабль под прикрытием борта. У места швартовки в борту было еще одно отверстие с выведенным наружу концом бикфордова шнура — моряки поджигали его, уже сидя в эвакуационной лодке, и его длина позволяла команде отойти на безопасное расстояние.
    В зависимости от ситуации брандером можно было сделать практически любой корабль — в XIX веке, когда брандеры как класс уже не строились, в качестве бомб использовались ненужные корабли других типов. Обычно брали небольшой корабль, отслуживший свое — дряхлый, иногда с кое-как заделанными пробоинами, — либо просто корабль, эффективность которого в качестве брандера превышала его эффективность в качестве пушечного судна. Все ценное, в том числе вооружение, снимали, после чего трюм и другие внутренние помещения набивали горючими веществами. Чаще всего использовали не военные корабли, а торговые, идущие с флотом в качестве плавучих складов продовольствия.
    По методике доставки плавучей бомбы к цели брандеры можно условно поделить на несколько типов. Первый тип предназначался для поджога корабля противника. Обычно такой брандер управлялся командой до самого конца — задачей моряков было пришвартовать горящий корабль к вражескому, после чего эвакуироваться с противоположного борта на заранее подготовленной шлюпке. Другая разновидность представляла собой именно бомбу — команда просто направляла корабль на противника и покидала брандер, не дожидаясь столкновения, за которым следовал взрыв. Как уже упоминалось, при попутном ветре или течении брандеры могли просто направить на вражеский флот без команды, с зафиксированным штурвалом.
    Естественно, существовали и методы борьбы. Самым простым способом был расстрел огненного судна из пушек в надежде повредить закрепленный штурвал, сбить мачту или — в лучшем случае — взорвать пороховой запас на приличном расстоянии от цели. Поэтому эффективность брандера в открытом море равнялась практически нулю: маневренный боевой корабль успевал уничтожить «бомбу» на подходе. Все успешные применения брандеров имели место в «узких местах», в гаванях и проливах, где скапливалось много кораблей, мешавших друг другу. Была и еще одна методика: бомбардиры атакуемых судов пытались попасть по шлюпке, на которой должна была эвакуироваться команда. В случае потери шлюпки команда могла развернуть брандер — стремлением к самопожертвованию европейские моряки не отличались.

    Кайтэн на службе самураев
    Идея о создании торпед-самоубийц появилась еще в 1942 году после поражения Японии в битве у атолла Мидуэй. Именно тогда двум морякам-подводникам — младшему лейтенанту Сэкио Нисине и лейтенанту Хироси Куроки пришлась по вкусу мысль использовать против флота США торпеды, управляемые людьми. Офицеры решили «скрестить» самую крупную японскую торпеду на базе Тип 93 и малую подводную лодку, но, взявшись за создание чертежей, поняли, что не смогут справиться самостоятельно. Военные обратились за помощью к конструктору Военно-морского арсенала Хироси Судзукаве. Тому идея понравилась и уже к январю 1943 года подробные чертежи страшного оружия были готовы. Оставалось донести информацию о своем открытии до Генерального штаба флота Японии... Но тут возникли первые проблемы: в те тяжелые для страны дни никому не было дела до изобретателей. И тогда офицеры поступили в истинно самурайском духе: они написали обращение к военно-морскому министру собственной кровью. Согласно японским традициям, письмо, написанное кровью автора, будет непременно прочитано. Так и случилось! «Кровавое» письмо так заинтересовало адмиралов, что меньше чем через год началась постройка первых экземпляров необычного оружия.
    Новинка получила название «кайтэн», что в переводе означает «воля небес», однако для японца в этом названии скрыт гораздо более глубокий смысл. Кайтэн — это нечто, вносящее кардинальные перемены в течение дел. И самураи-самоубицы гордились свой миссией... Это хорошо видно из письма одного японского солдата Ютаки Екоты: «Мои дорогие отец, брат и сестры! Я должен сказать вам правду: уже несколько месяцев я не учусь на летчика. Вместо этого меня обучают вождению нового оружия, управляемой торпеды, которую я должен буду в одиночку повести на врага. Я горжусь, что был выбран для такой миссии. Я погибну в тот момент, когда торпеда ударится в борт вражеского корабля…»

    Устройство и развитие кайтэнов
    Что же представлял собой кайтэн? Конструктивно кайтэн представлял собой одноместную, управляемую человеком торпеду. Вначале считалось, что обеспечить принцип «каждая торпеда — в цель» можно только в том случае, если ею будет до самого попадания управлять человек. А поскольку проводных систем управления для торпед тогда еще не существовало, то пришлось идти той же тропой, что и воздушные камикадзе — посадить водителя в саму торпеду. Причем в отличие от других подводных носителей, в случае с японским кайтэном водитель вообще не имел никакой возможности покинуть свой «корабль» перед взрывом.

    Человекоуправляемая торпеда модификации «Тип 1» была создана на базе 610-мм торпеды «Тип 93» модель 3, с широким заимствованием ее конструктивных элементов. Отличием стали горизонтальные и вертикальные рули увеличенной площади. К кормовой, двигательной части, разработчики пристыковали центральную часть несколько большего диаметра (0,99 м), в которой располагалась кабина пилота и две кормовые дифферентные цистерны.
    Носовая часть делилась на два отсека — в первом располагалось боевое зарядное отделение с 1550 кг взрывчатого вещества, что, по замыслу разработчиков, «должно было разломить пополам любой линкор», а во втором — дополнительный топливный бак, две носовые дифферентные цистерны, баллоны со сжатым воздухом системы управления по курсу и глубине, а также «воздушный баллон», взятый с торпеды «Тип 93» модель 3. Совокупный запас кислорода составлял 1550 литров (расход кислорода на скорости 12 узлов составлял 1 кг/мин, на скорости 20 узлов — 3 кг/мин, 30 узлов — 7 кг/мин), запас девяти баллонов со сжатым воздухом для системы управления рулями — 160 литров. Длина получившейся человеко-торпеды получилась 14,75 метра (длина торпеды «Тип 93» — 8,99 м), наибольший диаметр — 1 метр (диаметр базовой торпеды — 0,610 м), рабочая глубина хода — до 35 метров, максимальная безопасная глубина погружения — 60 метров, максимальная расчетная глубина погружения — 100 метров (во время испытаний на данной глубине кайтэн дал течь), подводное водоизмещение — 8,3 тонны (масса базовой торпеды — 2766 кг), масса боевого зарядного отделения, «боеголовки» — 1550 кг (у торпеды — около 500 кг), максимальная дальность хода при скорости 30 узлов — не менее 23 км (торпеда на скорости 36 узлов при благоприятных условиях могла пройти до 40 км). Подрыв боевого зарядного отделения кайтэна происходил либо при помощи торпедного взрывателя Тип 2, либо же при помощи электрического минного взрывателя (основной и запасной), активируемого вручную водителем из своей кабины. Кроме того, на торпеде был установлен «автоматический» взрыватель — он был установлен на определенную глубину и срабатывал по сигналу от гидростата при погружении на глубину, большую заданной.

    Кроме того, в кабине водителя был установлен перископ с ходом по вертикали 70 см. У смертника появлялась возможность наблюдать за надводной обстановкой, чтобы более точно выводить торпеду на заданную цель. В кабину также вывели все органы управления торпедой — управление горизонтальными и вертикальным рулями, глубиномер (его погрешность, по данным американского отчета по японским человеко-торпедам, составляла 50 сантиметров), тумблер включения двигателя и приборы переключения скорости, а также тумблеры и кнопки взвода торпедного инерционного взрывателя и активации электрического минного взрывателя.

    Человеко-торпеды постепенно совершенствовались: летом 1944 г. в Японии подготовили к производству новые типы - «Kaiten 2», «-3» и «-4». На них устанавливался боевой заряд, почти в три раза превосходивший заряд «Kaiten-1». В качестве двигателя использовалась турбина, работающая на перекиси водорода. Это был результат общения с немецкими специалистами, прибывавшими на лодках-блокадопрорывателях. При производстве двигателя этого типа японцы встретились с большими трудностями, поэтому при капитуляции Империи было обнаружено значительное количество уже построенных корпусов «Kaiten-4», простаивавших без моторов.
    Отличительной особенностью «Кайтэн Тип 2» было наличие новой силовой установки — так называемого «двигателя № 6» мощностью 1500 л. с., работающего на смеси перекиси водорода и гидразина. Интересно, что в конце войны японцы уничтожили всю техдокументацию и тактико-техническое задание по данному двигателю, но американцам удалось захватить главного конструктора турбины инженера Нагано Р. В ходе его допросов были «по памяти» восстановлены основные характеристики «двигателя № 6», в целом напоминавшего дизельный двигатель, но работавшего на газовой смеси, поступавшей из камеры сгорания. Масса двигателя с насосами — 1500 кг, допустимое внешнее воздействие — давление до 13 атмосфер, подаваемая на турбину газовая смесь — давление 25 атмосфер и температура 400 градусов. Отличительной особенностью двигателя была простота его конструкции и эксплуатации. Водитель мог управлять работой двигателя при помощи одного рычага.

    Боевое применение
    Всем этим хозяйством необходимо было научиться управлять, и, сначала на острове Оцудзима, а затем и в других местах были организованы особые секретные базы кайтэнов — школы смертников.
    Подготовка водителей торпед осуществлялась в несколько этапов. На первом этапе «курсанты» проходили трехмесячную подготовку на быстроходных катерах-брандерах. Главной задачей на этом этапе было обучить новичка управлять катером, используя только перископ и магнитный компас. После этого им присваивалась должность «водитель человекоуправляемой торпеды». Второй этап: подготовка на тренажерах — имитаторах кайтэнов. Здесь отрабатывались навыки и умения курсантов на ощупь находить любой из приборов управления в кабине водителя, а затем и выполнять все действия по следованию в заданный район и атаку на вражеский корабль. И лишь затем «курсанты» приступали к выходам в море на реальных кайтэнах.
    Желающих отдать свою жизнь за императора было очень много, и школа быстро заполнилась учениками. В основном сюда направлялись несостоявшиеся летчики-камикадзе, так и не увидевшие свои самолеты, которые были уничтожены войсками США в ходе операций на Филиппинах и у атолла Мидуэй. Переучиться с управления самолетом на вождение торпеды оказалось несложно, и уже через несколько месяцев первые подводные лодки вооруженные кайтэнами, вышли на поиски противника.

    Участие кайтэнов планировалось следующим образом: специально оборудованная подводная лодка с закрепленными снаружи на корпусе четырьмя или шестью, в зависимости от возможностей субмарины, торпедами-смертниками, отправлялась в боевой поход. Обнаружив мишень, командир отдавал приказ водителям-камикадзе. Подготовленным смертникам хватало тридцати секунд, чтобы по узкой, чуть больше полуметра в диаметре трубе пробраться в кайтэн, закрыть за собой люк и приготовиться к своему последнему бою.
    Командир субмарины направлял свой корабль носом на цель и передавал смертнику по телефону всю необходимую информацию, после чего приказывал выпустить кайтэн. Моряки отсоединяли четыре троса, удерживавших торпеду на корпусе подлодки, далее камикадзе запускал двигатель и уже самостоятельно перемещался в сторону противника. Торпеда шла на глубине четырех-шести метров. Практически все действия водитель совершал вслепую, он мог себе позволить только один раз поднять перископ на срок не более трех секунд. Вовремя замеченный кайтэн враг просто расстрелял бы из пулеметов, не дав камикадзе даже приблизиться к кораблю.
    Первое свидетельство атаки кайтэнов, зафиксированное со стороны США, датируется ноябрем 1944 года. В нападении участвовали три подводные лодки и 12 торпед-кайтэнов против пришвартованного американского судна у берегов атолла Улити (Каролинские острова). В результате атаки одна субмарина с четырьмя торпедами попросту затонула, из восьми оставшихся кайтэнов два вышли из строя при запуске, три утонули, один исчез (хотя позднее был найден выброшенным на берег) и один, не дойдя до цели, взорвался. Оставшийся кайтэн врезался в танкер Mississinewa и потопил его. Японское командование расценило операцию как успешную, о чем немедленно было доложено императору.

    В целом, успешно использовать кайтэны удавалось только в самом начале. Так, по итогам морских баталий официальная пропаганда Японии заявляла о 32 потопленных американских судах, включая авианосцы, линейные корабли, грузовые суда и эскадренные миноносцы. Но эти цифры считаются слишком преувеличенными. Морской флот США к концу войны нарастил боевую мощь, и пилотам кайтэнов становилось все сложнее поражать цели. Крупные боевые единицы в бухтах надежно охраняли, подобраться к ним незаметно даже на глубине в шесть метров было очень непросто. Атаковать разбросанные в открытом море корабли у кайтэнов также не было возможности — долгих заплывов они просто не выдерживали.
    Финал истории кайтэнов
    Созданная на скорую руку техника была крайне несовершенна, поэтому часто давала сбои. Многие смертники просто не доплывали до цели, задохнувшись от отсутствия кислорода, а сама торпеда попросту тонула. Даже добавленные в кайтэны таймеры-взрыватели, не оставлявшие шансов водителю, далеко не всегда означали непременную гибель вражеского судна (часто кайтэен попросту не доплывал до цели). Кроме того, частые и долгие походы подводных лодок с кайтэнами приводили к тому, что тонкий корпус (не более шести миллиметров) ржавел и становился непригодным: при глубоком погружении торпеды давление расплющивало проржавевший корпус и камикадзе бесславно погибал.
    Использование кайтэнов скорее было вынужденным решением после провальных поражений японского флота, на них возлагались большие надежды, но они не оправдались. Главная задача кайтэнов - уничтожение судов противника любой ценой - становилась все более трудновыполнимой.
    Попытка иррационально использовать человеческий ресурс привела к полному провалу проекта, а тотальное поражение японцев во Второй мировой войне поставило точку в истории человеко-торпед, и кайтэены стали очередным кровавым сюжетом истории.
     
    dok нравится это.
Загрузка...