Да мы все вместе взятые не стоим двоих русских

Тема в разделе "Военное дело", создана пользователем mescalito, 12 май 2015.

  1. Да мы все вместе взятые не стоим двоих русских

    Записи из дневника немецкого солдата, погибшего под Сталинградом.

    В опубликованном дневнике немецкого солдата, воевавшего в составе группы армий «Север». Он рассказывает о случае, произошедшем с ним в самом начале войны в июле 1941 года.

    «Мы с другими камрадами поспешили посмотреть, кто же причинил нам такой ущерб, и пошли влево от колонны, поднимаясь на маленькую горочку, слегка возвышавшуюся в 100 м от дороги. На этой горочке уже стояла группа наших офицеров и солдат, державших оружие наготове. Все они смотрели на что-то такое на земле, что скрывали от меня их фигуры.

    Подойдя к этой группе немного со стороны, я увидел картину, преследовавшую меня затем многими бессонными ночами. На пригорке находился совсем неглубокий окоп, вокруг которого были видны немногочисленные воронки то ли от мин, то ли от малокалиберной пушки. Рядом с окопом лежало распластанное тело русского солдата, изрядно присыпанное землей — вероятно, от близких взрывов. На бруствере стоял русский пулемет без щитка; его кожух охлаждения ствола был туго замотан грязными тряпками — видимо, для того чтобы хоть как-то задержать вытекание воды через ранее пробитые пулями в нем дырки. Рядом с пулеметом на правом боку лежал второй мертвый русский солдат в грязной, измазанной кровью форме. Его покрытая густой пылью и тоже кровью правая рука так и осталась на пулеметной рукоятке. Черты его лица в кровавых пятнах и земле были скорее славянскими, я уже видел такие мертвые лица раньше.

    Но самое поразительное в этом мертвеце было то, что у него не было обеих ног практически до колена. А кровавые обрубки были туго затянуты то ли веревками, то ли ремнями, чтобы остановить кровотечение. Видимо, погибший пулеметный расчет был оставлен русскими на этой горке, чтобы задержать продвижение наших войск по дороге, вступил в бой со следующей впереди нас нашей частью и был обстрелян артиллерийским огнем. Такое самоубийственное поведение уже мертвых русских тут же вызвало оживленное обсуждение у окруживших окоп моих камрадов и офицеров. Офицер ругался, что эти скоты убили как минимум пятерых его солдат, ехавших в передней машине, и испортили саму машину. Солдаты обсуждали, какой вообще был смысл русским занимать оборону на этой высотке, которую можно было обойти со всех сторон, и их позиция была ничем не защищена.

    Меня тоже занимали те же мысли, и я решил поделиться ими с нашим старым Хьюго, который стоял тут же, вблизи русского окопа, и молча протирал медный мундштук своей курительной трубки куском шинельного сукна. Хьюго всегда так делал, когда его что-то сильно расстраивало или настораживало. Он, естественно, видел и слышал то же, что и я.

    Подойдя к нему совсем близко, я, стараясь говорить как бравый солдат, сказал: "Вот что за идиоты эти русские, не так ли, Хьюго? Что они вдвоем могли сделать с нашим батальоном на этом поле?"

    И тут Хьюго внезапно для меня изменился. От его спокойной солидности, основанной на старом боевом опыте, внезапно не осталось и следа. Он вполголоса, так, чтобы не слышали остальные, сквозь зубы буквально прорычал мне: "Идиоты?! Да мы все вместе взятые не стоим двоих этих русских! Запомни, сопляк! Война в России нами уже проиграна!".

    Я остолбенел от такой внезапной перемены в моем старшем наставнике, а тот отвернулся от толпы наших солдат, окружавших русский окоп и приподняв подбородок молча посмотрел на далекий русский горизонт. Затем три раза слегка сам себе кивнул, будто соглашаясь с какими-то своими скрытыми мыслями и слегка ссутулившись неторопливо пошел к нашему грузовику. Отойдя от меня на десяток метров, он обернулся ко мне и уже спокойным, привычным мне голосом произнес: «Возвращайся к машине, Вальтер. Скоро поедем»…

    Автор дневника не пережил войну. Свои записи он оставил у родителей во время отпуска в 1942 году со словами: «Я точно знаю, что не вернусь домой, поскольку у русских только одна цель – убить нас всех».

    Он погиб в начале 1943 года где-то под Сталинградом.
     
  2. восемь человек.jpg


    1-й ряд слева направо: Дважды Герой Советского Союза летчик-истребитель Дмитрий Борисович Глинка (около 300 боевых вылетов и 50 лично сбитых самолетов противника), Трижды Герой Советского Союза летчик-истребитель Иван Никитович Кожедуб (лучший ас союзников периода Второй Мировой войны, 330 боевых вылетов и 62 лично сбитых самолета противника), Дважды Герой Советского Союза летчик-истребитель Павел Яковлевич Головачев (385 боевых вылетов и 26 лично сбитых самолётов противника).

    2-й ряд слева направо: Дважды Герой Советского Союза летчик-истребитель Виталий Иванович Попков (325 боевых вылетов и 41 сбитый самолет противника лично и 1 в группе), Дважды Герой Советского Союза летчик-истребитель Андрей Егорович Боровых (475 боевых вылетов и 32 сбитых самолетов противника лично и 14 в группе).

    3-й ряд слева направо: Дважды Герой Советского Союза летчик-штурмовик Александр Николаевич Ефимов (222 боевых вылета, 1 сбитый самолет противника лично и 6 в группе, в ходе штурмовок разбил и сжег 9 эшелонов, 47 танков, 28 самолетов и много другой техники противника), Дважды Герой Советского Союза летчик-штурмовик Анатолий Константинович Недбайло (219 боевых вылетов, 5 сбитых самолётов противника лично, в ходе штурмовок уничтожил 17 самолетов, сжёг 30 автомашин, 16 танков и САУ, разбил десять железнодорожных вагонов, подавил 11 зенитных установок и 6 артиллерийских батарей), Дважды Герой Советского Союза летчик-штурмовик Василий Ильич Мыхлик (188 боевых вылетов, нанёс противнику большой урон в живой силе и технике).


    В общей сложности вместе уничтожили двадцать полных эскадрилий Люфтваффе Германии
     

  3. В ряду женщин — Героев Советского Союза особняком стоит имя Марины Расковой. Одна из первых обладательниц "Золотой звезды", знаменитый штурман, перелетевшая более шести тысяч километров через тайгу, самолет которой совершил уникальную посадку на непроходимые болота, легендарный майор, уполномоченный особого отдела НКВД, лично сформировавшая авиагруппу из трех женских авиаполков: 586-го истребительного, 587-го бомбардировочного и 588-го ночного бомбардировочного. Именно отважных девушек-пилотов 588-го полка противник более всего боялся и наделил звучным прозвищем Ночные ведьмы. Однако, увидеть День Победы Марине Михайловне не довелось…



    раскова.jpg

    Будущая летчица родилась 28 марта 1912 года в Москве. Ее отец - вокальный педагог и оперный артист Малинин Михаил Дмитриевич, мать - школьная учительница Анна Спиридоновна. Марина окончила семилетнюю школу, в которой она обучалась параллельно с детским отделением консерватории. Затем поступила в Музыкальный техникум им. Рубинштейна. В старших классах увлекалась химией. Но стать артисткой Расковой было не суждено: отец умер, и чтобы хоть как-то прокормить мать, себя и брата, Марина в 17 лет устроилась лаборанткой на Бутырский химический завод. Вскоре Раскова вышла замуж — ее супругом стал инженер заводской лаборатории, а через год в семье родился ребенок, дочь Таня.Сменив работу в 1932-м, Раскова устроилась чертежницей в аэронавигационную лабораторию Военно-Воздушной академии РККА имени Жуковского. Здесь она очутилась в совершенно другом мире, а ее новые дополнительные обязанности состояли в том, чтобы приносить на лекции сложные приборы — манометры, аэротермометры, секстанты…
    Чего стоили одни названия аппаратов, а уж принципы их действия были для юной девушки поначалу вообще непостижимыми! Однако со временем Раскова разобралась в предназначении приборов — ведь по работе она вместе со слушателями академии присутствовала на лекциях и практических занятиях.

    В то время — 1930-е годы — летное дело стало в Стране Советов модным и даже романтическим увлечением. Еще не совершили свои подвиги Валерий Чкалов и Георгий Байдуков, но молодежь уже активно интересовалась планерами и авиамоделями. Марину Раскову увлекли вопросы аэронавигации, хотя, наверное, даже тогда мало кто мог предположить, какое будущее ждет эту хрупкую 20-летнюю девушку.
    Как прилежная студентка, Раскова, подогреваемая любопытством, одну за другой штудировала книги о мастерстве штурмана, изучала сопутствующие науки: высшую математику, физику, радиотехнику, астрономию, метеорологию и еще десятки других. Способную сотрудницу заметил преподаватель академии генерал-лейтенант авиации Александр Васильевич Беляков, который сам имел квалификацию штурмана. Он стал помогать Расковой. Без его протекции, но на основе полученных знаний, Марина Михайловна с блеском сдала экзамены и стала первой в нашей военной авиации женщиной-штурманом. При этом еще во время обучения Раскова провела сложную исследовательскую работу.В те годы на Черном море прокладывалась новая пассажирская гидроавиалиния Одесса — Батуми и инженерам требовались сведения об условиях местности. Расковой было поручено осуществить фотосъемку и подготовить описание отрезков будущей трассы.
    Летать Марине приходилось порой по семь часов в день, нередко в сложных условиях, над штормовым морем. Девушка старательно исследовала все побережье Крыма, Кавказа, акваторию Азовского моря. Именно результаты этой работы доказали всем, что Раскова стала отличным штурманом. После экзаменов она была зачислена инструктором аэронавигационной лаборатории, а затем стала преподавателем штурманского дела в родной академии. И это в 22 года.

    Всегда опрятная, в синем берете и изящной форме, Марина Раскова вела занятия для старших офицеров, обучая маститых сухопутных вояк основам летного дела и тактике воздушного боя. Она же вела и практику, совершая на тренировках в качестве штурмана тяжелого бомбардировщика ТБ-3 за полет до 50 заходов на цель! У курсантов уже начинала кружиться голова, а Расковой хоть бы что. Казалось, небо само звало эту отважную девушку, и шанс стать пилотом Марине однажды представился. Да еще какой шанс! К ней обратился лично начальник академии, который пожелал вознаградить заслуги Расковой в деле подготовки штурманов. И Марина попросила научить ее управлять самолетом…

    Сбылась мечта! Девушка закончила школу пилотов в Центральном аэроклубе в Тушино, и вскоре ей доверили чрезвычайно ответственное дело: подготовку Первомайских воздушных парадов в Москве. Надо ли говорить, что все эти мероприятия проходили на "отлично", причем Раскова каждый раз сама за штурвалом вела торжественный строй самолетов, которые проходили над столицей в праздничный день.О ней писали газеты, ее имя знала вся Москва.
    Девушка стала консультантом НКВД, а потом и уполномоченным особого отдела; начала участвовать в дальних перелетах, ставя рекорды и удивляя даже генералов авиации. Но главная всесоюзная слава Расковой была еще впереди. В 1938 году она в составе экипажа самолета АНТ-37 "Родина" совершила беспосадочный перелет по маршруту Москва — Дальний Восток, оставив под крылом более 6400 километров. Помимо Расковой на борту стальной птицы находились Валентина Гризодубова и Полина Осипенко — все они впоследствии были удостоены званий Героя Советского Союза. В ходе этого полета был установлен женский мировой авиационный рекорд дальности: по прямой самолет преодолел 5908 километров, тогда как, следуя по курсу, машина сделала все 6450 километров! Однако уникальный рейс завершился не совсем штатной посадкой…
    Самолет АНТ-37, прилетев на Дальний Восток, упал в лесные болота близ поселка Керби под Хабаровском, причем Расковой пришлось прыгать в осеннюю тайгу с парашютом. Оставшись с малым запасом продуктов, ножом и револьвером, превозмогая холод, отважная 26-летняя девушка десять дней добиралась до своих напарниц, отпугивая рысей и медведей, ночуя на траве и питаясь ягодами.

    Когда началась ВОВ М. Раскова выступила с предложением создания особых женских боевых частей для защиты Родины. Для этого она даже использовала свои личные контакты со Сталиным.В конце октября 1941 г, по приказу НКО СССР, в г. Энгельс, Расковой была сформирована авиагруппа, состоящая из трех женских авиаполков: Пе-2 бомбардировочного, Як-1 истребительного и По-2 ночного бомбардировочного, носившего неофициальное прозвище у немцев «Ночные ведьмы». Именно этими бесстрашными летчицами и была назначена руководить Марина Михайловна, которой к тому времени присвоили звание «майор».Четвертого января 1943 года при перелете по маршруту Арзамас-Саратов отважная летчица попала в сложные метеоусловия на этом героическая биография Марины Михайловны Расковой закончилась. Похоронили ее у Кремлевской стены на Красной площади.
    Посмертно Марину Раскову наградили орденом Отечественной войны I степени, а 588-му полку за последующие успешные действия на Северо-Кавказском и Донском фронтах присвоили ее имя. За весь период ВОВ он совершил множество подвигов, в том числе 1134 боевых вылета и сбросил на врага 980 тонн бомб.
     
  4. 17 февраля – исполнилось 100 лет со дня рождения выдающегося летчика-истребителя К.А. Евстигнеева


    Ветераны-качинцы рассказывают, что на одной из «тесных» встреч в Каче с трижды Героями Советского Союза А.И. Покрышкиным и И.Н. Кожедубом, на вопрос о самом результативном советском летчике Великой Отечественной войны, оба маршала в один голос назвали имя К.А. Евстигнеева. Даже среди лучших воздушных бойцов далеко не каждый может быть назван «летчиком от Бога», кого природа и выучка наделили исключительной властью над летательным аппаратом. Пилотаж Евстигнеева был именно «от Бога», виртуозным и неповторимым.

    1.-k.a.-evstigneev.jpg

    Родился К.А. Евстигнеев в самый канун российской революции - 4 (17 по новому стилю) февраля 1917 года в селе Хохлы Куртамышской волости Челябинского уезда Оренбургской губернии (ныне Шумихинского района Курганской области) в крестьянской семье. До сих пор в селе стоит невзрачный и покосившийся старый маленький домишко, который молва называет «домом Евстигнеевых». В семье было пять сестёр и два брата. Большинство жителей нашей страны в то время жило очень скудно, даже голодно. Сполна хлебнул нужды и маленький Кирилл.
    Осенью 1934 года семья переехала в Шумиху. Но уже весной 1935-го, окончив 7 классов, следом за старшей сестрой, Кирилл уехал в Челябинск, где поступил в ФЗУ тракторного завода. Окончив ФЗУ, он несколько месяцев работал на заводе токарем, освоил фрезерный, строгальный, шлифовальный станки, стал рабочим-универсалом. С юных лет он хорошо понимал и даже чувствовал технику. Позднее это помогло ему с легкостью освоить несколько типов истребителей, вникнуть во многие премудрости конструкции Ла-5, а после кратких инструкций облётывать «мессеры», «фоки» и румынские ИАРы. Вскоре худенького и озорного, но толкового юношу направили в аэроклуб. Успешно пройдя строгую медицинскую комиссию, Евстигнеев, без отрыва от производства, стал курсантом Челябинского аэроклуба. Кирилл научился летать на У-2. В 1937 году аэроклуб был окончен, а через год, 21 сентября 1938-го, он был призван на службу в РККА. Его направили на Бирмскую авиаремонтную базу, где он вновь стал работать токарем. Однажды его вызвал начальник рембазы и предложил продолжить обучение в авиационной школе, открытой в посёлке Бирма (около 250 км на северо-восток от Благовещенска).

    4 апреля 1940 года младший сержант Евстигнеев прибыл для обучения в Бирмскую военную авиационную школу летчиков. Налетав на УТ-2 и И-16 в сложных условиях (в том числе при морозах до 45 градусов) 30 часов, в конце декабря 1940 года он окончил летную школу, получил звание сержанта и был оставлен в школе летчиком-инструктором. За время своей инструкторской службы он успел подготовить четырех летчиков-истребителей. Осенью 1942 года четыре летчика из состава школы были направлены в Москву, для включения в часть, обеспечивающую перегонку американских самолетов с Аляски в Европейскую часть СССР. Это были: К. Евстигнеев, И. Мубаракшин, В. Пантелеев, М. Шабанов. Найдя в Москве пункт сбора и договорившись с приветливым дежурным лейтенантом о постое, они окунулись в среду летчиков, стремившихся к отправке на фронт. Выяснилось, что перегонщики самолетов уже не требуются и что нужно ждать вызова из Управления кадров ВВС или, непосредственно на месте, вербовщика из какой-либо авиационной части.
    Такой «вербовщик» появился буквально на следующий день. Им оказался ветеран боев в Испании, кавалер двух орденов Красного Знамени, командир 240-го ИАП майор И.С. Солдатенко. Можно поразиться проницательности майора, можно все отнести к случайности, но среди восьми отобранных им на пункте сбора полуголодных, обносившихся по военному времени пилотов сразу два (Кожедуб и Евстигнеев) впоследствии вошли в первую по результативности пятёрку советских асов.240-й ИАП был в числе первых полков ВВС РККА, вооруженных в июле 1942-го истребителями Ла-5. Командир полка майор И.С. Солдатенко, сбивший на нем в конце августа Ю-88, одержал одну из первых побед на этой машине.

    К боевой работе полк вернулся 13 марта 1943 года в составе 302-й истребительной авиадивизии 2-й воздушной армии Воронежского фронта, когда в его составе были уже сержанты Евстигнеев и Кожедуб (сверх штата). В марте 1943-го началось серийное производство Ла-5ФН. На нём был установлен форсированный двигатель М-82ФН с мощностью в 1850 л.с. Но главным, почти не видимым внешне отличием Ла-5ФН было то, что названный мотор был снабжен агрегатом непосредственного впрыска топлива в цилиндры – НВ-3У, вместо карбюратора. Такая силовая установка обладала рядом преимуществ: увеличенной на 6–7 % мощностью, уменьшенным на 10 % расходом топлива, хорошей технологичностью, высокой устойчивостью работы на всех режимах.
    Заметим, что над переработкой «деккеля», немецкого прототипа агрегата непосредственного впрыска, работал С.А. Косберг – впоследствии Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственной премий, сподвижник С.П. Королева и В.Н. Челомея, чьи двигатели стояли на первых ступенях «Востоков», «Союзов» и «Протонов». Истребителей Ла-5 было выпущено в годы войны 9 920. Самыми результативными асами на этой машине, помимо И.Н. Кожедуба (62 личные победы на Ла-5 и Ла-7) и К.А. Евстигнеева (53 личные и 3 групповые – все на Ла-5), были Н.М. Скоморохов (46+8, 3 победы на ЛаГГ-3, остальные на Ла-5), В.И. Попков (41+1, 38 личных на Ла-5); В.Г. Серов (41+6, 37 личных на Ла-5); Н.Ф. Краснов (более 44 побед, 16 на МиГ-3 и ЛаГГ-3, остальные на Ла-5),

    Первые победы Евстигнеев одержал на второй день своей боевой работы – 28 марта. Взлетев ведомым лейтенанта Любенюка при налете на свой аэродром, он быстро сориентировался и, атаковав вражеские бомбардировщики, выходившие на боевой курс, сбил двухмоторную машину Ю-88. Воздушный бой — его стихия. Недаром, описывая воздушные сражения в своих мемуарах, он вспоминает пушкинские строки «Есть упоение в бою...». 12 апреля 1943 года при бомбардировке аэродрома Уразово погиб командир полка Игнатий Семёнович Солдатенко. Потерю «бати» горько переживали все лётчики.
    6 мая 1943 года при отражении неприятельского налета Евстигнееву вновь удалось сбить Ю-88 (записанный ему как групповая победа), затем Ме-110. Во время преследования подбитого им горящего двухмоторного «мессера» в самолет Евстигнеева сверху врезался «Як», увлекшийся погоней. Инцидент чудесным образом закончился даже без травм. Пилот «Яка» быстренько выпрыгнул из обескрыленной машины, а Евстигнеев, выведя свой самолет из пикирования у самой земли, сел прямо на окопы. Своим первым орденом Отечественной войны II степени старший сержант Евстигнеев был награжден в мае 1943 года за две личные и 1 групповую победу.
    Одновременно с первой наградой он получил и первое офицерское звание – 15 мая 1943 года ему было присвоено долгожданное звание младшего лейтенанта. Вскоре он был назначен ведущим пары – старшим летчиком.В большом бою 8 июля Евстигнеев одержал свою первую тройную победу: на предельной скорости уходя из-под огня «мессершмиттов», он зажег ведущего девятки Ю-87, и, выполнив боевой разворот, тут же в упор сбил замыкающего. Осмотревшись, атаковал следующую девятку и, подбив левофланговый бомбардировщик, преследуя его на малой высоте, добил несколькими очередями.

    В середине июля его назначают командиром 2-й эскадрильи. Он выбирает себе ведомым сержанта Валентина Мудрецова (впоследствии Героя Советского Союза). В паре с ним К.А. Евстигнеев совершил около 200 боевых вылетов, лично сбил более 40 самолётов противника. 16 июля 1943 года на счету Евстигнеева было уже пять бомбардировщиков (три Ю-87, сбитые в один день 8 июля 1943 года, и два Ю-88), пять истребителей (из них два двухмоторных – Ме-110) и два бомбардировщика, сбитых в группе.В июле 1943-го первым среди летчиков полка он был представлен командиром к званию Героя Советского Союза.
    Представление, подписанное командиром полка С.И. Подорожным, поддержали командир дивизии, командир корпуса, командующий воздушной армией, командующий Воронежским фронтом генерал армии Н.Ф. Ватутин, член Военного Совета Н.С. Хрущев, но… на самом высоком уровне решили наградить К.А. Евстигнеева лишь орденом Суворова III степени. Возможно, причиной было то, что в те дни уже «дозревало» решение, увеличивавшее «ценз» для присвоения звания Героя Советского Союза, когда вместо 5 сбитых бомбардировщиков или 10 истребителей требовалось уже 10 сбитых бомбардировщиков или 15 истребителей.

    Всю жизнь Кирилл Алексеевич помнил лётчиков своей эскадрильи: Алексея Амелина, Валентина Мудрецова, Алексея Тернюка, Сергея Колесникова, Евгения Карпова, Михаила Попко… 5 августа самолет Евстигнеева был сбит очередью по левому борту над своей территорией, сам он ранен в ноги. Самолет сразу же загорелся. С трудом летчику удалось выбраться из машины, раскрыть парашют. За сохранение левой стопы пришлось побороться, а на девятый день он… убежал из госпиталя. Пройдя по пустынным лесным околофронтовым дорогам на костылях около 35 километров, он вышел на аэродром соседнего полка. Больше Евстигнеев не сбивался никогда, и никогда не терял ведомых.
    Осень 1943 года, когда шло сражение за Днепр, воистину стала для него золотой. В октябре он сбил 15 вражеских самолетов! Иногда с аэродрома Большая Даниловка поднималась в воздух особенно грозная четверка: Евстигнеев — Мудрецов, Кожедуб — Мухин.

    После ранения в ноги Евстигнеев летал на Ла-5Ф, бортовой номер 96, на котором сбил 36 самолетов противника. И, по имеющимся данным, это наибольшее число побед, одержанных на одной машине. «Летчик-кремень» – называл его однополчанин и соратник И.Н. Кожедуб.Ст. лейтенант К.А. Евстигнеев вторично был представлен командиром полка майором С.И. Подорожным к званию Героя уже за 23 лично и 3 в группе сбитых самолётов противника – 19 ноября 1943 года, а Указ о присвоении ему звания Героя появился только через восемь с половиной месяцев – 2 августа 1944 года. Боевой командир полка Сергей Иванович Подорожный, сражавшийся и сбивавший и в ходе Курской битвы, и ещё на Халхин-Голе (всего не менее 5 побед), погиб в авиакатастрофе 23 декабря 1943 года при разведке погоды. С новым командиром полка Героем Советского Союза Н.И. Ольховским отношения у Евстигнеева не сложились.
    В своих мемуарах Кирилл Алексеевич описал, как вместе с ведомым – В.Ф. Мудрецовым в начале апреля 1944 года, воспользовавшись неожиданностью своего появления над Кишиневским аэродромом, они атаковали взлетающий «громадный транспортный тихоход», определенный им, по двухкилевому хвостовому оперению, как Дорнье-215. Посмотрев имевшиеся справочники, я позвонил Кириллу Алексеевичу и, сославшись в разговоре с ним на то, что «Дорнье», по размаху крыла был даже немного меньше, чем хорошо известные ему Ю-88 и Хе-111, а по своим летным характеристикам отнюдь не был тихоходным, предположил, что, скорее, это был «Кондор» – ФВ-200, действительно гигантский четырехмоторный транспортно-пассажирский самолет. Кирилла Алексеевича заметно заинтересовала эта тема, голос стал оживлённым, он задал несколько вопросов по сути, сказал, что будет выяснять, ведь Интернета тогда ещё не было. На следующий день он перезвонил, сказав, что «по соседству» (у Героя Советского Союза командующего Дальней авиацией страны В.В. Решетникова) нашёл авиационную литературу, переговорил с Валентином Мудрецовым и готов согласиться, что сбитый тогда самолёт был «Кондором».

    Отметим, что об этой памятной для него победе он даже не доложил командиру полка: свидетельств двух участников воздушного боя для того, чтобы была зачтена победа над многомоторной машиной, было недостаточно. В мае 1944 года капитан К.А. Евстигнеев был награжден орденом Британской империи V класса. На фронтовой фотографии запечатлен момент награждения. Слева – новый командир полка Н.И. Ольховский, Тернюк, Кожедуб, Ф.Г. Семенов. Это одна из последних фотографий Героя Советского Союза Ф.Г. Семенова – через несколько дней он не вернётся из боевого вылета. Летчик был сбит, попал в плен, и, отказавшись сотрудничать с оккупантами, погиб. С 13 марта 1943-го по 8 июня 1944 года полк принимал активное участие в Белгородской и Харьковской операциях, обеспечивал форсирование рек Днепр, Днестр, Южный Буг, Прут, Серет.
    В формуляре части отмечено, что полк особенно отличился в Ясской операции, с 30 мая по начало июня 1944 года, когда летчиками полка было сбито 48 самолетов противника, при потере 2-х летчиков и 5-ти самолетов. Результативнейшим асом битвы под Яссами стал капитан К.А. Евстигнеев, сбивший там 11 самолётов противника. Вторым здесь был гвардии капитан А.Ф. Клубов (впоследствии также дважды Герой), уничтоживший на «Аэрокобре» 9 вражеских самолетов.В начале июня 1944 года, учитывая затишье на передовой, врач полка, невзирая на протесты Евстигнеева и заручившись поддержкой командира, направил летчика в Центральный авиационный госпиталь – лечить открывшуюся язву желудка. К тому времени (6 июня 1944 года) на счету аса было 46 лично сбитых самолетов противника и по этому показателю он уступал только А.И. Покрышкину и Н.Д. Гулаеву. Предварительный диагноз, поставленный летчику во фронтовом госпитале, подтвердился – у него диагностировали прободную язву, и немедленно провели операцию

    А 2 августа 1944 года вышел Указ о присвоении гвардии капитану К.А. Евстигнееву звания Героя Советского Союза. 29 августа 1944 года, будучи уже «ходячим» больным, он получил приглашение в Кремль, где Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.И. Калинин вручил ему Золотую Звезду. «Буду жив – долечусь после войны» – там же решил летчик. За время его отсутствия в полку произошло знаменательное событие: 240-й ИАК был преобразован в 178-й гвардейский ИАК. После возвращения из госпиталя в полк гвардии капитану Евстигнееву был передан Ла-5ФН с бортовым номером 14, построенный на средства колхозника-пчеловода Конева. Ранее этот самолет был боевой машиной И. Кожедуба. На этой машине Евстигнеев одержал 5 побед. Одну из них — 17 февраля, сбив ФВ-190. Удивительна самоотверженность этого аса, уже удостоенного звания Героя, в преддверии Победы сбившего в «лоб» четырех- или даже шестипушечного «фоку».
    В конце 1944 года он был назначен заместителем командира 178-го гвардейского ИАП по лётной части. 23 февраля 1945 года Евстигнеев был удостоен звания дважды Героя Советского Союза. Последнюю победу он одержал в Венгрии 26 марта, на своем пятом за войну «Лавочкине» – Ла-5ФН, длинной очередью с переворота сбив очередного «фоккера». Гвардии капитан К.А. Евстигнеев совершил 296 боевых вылетов, провел 126 воздушных боев на Ла-5Ф и Ла-5ФН, лично сбил 53 и в группе 3 самолета противника. Среди лично сбитых им самолётов семь многомоторных машин: 1 Хе-111, 1 Ю-88, 1 Ю-52, 1 Хш-129, 1 ФВ-189, 2 Ме-110; 14 пикировщиков Ю-87, 1 разведчик-корректировщик Хш-126, 18 Ме-109, 13 ФВ-190. Сбитыми в группе ему были записаны: Хе-111, Ю-88 и Ю-87.

    Кирилл Алексеевич в своей жизни отличался удивительным постоянством и как летчик, и как человек… Всю войну он прошел в составе одного полка, воевал на одном типе машин – Ла-5, большую часть своих боевых вылетов совершил с одним и тем же ведомым – В.Ф. Мудрецовым. В течение двух военных лет его самолет неизменно обслуживал сержант Петр Козлов, с которым Евстигнеев поддерживал теплые отношения и после Победы. Как летчик-истребитель он больше специализировался на «мессерах» (Ме-109 – 18 сбитых) и очень вредных пикировщиках – «лаптежниках» (Ю-87 – 14 сбитых). По характеру Кирилл Алексеевич был очень скромным человеком, что не совсем характерно для прошедших войну летчиков-истребителей. Честолюбие, а уж, тем более, тщеславие были ему абсолютно несвойственны. Оживленным, даже по-гусарски веселым, он становился лишь в кругу друзей-ветеранов.
    Два летчика 178-го гвардейского ИАП стали дважды Героями Советского Союза – И.Н. Кожедуб и К.А. Евстигнеев. Кожедуб впоследствии, после перевода в 176-й гвардейский ИАП, был удостоен звания трижды Героя Советского Союза. Еще семь летчиков полка стали Героями Советского Союза: А.С. Амелин, П.А. Брызгалов, Б.В. Жигуленков, В.Ф. Мудрецов, В.Ф. Мухин, Ф.Г. Семёнов, И.Е. Середа. Командир полка Н.И. Ольховский получил это высокое звание за боевую работу в братском (в полку той же дивизии) 193-м ИАП. Большинство летчиков полка считало, что Евстигнеев всегда стремился не записать на свой счёт сбитый самолет, а именно сбить, уничтожить его. Как-то, подтверждая такую оценку результатов боевой работы аса, неизменный ведомый Кирилла Алексеевича Герой Советского Союза Валентин Федорович Мудрецов отметил: «Когда летчик-истребитель атакует противника с 30, а то и с 20 метров, вопросов о достоверности его победы не возникает». Сразу после войны гвардии капитан К.А. Евстигнеев был представлен к званию трижды Героя. Представление подписали командиры полка, дивизии, корпуса, командующий 5-й ВА генерал-полковник авиации С.К. Горюнов, но командующий фронтом Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский «от представления воздержался»...

    В последний год войны Кирилл Алексеевич женился на своей однополчанке – Марии Ивановне Раздорской. Любовь и забота этой необыкновенной энергичной женщины помогли Кириллу Алексеевичу долгое время служить в авиации, реализовать творческие планы, найти своё место в мирной жизни. В ноябре 1949 года он окончил Высшие летно-тактические курсы в Липецке. Был оставлен там же командиром истребительного авиационного полка. В 1955 году окончил Военно-воздушную академию. После окончания академии служил во Фрунзе начштаба курсов переучивания летного состава. В 1960 году окончил Военную академию Генштаба, и был направлен в Волгоград начальником штаба Качинской военной авиационной школы летчиков. В 1966-м полковнику К.А. Евстигнееву было присвоено звание генерал-майора авиации. Его последним назначением была служба в Управлении военно-учебными заведениями ВВС, куда он был направлен в декабре 1970 года. Был уволен в запас по состоянию здоровья 27 октября 1972 года.
    Более десяти лет, обращаясь в военкомат, выезжая в Подольский архив Минобороны, встречаясь с друзьями, он работал над книгой воспоминаний «Крылатая гвардия», изданной в Воениздате в Москве в 1982 году. Особенно теплыми всегда были встречи с Иваном Кожедубом. Благо, что и жили они рядом.Всю свою жизнь он мужественно противостоял тяжёлому заболеванию – язвенной болезни, перенес тринадцать (!) хирургических операций. Порой, переживая мучительные боли, он говорил Марии Ивановне: – Это оттого, Маша, что я стольких сбил...

    Его дом стоит в Большом Афанасьевском переулке (до 1993 года – улица Мясковского), прямо напротив церкви Афанасия и Кирилла... Умер Кирилл Алексеевич Евстигнеев 29 августа 1996 года. Похоронен на Кунцевском кладбище. В городе Шумиха Курганской области установлен бронзовый бюст дважды Герою. На здании школы № 2 в Шумихе и на здании Курганского авиационного спортивного клуба, носящего имя Героя, открыты мемориальные доски в его честь. Столетие великого летчика было торжественно отмечено 10 февраля 2017 года Фондом по увековечиванию памяти Героев Отечества имени первого дважды Героя Советского Союза С.И. Грицевца, совместно с Клубом российских военачальников и Клубом заслуженных военных летчиков, летчиков-испытателей и штурманов в Московском доме ветеранов войн и вооруженных сил. На торжественном собрании присутствовали ветераны и более двухсот студентов, курсантов, кадетов, учеников московских школ.
     

  5. Воинская деятельность наших лучших летчиков-истребителей Великой Отечественной войны, или, как они чаще называли ее, «боевая работа», порой выходила за пределы человеческих возможностей, переходя в ту особенную область психофизической деятельности, которая, несомненно, соответствовала критериям высокого искусства...Овладеть искусством летчика-истребителя — значило воспитать в себе специальную интуицию, позволявшую невредимым пройти между десятками убийственных трасс, миновать множество смертоносных разрывов, оказаться в нужном месте в нужное время и мгновенно поразить противника. Боевая работа была не только опасна, но требовала крайнего напряжения интеллектуальных и физических сил.Судьба Александра Терентьевича Карпова, результативнейшего летчика войск ПВО страны, единственного среди них дважды Героя, — яркий пример служения долгу.

    1508309942_84517902.jpg

    Он родился в семье русских крестьян под Калугой, в деревне Феленево, 17 октября 1917-го. Окончил неполную среднюю школу, фабрично-заводское училище, работал в инструментальном цехе Калужского машиностроительного завода. В школьные годы занимался в кружке Дома-музея им. К. Циолковского, позднее сбылась его мечта, и он был принят в Калужский аэроклуб. А в 1939 г. пилот запаса А. Карпов был зачислен в знаменитую Качинскую военную авиационную школу летчиков.
    В 1940 г. младший лейтенант Карпов был направлен для прохождения службы в одну из авиационных частей, дислоцированных на Украине. Его летный почерк приглянулся командованию, и в числе нескольких летчиков он был направлен на освоение первого истребителя нового поколения И-26, впоследствии известного как Як-1.Свои первые боевые вылеты Карпов выполнил под Москвой в конце июля 1941-го в паре со своим товарищем старшим лейтенантом Иринеем Беляевым. В конце августа 1941 г. полк был переведён на Ленинградское направление. Здесь А.Т. Карпов одержал свою первую победу, в паре над Тосно сбив Ме-109Ф, записанный, что тогда нередко бывало, как Ме-115. В октябре 1941-го переведён в состав 123-го истребительного авиаполка 7-го корпуса ПВО, осуществлявшего прикрытие Ленинграда. От вылета к вылету все более крепли слетанность и мастерство пары Беляев — Карпов.

    22 ноября 1942 г. 123-й полк был преобразован в 27-й гвардейский.Ярко выраженный лидер, Карпов, уже став Героем, нередко вылетал ведомым у Беляева. Капитан И.Ф. Беляев, уничтоживший лично 11 и в группе 6 самолётов противника, был сбит в воздушном бою 8 июля 1943 года, а удостоен звания Героя одним из последних в истории великого государства, посмертно – 5 мая 1991-го…Скорее, они составляли не пару в привычном понимании «меча и щита», а более высокоорганизованную воинскую единицу, где атакующий мгновенно определялся с точки зрения боевой целесообразности. Целостность пары была настолько органичной, что эти летчики, одержавшие в воздухе более 50 побед, и поражения терпели вместе — осенью 1942 года, когда их пара была сбита, и в июле 1943, когда погиб Ириней Беляев, а Александр Карпов из неуправляемой машины выпрыгнул с парашютом...
    «Гибель Иринея, — вспоминал А. Карпов, — пронзила мне сердце такой болью, что первые секунды после случившегося я ничего вокруг себя не видел и чуть-чуть не был сбит. Очнулся лишь тогда, когда услыхал, как по моему самолету забарабанили пули, а рядом мелькнул знакомый силуэт „мессера“. В этот миг во мне закипела такая ярость, что я, не осмотревшись как следует, ринулся вслед за промелькнувшим самолетом. И только спустя некоторое время заметил, что остался один против трех фашистов, которые решили разделаться со мною. Что было потом, рассказать трудно. Это был какой-то ураганный бой.В этом бою я сбил двух фашистских стервятников и среди них того, от огня которого погиб Ириней. Оставшись один на один с третьим фашистским самолетом, я вдруг обнаружил, что мой боекомплект весь израсходован, и решил идти на таран.Воспользовавшись ошибкой немецкого летчика, допущенной им при выводе самолета из пикирования, развил предельную скорость и зашел „мессеру“ в хвост… Ну, думаю, сейчас тебя достану и рубану винтом по хвосту. Только подумал, как вдруг самолет мой резко подбросило, затем повалило набок, и он начал беспорядочно падать. Едва сообразил, что зенитным снарядом у истребителя отбит хвост… В результате невероятных усилий, хотя и очень близко от земли, мне все-таки удалось выбраться из кабины и с помощью парашюта благополучно приземлиться. К счастью, это снова была своя территория…»

    Потеря И. Беляева сделала Карпова еще более самоотверженным и настойчивым в воздухе: в конце июля 1943 г. в пяти боевых вылетах подряд он сбил 7 самолетов противника.К августу 1943-го командир эскадрильи 27-го гвардейского истребительного авиационного полка (2-й гвардейский истребительный авиационный корпус, Войска ПВО страны) гвардии капитан А.Т. Карпов произвёл 370 боевых вылетов, в 87 воздушных боях сбил лично 16 самолётов противника и 7 в группе. 28 сентября 1943 г. за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, он был удостоен звания Героя Советского Союза. К июню 1944 г. совершил 421 боевой вылет, из них 25 вылетов на разведку войск противника и 19 вылетов на штурмовку, провёл 94 воздушных боя, в которых сбил лично 26 самолётов противника и 7 в группе.30 июня 1943 г. А.Т. Карпов сбил Ме-109, который было решено считать тысячным гитлеровским самолётом, сбитым на «Яках» под Ленинградом. С этой победой его поздравил главный конструктор, заместитель наркома авиационной промышленности, тогда ещё генерал-майор инженерно-авиационной службы А.С. Яковлев.2 июля 1944-го приказом ВГК №173 27-му гвардейскому полку ПВО было присвоено почётное наименование «Выборгский». 22 августа 1944 года гвардии капитану А.Т. Карпову вторично было присвоено звание Героя Советского Союза.

    Среди лично сбитых им машин 5 двухмоторных бомбардировщиков Ю-88; 2 пикировщика Ю-87; 2 финских «Брюстера», остальные – Ме-109 и ФВ-190. Последнюю победу Карпов одержал, сбив ФВ-190 14 сентября 1944 г.Всего в годы Великой Отечественной войны командир эскадрильи А.Т. Карпов совершил 456 боевых вылетов на Як-1, Як-7Б и Як-9, провёл 97 воздушных боёв, лично сбил 29 самолётов противника и 9 уничтожил в группе. В боях был ранен.20 октября 1944 г. около 18.00 гвардии капитан Карпов при совершении перелёта на истребителе Як-9, в паре с младшим лейтенантом А.Ф. Суздалевым, в условиях ограниченной видимости, столкнулся с водой неподалёку от кронштадтского аэродрома Бычье Поле... Причины катастрофы остались неизвестны, этот вылет в тот день у летчика был третьим…

    Он запомнился людям как исключительно скромный и молчаливый человек, не терпящий фальши и рисовки.Черты эти присущи большинству героев вообще, что замечено еще Плутархом.Дважды Герой Советского Союза А.Т. Карпов (28.09.1943, №1202; 22.08. 1944) награждён: орденом Ленина (28.09.1943), 3-мя орденами Красного Знамени (19.08.1942, 13.02.1943, 7.04.1944), орденом Александра Невского (13.04.1943), медалью «За оборону Ленинграда».

    Навечно зачислен в списки воинской части. Бронзовый бюст Героя установлен в Калуге, его именем в городе названы улица и сквер, а также Калужский транспортно-технологический техникум. Имя Героя присвоено Высоцкой средней школе (Думиничский район Калужской области) и средней школе в посёлке Левашово. Его именем названа улица в посёлке Ферзиково. В Калуге на здании училища, где он учился, и на здании завода, где работал, установлены мемориальные доски.В посёлке Левашово Выборгского района Ленинградской области, на улице Чкалова Героем Советского Союза В.Н. Харитоновым установлен памятник дважды Герою Советского Союза А.Т. Карпову.
     

  6. По весьма скудным данным, генерал РККА Михаил Ефремов предпочёл смерть плену. Он отказался в апреле 1942-го эвакурироваться на самолёте, остался вместе со своими войсками 33-й армии, а 19 апреля застрелился.

    Генерал РККА Дмитрий Карбышев попал в плен, оказался в концлагере Маутхаузен и, отказавшись сотрудничать с фашистами, был ими заморожен живым.


    Генерал армии Российской империи Антон Деникин наотрез отказался сотрудничать с гитлеровцами.Немцы устроили встречу Деникина и Власова, в ходе которой Власов пытался добиться от старого полководца хотя бы устного одобрения. Но Деникин был непреклонен. "Я русский офицер и чужой формы никогда не носил. А Вы осмелились явиться ко мне в форме, которую на Вас надели враги русского народа. Нам не о чем разговаривать".
    Начало Второй мировой войны (1 сентября 1939 года) застало генерала Деникина на юге Франции в деревне Монтэй-о-Виконт, куда он выехал из Парижа для работы над своим трудом «Путь русского офицера». Согласно авторскому замыслу, эта работа должна была являться одновременно введением и дополнением к «Очеркам русской смуты». Вторжение немецких войск на территорию Франции в мае 1940 года заставило Деникина принять решение спешно покинуть Бург-ла-Рэн (под Парижем) и на машине одного из своих соратников полковника Глотова выехать на юг Франции к испанской границе.В Мимизане к северу от Биаррица машину с Деникиным настигли немецкие моторизованные части. Был заключён немцами в концентрационный лагерь, где ведомство Геббельса предлагало ему содействие в литературной работе. Отказался от сотрудничества, был отпущен и поселился под контролем немецкой комендатуры и гестапо на вилле друзей в деревне Мимизан в окрестностях Бордо. Многие из книг, брошюр и статей, написанных Деникиным в 1930-е годы, оказались в списке запрещённой литературы на территории, контролируемой Третьим рейхом, и были изъяты.
    Отказался регистрироваться в немецкой комендатуре как лицо без гражданства (которыми являлись русские эмигранты), мотивировав это тем, что он является подданным Российской империи, и это подданство у него никто не отбирал.В 1942 году немецкие власти снова предложили Деникину сотрудничество и переезд в Берлин, на этот раз требуя, согласно трактовке Ипполитова, чтобы он возглавил антикоммунистические силы из числа русских эмигрантов под эгидой Третьего рейха, но получили решительный отказ генерала.
    Гордеев, ссылаясь на полученные в архивных документах сведения, приводит информацию, что в 1943 году Деникин на личные средства направил Красной армии вагон с медикаментами, чем озадачил Сталина и советское руководство. Было принято решение медикаменты принять, а имя автора их отправки не разглашать.Оставаясь убеждённым противником советского строя, призывал эмигрантов не поддерживать Германию в войне с СССР (лозунг «Защита России и свержение большевизма»), неоднократно называя всех сотрудничающих с немцами представителей эмиграции «мракобесами», «пораженцами» и «гитлеровскими поклонниками».
    При этом, когда осенью 1943 года в Мимизане, где проживал Деникин, был расквартирован один из восточных батальонов вермахта, смягчил своё отношение к рядовым военнослужащим из бывших советских граждан.Он полагал, что их переход на сторону врага объяснялся нечеловеческими условиями содержания в нацистских концлагерях и изуродованным большевистской идеологией национальным самосознанием советского человека. Взгляды на Русское освободительное движение Деникин выразил в двух неопубликованных очерках «Генерал Власов и власовцы» и «Мировая война. Россия и зарубежье».
    Настоящие русские генералы всегда остаются русскими.

    И какой-то дикой фантасмогорией видится дискуссия о незаслуженно упоминаемом не по делу фильме "Матильда". Ведь Николай Второй был полковником РУССКОЙ ГВАРДИИ, изменившим присяге и бросившем страну, врученную ему Богом, на произвол судьбы и врагов.А эти три генерала Присяге не изменили. И до сих пор не признаны Святыми.
     

  7. С каждым годом количество ветеранов, свидетелей Второй мировой войны становится все меньше. И уже через какой-нибудь десяток лет и их не будет в живых. Поэтому сейчас так важно узнать правду об этих далеких событиях, чтобы в будущем избежать недоразумений и кривотолков. Постепенно проводится рассекречивание государственных архивов, и у военных историков появляется доступ к секретным документам, следовательно, и точным фактам, которые дают возможность узнать правду и развеять все домыслы, которые касаются некоторых моментов военной истории. Сталинградская битва также имеет ряд эпизодов, которые вызывают неоднозначные оценки как самих ветеранов, так и историков. Одним из таких неоднозначных эпизодов и является оборона одного из многих полуразрушенных домов в центре Сталинграда, который стал известен всему миру как «дом Павлова».

    В процессе защиты Сталинграда в сентябре 1942 года группа советских разведчиков захватила в самом центре города четырехэтажное здание и закрепилась там. Руководил группой сержант Яков Павлов. Немного позже туда же были доставлены пулеметы, боеприпасы и противотанковые ружья, и дом превратился в важный опорный пункт обороны дивизии.История защиты этого дома такова: в ходе бомбардировок города все здания превратились в руины, уцелел всего лишь один четырехэтажный дом. Верхние его этажи позволяли вести наблюдение и держать под обстрелом ту часть города, которая была занята противником, поэтому сам дом играл важную стратегическую роль в планах советского командования.
    Дом был приспособлен для круговой обороны. За пределы здания были вынесены огневые точки, а для сообщения с ними проделаны подземные ходы. Подступы к дому были заминированы при помощи противопехотных и противотанковых мин. Именно благодаря умелой организации обороны воины смогли столь долгий период времени отбивать атаки врагов.Представители 9 национальностей вели стойкую оборону до тех пор, пока советские войска не пошли в контрнаступление в Сталинградской битве. Казалось бы, что же тут неясного? Однако Юрий Беледин, один из самых пожилых и опытных журналистов Волгограда, уверен, что этот дом должен носить имя «дома солдатской славы», а вовсе не «дома Павлова».

    Об этом журналист пишет в своей книге, которая имеет название «Осколок в сердце». По его словам, отвечал за захват этого дома комбат А.Жуков. Именно по его приказу командир роты И.Наумов направил четырех воинов, одним из которых и был Павлов. В течение суток они отбивали атаки немцев. Все же остальное время пока велась оборона дома за все отвечал лейтенант И.Афанасьев, который пришел туда вместе с подкреплением в виде пулеметного взвода и группы бронебойщиков. Общий состав находящегося там гарнизона насчитывал 29 воинов.

    1329387008_imStalengrades-315.jpg

    Немцам очень важно было захватить Сталинград. В 1942 году это был важнейший транспортный узел, который лежал на пути кавказской нефти к Москве и Ленинграду. Сдать Сталинград – означало позволить гитлеровцам перерезать Волгу и лишить советские войска источника топлива и горюче-смазочных материалов для военной техники. Поэтому наши деды и прадеды стояли за этот город до последнего. Битва шла за каждую улицу. Фашисты утюжили город бомбами, превращая его в руины.Советское командование пыталось превратить наиболее выгодно расположенные объекты в опорные пункты, которые остановили бы фашистов. Одним из таких объектов и стал жилой четырехэтажный дом на Пензенской улице – он прикрывал выход к Волге. К тому же с него хорошо просматривались позиции противника. Именно к этому зданию был направлен 27 сентября 1942 года сержант Павлов.В Сталинграде Яков Павлов воевал под командованием генерала Александра Родимцева. Солдаты осмотрели здание и нашли в подвале местных жителей. Заняли огневую позицию, стали отстреливаться. Вскоре подошло подкрепление – 24 человека. Однако никто не предполагал, что отстаивать дом придется 58 дней...

    Дом не был изолирован от наших позиций: от него вырыли глубокую траншею, по которой доставлялись еда, боеприпасы, перевязочные материалы. Стрелять приходилось и днем и ночью, из каждого окна. Бессчетное количество пуль было выпущено по фрицам, которые штурмовали дом, – и еще больше стреляли по дому с немецких позиций. Подходы к зданию советские солдаты заминировали, но фашистам периодически удавалось прорваться – правда, выше первого этажа их не пускали.Грохот, пожары, рушащиеся лестничные пролеты, смерть боевых товарищей – но бойцы выстояли. На личной карте немецкого генерала Паулюса было написано, что в доме находится советский батальон (по армейским меркам это от 140 до 500 человек), а сам полуразрушенный дом на немецких картах обозначался как крепость. Фашисты даже не подозревали, что в реальности там меньше тридцати человек, да и те гибли.Немногие вышли из дома в контрнаступление. Сам сержант Павлов, которому в самый разгар боев за дом исполнилось всего 25 лет, выжил, но был ранен в ногу. Отлежав в госпитале, он продолжил службу и прошел войну до Эльбы. Потом вернулся на родной Валдай, там и работал всю жизнь – правда, уже по партийной и общественной линии.После войны ему было присвоено звание Героя Светского Союза.

    Прорвать защиту дома – вот основное задание немцев на тот момент, ведь этот дом подобно кости в горле. Немецкие войска пытались сломить защиту при помощи минометного и артиллерийского обстрелов, бомбардировок с воздуха, однако сломить защитников фашистам так и не удалось. Эти события вошли в историю войны как символ стойкости и мужества солдат советской армии.К тому же, это дом стал символом и трудовой доблести советского народа. Именно восстановление дома Павлова положило начало Черкасовскому движению по восстановлению зданий. Сразу же после окончания Сталинградской битвы женские бригады А.М.Черкасовой приступили к восстановлению дома, а к концу 1943 года в городе работало более 820 бригад, в 1944 году – уже 1192, а в 1945 – 1227 бригад.
     

  8. Существует немало примеров подлинного героизма и бесстрашия русских солдат в ходе Первой мировой войны. Один из таких эпизодов связан с обороной крепости Осовец 6 августа 1915 года и вошел в историю как «атака мертвецов».

    В немецкой осаде Старинная крепость Осовец в 50 километрах от польского города Белосток и в 23 километрах от границы с Восточной Пруссией имела важное стратегическое значение, являясь одним из центров обороны так называемого «Польского мешка». В сентябре 1914 года сюда подошли части 8-й германской армии. Хотя у немцев имелся значительный численный перевес и они использовали тяжелую артиллерию, русским удалось отбить штурм. Второй штурм начался 3 февраля 1915 года. Через шесть дней интенсивных боев немцам удалось занять первый оборонный рубеж русских. Крепость подвергли массированному артиллерийскому обстрелу. «Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня», - писал один из руководителей Военно-инженерной академии РККА и непосредственный участник тех событий Сергей Александрович Хмельков в своей работе «Борьба за Осовец». Генеральный штаб русской армии поставил перед участниками обороны задачу – продержаться хотя бы двое суток. И на этот раз немецкий штурм был отбит.

    Отравленные солдаты
    Но германцы не сдавались. В июле 1915 года они вновь перешли в наступление. На этот раз противник решил применить против защитников крепости отравляющие вещества. В районе Осовца развернули 30 газобаллонных батарей. Рано утром 6 августа они выпустили облако хлора. Газ проник на глубину до 20 километров. Русские не ожидали газовой атаки, и никаких защитных средств от нее у них не было. Это привело к тяжелым потерям со стороны оборонявшего крепость 226-го Землянского полка. Около 1600 человек были полностью выведены из строя.
    Немцы не остановились на этом, они еще и принялись обстреливать крепость, причем часть орудий стреляла химическими зарядами. Затем на штурм устремилась германская пехота, насчитывавшая около 7000 человек. Две первых линии русской обороны оказались заняты. Тогда комендантом крепости генерал-лейтенантом Николаем Бржозовским был отдан приказ вести штыковую контратаку. Ее возглавил командир 13-й роты Землянского полка подпоручик Владимир Котлинский, собравший под свое начало несколько десятков бойцов, наименее пострадавших от газа.
    Со стороны казалось, что в бой идут покойники: лица у солдат были земляного цвета, обмотаны тряпками, на коже виднелись язвы от ожогов. Некоторые харкали кровью, а вместо привычных криков «ура» из солдатских глоток раздавался жутковатый хрип…
    Тем не менее, горстке этих доходяг удалось обратить многочисленную немецкую пехоту в бегство. Поручик Котлинский в бою получил смертельное ранение, но к восьми часам утра прорыв обороны был ликвидирован, а к 11 атака была полностью отбита. Несколько дней спустя Генштабом был отдан приказ о прекращении боев и эвакуации военного гарнизона крепости – ее дальнейшая оборона была нецелесообразна с точки зрения общей ситуации на фронте. В сентябре 1916 года поручик Котлинский был посмертно награжден орденом Святого Георгия 4-й степени за оборону крепости Осовец. Имена рядовых участников обороны, увы, не сохранились в истории.

    Причины победы
    «Атакой мертвецов» оборону Осовца впервые назвал в 1939 году уже упомянутый Сергей Хмельков: «Эта атака “мертвецов”… настолько поразила немцев, что они не приняли боя и бросились назад, много немцев погибло на проволочных сетях перед второй линией окопов от огня крепостной артиллерии». Но каким образом нескольким десяткам русских солдат удалось победить несколько тысяч немцев?
    Во-первых, немецкие солдаты были убеждены, что газовая атака сделает русских полностью неспособными сопротивляться.
    Во-вторых, штыковой атаке противостояли все же не тысячи немецких солдат, а один только 18-й полк 70-й бригады 11-й дивизии ландвера.
    В-третьих, колоссальный психологический эффект на немецкую пехоту оказал один только вид идущих в атаку отравленных «зомби». ​
    Пока немцы приходили в себя, начала наступление русская артиллерия. Можно ли назвать «атаку мертвецов» подвигом? Безусловно да! Ведь солдаты устремились в бой из последних сил, отравленные, почти не имея шансов отбросить противника назад… И, как это нередко бывало в российской истории, одержали победу.
     

  9. Героический пулеметчик Великой Отечественной войны Александр Заходский в первые дни войны в одном из боев уничтожил свыше ста гитлеровцев и сумел выйти из окружения.

    Ровесник революции
    Александр Иванович Заходский родился в 1917 году, и до войны успел поработать пекарем. Рассказывали, что хлеб Заходского был особенным, покупатели района города Новоржева, где продавалась продукция «заходской» пекарни, стремились купить буханку с «фирменным» знаком «З».
    Заходской призвался в армию за год до начала Великой Отечественной. Воевал с первых дней Второй мировой.

    Отважный пулеметчик
    Свой знаменитый бой Заходский принял в конце июня 41-го года на карело-финской границе. Гитлеровцы наступали на всех фронтах, участок, на котором закрепилось подразделение красноармейца Заходского, при массированной артиллерийской и минометной поддержке атаковали финны. Батальон стрелкового полка, где служил Заходский, вынужден был отступить. Прикрывать отход приказали Александру Ивановичу.
    Вторым номером у него был красноармеец Кочубаров. По сути, в данной ситуации прикрывающие отступление – это смертники, принимающие огонь на себя. Заходский сумел максимально использовать время, место и имеющийся боекомплект – частая смена огневых позиций, искусная маскировка и умелое ведение пулеметного огня – все это способствовало эффективности выполнения приказа, полученного солдатом.

    Пулеметным расчетом Заходского в итоге было уничтожено свыше сотни финнов, он отразил несколько вражеских атак. Тактика хладнокровного стрелка была простой и в то же время максимально результативной – Александр Иванович подпускал врага на близкое расстояние и только тогда открывал огонь. Десятки падали замертво, а остальные бежали обратно. Кочубарова в самом начале боя убили, и Заходскому пришлось биться одному.
    Финны, когда сообразили, что их сдерживает всего один человек, обрушили на позицию Заходского шквал минометного и артиллерийского огня. На деревья залезли «кукушки»-снайперы, пытавшиеся достать солдата из автоматов. Засылались мелкие группы, пытавшиеся добраться до Александра Ивановича. Но он всех убивал своими смертельными очередями. Или заставлял отползать назад. Отважного пулеметчика пробовали обойти с разных сторон, но он отбился от окружающих гитлеровцев ручными гранатами.
    В конечном итоге, миной разбило пулемет Заходского, но он все же сумел выйти из окружения. Когда его батальон вернулся на прежние позиции, командованию открылась следующая картина: в районе огневых точек Заходского поля были устланы десятками трупов финнов. Александра Ивановича представили к званию Героя Советского Союза, он был одним из первых советских воинов, удостоившихся этой самой высокой боевой награды в Великой Отечественной войне. Но, к сожалению, звезду Героя Заходский поносить не успел – в июле 41-го года его сразил гитлеровский минный осколок.
     

  10. К месту казни ее привезли в кузове грузовика. Она лежала на дне в одном исподнем белье, у нее не было сил даже подняться. Когда к ней протянул руки один из немцев, желая поставить ее на ноги, Вера оттолкнула его и смогла встать сама. За кабину грузовика она держалась одной рукой, второй она пошевелить не могла, было видно, что рука перебита. Она была вся в крови и в синяках.
    Разведчица Волошина
    В первые дни войны Вера, как и большинство молодых женщин, была демобилизована на рытье окопов на подступах к Москве. В октябре она добровольно вступила в ряды Красной Армии. Ее зачислили в войсковую часть 9903 разведотдела Западного фронта, для работы в тылу врага. Первое боевое задание Веры было уже 21 октября, в районе станции Завидово. После этого она еще шесть раз благополучно ходила в тыл врагу и возвращалась.

    Знакомство с Космедемьянской
    С Зоей Вера Волошина познакомилась в ноябре, когда в часть пришло пополнение. Девушки быстро сдружились. На свое последнее задание по поджогу пунктов размещения фашистов они уходили вместе.
    21 ноября 1941 года группа, командиром которой был назначен Павел Проворов, ушла в немецкий тыл. В составе группы были Вера Волошина и Зоя Космодемьянская. При переходе фронта отряд попал под обстрел. В суматохе боя группа разделилась на две части, и пути подруг разошлись.
    Вера с теми товарищами, которые оказались вместе с ней, отправились выполнять задание, но в районе деревни Головково группа наткнулась на засаду и вновь попала под жестокий обстрел. Вера была ранена и попала в плен.

    Пропавшая без вести
    Утром товарищи пытались найти ее, но им это не удалось. Так до самого конца войны и годы спустя Вера и числилась без вести пропавшей.
    И только в 1957 году журналист Г. Н. Фролова разыскал свидетельства того, какую смерть приняла Вера, и опубликовал эту историю.
    Вера, так же как и Зоя, обратилась к свидетелям казни. Она сказала:
    Я не боюсь смерти. За меня отомстят мои товарищи. Мы все равно победим. Вот увидите!​
    А потом она запела «Интернационал».

    Свидетели казни рассказывали, что даже когда Вере уже набросили петлю на шею, она продолжала петь. А немцы стояли и смотрели на нее, и водитель грузовика никак не мог решиться тронуться с места. Только когда офицер закричал на шофера, грузовик все же поехал. Девушка еще успела крикнуть: «Прощайте, товарищи!».
    Веру повесили на старой иве, которую и до сих пор еще можно видеть в Головково. Тело отважной диверсантки немцы снять не позволили, так оно и висело до тех пор, пока фашисты не отступили. Когда враг оставил Головково, жители вынули тело Веры из петли и с почетом похоронили ее.
    Зоя погибла в тот же самый день, 29 ноября, в десяти километрах от Головково, в деревне Петрищево.

    После войны
    О подвиге Веры, как уже было сказано, узнали далеко не сразу. Но как только о нем стало известно, было сделано все, чтобы имя Веры Волошиной было увековечено. В 1966 году она была награждена орденом Отечественной войны I степени посмертно. Награда была вручена матери Веры в Кремле, в дни празднования 25-летия Московской битвы. В 1976 году была опубликована документальная повесть Георгия Фролова «Вера Волошина». В нескольких городах России есть улицы, названные ее именем. На месте ее казни в деревне Головково Наро-Фоминского района установлен памятник. Открыт посвященный ей музей. В 1994-м году указом президента РФ Вере Волошиной посмертно присвоено звание Героя Российской Федерации.
     
    dok и tOmbovski volk нравится это.

  11. В третьей четверти XIX века, после того как к России было присоединено Кокандское ханство, установлен протекторат над Бухарским эмиратом и Хивинским ханством, российская дипломатия попыталась наладить добрососедские отношения с соседними туркменами. Однако это оказалось труднодостижимым, дипломатические приемы, «все меры кротости и строгости», не достигали цели.
    Текинцы, самое воинственное из туркменских племен, продолжало совершать набеги на подвластные России территории и грабить русских купцов. Как отмечает в своем очерке «Завоевание Средней Азии» штаб-полковник Анатолий Шеманский, «к текинской дикости присоединились противоборствующие нам течения… панисламистское, английское, персидское и затаенные надежды покоренных уже нами средне-азиатцев». Совокупность факторов вынудила руководство России прибегнуть к силовому решению вопроса.

    Первые военные экспедиции, возглавляемые генералами Лазаревым и Ломакиным, были неудачными, взять крепость Геок-Тепе, главный оплот текинцев не удалось. Сложнейшую экспедицию император Александр II поручил возглавить герою русско-турецкой войны 1877-1878 годов Михаилу Скобелеву.
    Под началом «Белого генерала», в составе Ахал-Текинской экспедиции, направленной на покорение текинцев, служило немало солдат и офицеров, принимавших участие в последней войне с турками. Среди них артиллерист 6-й батареи 21-й артиллерийской бригады, Агафон Лазаревич Никитин, за отвагу, он проходил службу на Кавказе и за подавление восстания чеченских и дагестанских мятежников, был награжден знаком отличия военного ордена – высшей наградой для солдат и унтер-офицеров Русской императорской армии.

    Никитин происходил из крестьян Сувалкской губернии, Кальварийского уезда, Урдюминской гмины, деревни Кибарты (ныне это территория Литвы). На службу он поступил в 1875 году, т.е. к началу Ахал-Текинской экспедиции был опытным и закаленным воином. В числе других он находился под стенами Геок-Тепе, взятой в осаду 21 ноября 1880 года. У текинцев был мистический страх перед русским генералом Скобелевым, его они прозвали «Кровавые глаза», однако, сдаваться не собирались, избрав тактикой ночные диверсии в лагерь осаждающих. В планах у текинцев был захват русского оружия, в том числе и пушек.
    Силы противника в Геок-Тепе были значительными, они составляли порядка 30 тысяч вооруженных мужчин, в боевых действиях им помогали и женщины. Во время вылазки 28 декабря около 4 тысяч текинцев ночью, совершенно неожиданно напали на русский лагерь, в этом бою мы потеряли 96 человек убитыми, текинцы также захватили одно горное орудие и два ящика снарядов. Во время следующей вылазки, 30 декабря, туркмены увеличили число нападавших до 6 тысяч, мы потеряли 151 человека, из них 53 убитыми. Туркмены захватили два горных орудия, одно из которых удалось отбить, а также пленили бомбардира Агафона Никитина. Накануне командующий гарнизоном дал приказ пленить русского артиллериста, поскольку сами текинцы с пушками обращаться не умели.
    Установив захваченное орудие, которое было полностью исправно, на стену крепости, туркмены велели Никитину стрелять по своим, но он отказался. Сначала уговорами, а затем пытками басурмане пытались склонить его к такому жестокому предательству, но Агафон, который по вероисповеданию являлся православным старообрядцем, оставался непреклонным: «Против своих не пойду!»
    Как сообщает барон Остен-Сакен в статье «Бомбардир Агафон Никитин», пленника «жарили на огне и вырезали ремни со спины, но получили на всё отказ, тогда ему отрубили сперва руки, а потом голову». Агафон Лазаревич Никитин был убит 31 декабря 1880 года (12 января 1881 года).

    О подвиге русского солдата стало известно уже после взятия крепости Геок-Тепе. Генерал Скобелев приказал подполковнику Бобрикову, командиру 6-й батареи 21 артиллерийской бригады произвести дознание, которое подтвердило подлинность рассказов текинцев.
    В память о герое в его родной деревне был возведен храм святого Агафона, небесного покровителя русского воина-мученика, на плацу возле казармы его батареи в городе Темир-Хан-Шуре (ныне Буйнакск в Дагестане) ему был установлен памятник, деньги по подписке собирали всей Россией. Агафон Никитин навечно включен в списки части, шестую батарею неофициально стали называть по имени героя – Агафоновской. На вечерней перекличке, когда фельдфебель выкрикивал «Агафон Никитины», взводный отвечал: «Погиб во славу русского оружия, в крепости Геок-Тепе».

    Так простой русский солдат, пожертвовав собственной жизнью, сохранил жизни многим своим боевым товарищам.
     
  12. не знаю, насколько приемлемы в этой теме будут анекдоты, но попробую (буду неправ - поправят)
    Урок в германской школе. Учитель:
    - Дети, назовите самый большой город в мире.
    Куча предложений: Нью-Йорк, Токио, Шанхай, Мехико...
    Ганс: - Самый большой город в мире - это Сталинград!
    - Почему, Ганс?
    - Мне дедушка рассказывал, что они шли по одной улицеСталинграда целых полгода, но так до конца и не дошли...
     
    Stirik, tOmbovski volk и purple нравится это.

  13. Недавний инцидент в сирийском небе, когда американский F-22 попытался «перехватить» российские штурмовики, прикрывавшие гуманитарную колонну, но вынужден был ретироваться от подоспевшего Су-35, вызывает исторические ассоциации с теми временами, когда ВВС США также пытались навязать нашей стране «зоны американского воздушного влияния».

    Это имело место в конце Второй мировой войны, когда наши страны сражались против одного врага. Впрочем, борьба США с общим врагом была весьма неоднозначна – проходили тайные переговоры американцев с нацистами (первые контакты начались еще в 1943), имевшие целью не только сепаратный мир, но и совместное с гитлеровцами противостояние «красной угрозе». Как сейчас из оставшихся в живых террористов американцы создают «новую сирийскую армию», так и в 1945 году союзники из пленных солдат вермахта и ваффен-СС формировали ударные части для войны против Советского Союза.
    Впрочем, вернемся в воздушное пространство охваченной войной и ждущей освобождения Европы. Воздушные инциденты с участием американской авиации начались со второй половины 1944 года. Причем есть все основания полагать, что эти ситуации, виновниками которых всегда выступали наши союзники, были не случайными эпизодами friendly fire («дружественного огня»), обычными на войне, а результатами стремления американских ВВС показать, кто хозяин в небе Европы.

    Бой над Нишем
    Широкую известность получил случай, когда сорок американских тяжелых истребителей «Лайтингов» нанесли удар по штабу 6-го гвардейского стрелкового корпуса и аэродрому 866-го истребительного авиаполка в окрестностях югославского города Ниш.
    Жертвами этого предательского выпада стали командир корпуса Герой Советского Союза Григорий Котов и еще 30 человек. Кроме того, были уничтожены два наших самолета и сожжено полтора десятка автомобилей. Сумевшие взлететь наши пилоты обратили американцев в бегство, сбив четыре самолета. В их обломках были обнаружены карты, на которых уже освобожденный, и находящийся под контролем советских войск Ниш был обозначен как цель. Что полностью показывает несостоятельность американских оправданий о «потере курса». Другим косвенным свидетельством намеренности действий американцев говорит то, что удар был нанесен 7 ноября 1944 года.
    О преднамеренности американских провокаций свидетельствовал и маршал Советского Союза Георгий Жуков, указав в своих мемуарах, что командующий американскими ВВС Спаатс вызывающе отказался обсуждать с ним порядок полетов над советской зоной. Он заявил, что «американская авиация всюду летала и будет летать без всяких ограничений».

    Кому огня? Мне?!
    Можно предположить, что большинство американских провокаций, приведших к воздушным столкновениям, остались неизвестными. По понятным причинам эти факты советские источники в тот момент не стремились афишировать. Однако известно, как американские пилоты в небе над Берлином попытались, выражаясь современным языком, «перехватить» советский истребитель, пилотируемый легендарным русским летчиком Иваном Кожедубом.

    Впоследствии маршал авиации рассказал, как это было. 17 апреля 1945 года, встретив в воздухе стратегические бомбардировщики «Летающие крепости» союзников, он заградительной очередью отогнал от них пару «мессершмиттов», но через секунду сам был атакован американскими истребителями прикрытия.
    «Кому огня? Мне?! – с возмущением вспоминал Кожедуб полвека спустя. – Очередь была длинной, с большой, в километр, дистанции, с яркими, в отличие от наших и немецких трассирующими снарядами. Из-за большого расстояния было видно, как конец очереди загибается вниз. Я перевернулся и, быстро сблизившись, атаковал крайнего американца (по количеству истребителей в эскорте я уже понял кто это) – в фюзеляже у него что-то взорвалось, он сильно запарил и пошел со снижением в сторону наших войск. Полупетлей выполнив боевой разворот, с перевернутого положения, я атаковал следующего. Мои снаряды легли очень удачно – самолет взорвался в воздухе...

    Когда напряжение боя спало, настроение у меня было совсем не победным – я ведь уже успел разглядеть белые звезды на крыльях и фюзеляжах. «Устроят мне... по первое число» – думал я, сажая машину. Но все обошлось. В кабине «Мустанга», приземлившегося на нашей территории, сидел здоровенный негр. На вопрос подоспевших к нему ребят, кто его сбил (вернее, когда этот вопрос смогли перевести) он отвечал: «Фокке-Вульф» с красным носом... Не думаю, что он подыгрывал; не научились еще тогда союзники смотреть в оба... Когда проявили пленки ФКП, главные моменты боя оказались зафиксированы на них очень четко. Пленки смотрело и командование полка, и дивизии, и корпуса. Командир дивизии Савицкий, в оперативное подчинение которому мы тогда входили, после просмотра сказал: «Эти победы – в счет будущей войны». А Павел Федорович Чупиков, наш комполка, вскоре отдал мне эти пленки со словами: «Забери их себе, Иван, и никому не показывай».
    «Союзнические» действия американцев не оставляли у советских офицеров сомнений в том, что война с ними неизбежна и является лишь вопросом времени.

    Охота на «Мустангов» и «Летающие крепости»
    Следующий бой Ивана Кожедуба с американскими пилотами состоялся уже через пять дней, когда его вновь атаковала пара «Мустангов». Одному американцу удалось выпрыгнуть с парашютом из подбитой машины, второй сгорел вместе с истребителем, взорвавшимся в воздухе.
    Последний бой Кожедуба с союзниками состоялся накануне Дня Победы, когда советский ас помешал целой эскадрилье Boeing B-17 Flying Fortress прорваться в воздушное пространство советской оккупационной зоны. «Летающие крепости» с максимальной бомбовой загрузкой перли напролом, игнорируя радиозапросы и предупредительные выстрелы, и, чтобы их развернуть, советскому летчику пришлось сбить одного за другим три четырехмоторных гиганта.
    Впрочем, личный «американский счет» будущего маршала на этом завершился. Когда Кожедуб через несколько лет, уже будучи генерал-майором, командовал одной из дивизий 64-го авиакорпуса, защищавшей небо КНДР от американских агрессоров, он лично в боях не участвовал.
    Директивой МО СССР ему это было запрещено. 264 американских самолета были сбиты его подчиненными.

    Наши деды и прадеды прекрасно знали, как поступать с американскими «перехватчиками». И надо надеяться, что это искусство их внуки не утратили…
     
    faza74 и tOmbovski volk нравится это.

  14. Имя этой героической девушки, принявшей мученическую смерть во время Великой Отечественной войны, не вошло в учебники истории. Плененной, фашисты отрубили ей руки, надеясь узнать военную тайну, но Лена не проронила и слова, предпочтя смерть позору и нарушению военной присяги. Ее подвиг сравним с героикой Зои Космодемьянской.

    Елена Стемпковская родилась близ Минска в 1921 году, потом переехала с родителями в Узбекистан, откуда добровольцем ушла на фронт в 1941-м. Погибла в августе 1942 года в Белгородской области, защищая в составе 216-го полка 76-й стрелковой дивизии Юго-Западного фронта подступы к Сталинграду (нынешнему Волгограду). 15 мая 1946 года, уже после окончания войны, ей было присвоено звание Героя Советского Союза. Это преамбула к описанию ее подвига, достойного памяти и почитания.
    Лично мне, к стыду, о подвиге радистки Лены Стемпковской до недавнего времени ничего не было известно, как, наверное, и многим нашим соотечественникам. Это как в песне: «От героев былых времен не осталось порой имен», что, впрочем, не означает о их полном забытьи – подобные примеры героизма и мужества нужно знать и помнить.
    О подвиге Зои Космодемьянской, казненной фашистами в подмосковном селе Петрищево, написал в газете «Правда» от 27 января 1942 года Петр Лидов. Статья называлась «Таня» – так назвалась девушка схватившим ее фашистам. Елена Стемпковская не сказала немцам, пытавшим ее, даже имени, вообще ничего – ни ни номера воинской части, в которой она служила, ни численности личного состава. Последним ее сигналом в эфире был позывной «Роза», под которым она успела передать в штаб важные сведения, а потом разбила рацию прикладом винтовки, из которой вскоре успела застрелить трех немецких солдат.

    [​IMG]

    Вот как описывает предысторию подвига Елены Стемпковской журналист Игорь Самочеляев.
    «Весной 1942 года первая группа девушек–добровольцев, окончивших курсы радиотелеграфисток, прибыла в штаб Юго-Западного фронта. Среди них была и Елена Стемпковская – бывшая студентка Ташкентского педагогического института. Приняв военную присягу, она получила назначение в действующую армию – 216-й стрелковый полк. Но служба в полку не ограничивалась только радиостанцией, она по полной программе изучила стрелковое дело и научилась в совершенстве владеть пулеметом и автоматом.
    В двадцатых числах июня 216-й полк занял оборону западнее села Зимовенька. Второй стрелковый батальон укрепился у восточного яра и построил оборону в районе сельского кладбища. Разведчики прощупывали передний край врага. Наши готовились к бою. На рассвете 29 июня 1942 года немцы открыли по нашим частям ожесточенный артиллерийский огонь, поддержанный бомбовыми ударами с воздуха, после которого предприняли попытку ворваться в наши окопы. Они шли в полный рост, считая наших погибшими. Но не прошли. Яр был усыпан телами гитлеровцев. Тогда противник стал обходить батальон с двух сторон, пытаясь его окружить. Силы были не равны. Отразив две атаки немцев, 216-й полк вынужден был отступить. Командир 2-го батальона капитан Савченко приказал 4-й роте лейтенанта Петра Киреева прикрыть отступление батальона, а с наступлением темноты пробиться к своим. В роте оставалось всего 16 человек»
    .

    Дальнейшее повествование о судьбе Елены Стемпковской имеет разные трактовки. Известно, что девушка до конца оставалась на передовой и не ушла в тыл, как было приказано. Она ведь была радистка и, при отсутствии проводной связи, обеспечивала передачу необходимых данных в радиоэфире. Позывной «Роза» хорошо знали и в штабе батальона, и в штабе полка, хотя саму Лену многие даже в глаза не видели. Когда немцы сумели прорвать оборону и выйти к селу Зимовенька, она продолжала свою непростую работу и выдавала координаты наступающих фашистов. Потом связь оборвалась…
    О судьбе младшего сержанта Стемпковской стало известно из рассказов местных жителей, но в большей степени со слов немецкого солдата-антифашиста, который перебежал через линию фронта в расположение частей Красной Армии. Лену пытали, заставляя ответить на, казалось бы, простейшие вопросы: кто командир части, какова ее численность, какие планы командования. Она молчала, когда обезумевший немецкий офицер вырывал ей волосы, бил в лицо рукояткой пистолета. И даже когда солдатским тесаком ей отрубили кисти рук, радистка не проронила и слова. Фашисты предпочли ее убить, не понимая упорства слабой на вид девушки – сила и насилие явно не срабатывали.
    О радистке Лене в войсках Юго-Западного, впоследствии Сталинградского, а затем 3-го Украинского фронтов, ходили легенды. Ей приписывались порой и несуществующие подвиги, но имя было на слуху – запало оно в душу красноармейцам и командирам как символ беззаветного служения и жертвенности ради своей Родины. Звание Героя Советского Союза ей присвоили лишь в мае 1946 года – во многом благодаря инициативе ее однополчан, которые настаивали на награждении мужественной радистки.

    Вот представление к награждению, датированное еще 1942 годом:

    [​IMG]

    «Тов. Стемпковская в первые же дни войны, бросив учебу в институте, добровольно пошла на фронт, и вскоре о ней услышали как о бесстрашном и смелом бойце-радисте. Она поддерживала бесперебойную связь со штабом полка в самые трудные моменты боя.
    В августе 1942 года, во время тяжелых боев на Дону, подразделение, где служила Стемпковская, попало в окружение. Несколько дней горстка советских бойцов отражала бесчисленные атаки гитлеровцев. Связь со штабом части не прерывалась ни на минуту, несмотря на тяжелую обстановку, радист Стемпковская работала не покладая рук. Но вот немцам удалось прорваться к командному пункту батальона. Они заметили девушку и бросились к ней. Комсомолка не растерялась: она взяла винтовку и стала в упор расстреливать гитлеровцев. Убила троих, но остальные нахлынули сразу и схватили ее. Девушку подвергли мученическим пыткам, добиваясь выдачи военных секретов. Они непрерывно били ее, вырывали волосы, водили по селу, гнусно издевались. Но ничего не вынудило Стемпковскую выдать тайну. Озверелые гитлеровцы отрубили ей кисти рук. Комсомолка умерла страшной смертью, но до конца оставалась верной военной присяге. За свой благородный подвиг вполне достойна присвоения звания Героя Советского Союза».


    «Мы хорошо знаем о подвиге Елены Стемпковской, – рассказывает директор музея-заповедника "Сталинградская битва" Алексей Васин. – В Волгограде есть улица названная ее именем, даже несмотря на то, что она официально не входит в список участников Сталинградской битвы, героически погибнув незадолго до ее начала. Дело ведь не в этом – погиб солдат под Вязьмой, Сталинградом или при взятии Берлина. Важна память о нем, как в акции "Бессмертный полк", которая проводится 9 мая не только во всех городах России, но и в многих других странах. Они шагнули в бессмертие в далекие сороковые-грозовые, когда не родились еще родители ныне живущих, но тем не менее помнящих о той Великой Победе. И Елена Стемпковская, юная девушка-радистка, отдавшая жизнь за нашу свободу, достойна почитания и признания. Дело ведь даже не в имени или конкретном подвиге, который потрясает своим мужеством, здесь важнее строить воспитание новых поколений на беззаветной преданности своей Родине, своему Отечеству».

    Имя Елены Степковской не забыто и в Ташкенте, где она училась перед войной в педагогическом институте. Там установлена мемориальная доска, ее именем названа средняя школа, где она училась. На Белгородчине, в Шебекинском районе, есть монумент в честь радистки - Героя Советского Союза. В Солигорском районе Минской области, где родилась Лена, тоже не забывают свою знаменитую землячку и собрали народные средства для установления мемориальной доски. У подвига нет срока давности.


     

  15. 75 лет назад в полусотне километрах северо-восточнее осажденного Ленинграда развернулась стратегическая операция «Искра», завершившаяся 18 января прорывом вражеской блокады.

    Разорвать огненное кольцо, душившее город, решили на Шлиссельбургско-Синявинском выступе одновременными встречными ударами 2-й ударной армии Волховского фронта под командованием генерала-лейтенанта Владимира Романовского и 67-й армии генерал-майора Михаила Духанова Ленинградского фронта.
    Михаил Духанов вспоминал: «Фашисты держали город в блокаде в течение 16 месяцев. Коммуникация по Ладожскому озеру – Дорога жизни, конечно, не могла обеспечить город с таким большим населением. В декабре было получено указание Ставки Верховного командования приступить к подготовке прорыва блокады. Операция проходила в чрезвычайно сложных условиях, потому что Шлиссельбургский выступ, в направлении которого 67-й армии пришлось проводить удар навстречу Волховскому фронту, был сильно укреплен».

    «Я редко встречал местность, менее удобную для наступления»
    Шлиссельбургско-Синявинский выступ гитлеровцы называли Flaschenhals (бутылочное горло). Его обороняли пять фашистских дивизий численностью 10–12 тысяч каждая. За полтора года непрерывных боев небольшой, в общем-то, участок протяженностью пару десятков километров был укреплен настолько, насколько возможно. Крутые невские берега, залитые льдом, чтобы на них невозможно было забраться, разветвленная система инженерных сооружений, минные поля, 30–40 огневых точек противника на каждый километр обороны, незамерзающие болота – все было на руку гитлеровцам, вспоминал после войны командующий Волховским фронтом Константин Мерецков: «Я редко встречал местность, менее удобную для наступления. У меня навсегда остались в памяти лесные дали, болотистые топи, залитые водой торфяные поля и разбитые дороги. Оборону усиливали противопехотные и противотанковые препятствия, сплошные минные поля, изрезанные глубокими канавами торфоразработки».

    Но все же в данном районе Ленинградский и Волховский фронты разделял коридор шириной всего 15 километров и более удачного места для решающего прорыва трудно было найти. К тому же мы располагали двумя плацдармами – на Невском пятачке и в крепости Орешек.
    К началу наступления в условиях осажденного города удалось создать определенный перевес над войсками вермахта в пехоте, танках, артиллерии и авиации.

    Из рассказа генерал-майора Михаила Духанова: «Перед наступлением наши солдаты учились форсировать реку, забираться на обледенелый берег с помощью штурмовых лестниц и кошек, обезвреживать вражеские мины. Самолеты вели аэрофотосъемку, активно действовала разведка, для артиллеристов оборудовали свыше 300 наблюдательных пунктов. Трехчасовую артподготовку 12 января, предварявшую наступление, слышали даже в Ленинграде. Стрельба была такая, что, как говорят очевидцы, орудия накалялись, люди обливались потом, сбрасывали на морозе ватники, бушлаты.
    В 9.30 12 января передовые части 67 и 2-й ударной армий одновременно пошли на прорыв. Примерно через 15 минут, преодолев Неву, сильный огонь противника, части 67-й армии ворвались на тот берег, на передний край немцев. Части 268-й дивизии полковника Борщова и 136-й дивизии, которой командовал Николай Симоняк, герой обороны Ханко, были первыми, кто захватил вражеские траншеи. Немцы стали наносить сильные контрудары, очень быстро подтянув резервы. Причем они смогли сосредоточить на небольшом участке на наших флангах до пяти свежих дивизий. И все же за первый день Ленинградскому и Волховскому фронтам удалось продвинуться навстречу друг другу почти на три километра. В ночь на 13 января наши войска закреплялись на отбитых у врага рубежах, эвакуировали раненых, подтягивали артиллерию, подразделения второго эшелона».
    На главном направлении вела наступление 136-я стрелковая дивизия, в которой воевал Алексей Баранов, в ту пору старший сержант:
    «На второй день утром после короткой артподготовки, воодушевленные успехом первого дня, снова бросились на фашистов. Но продвинуться удалось ненамного. Пройдя по пояс в снегу около 500 метров, роты 3-го стрелкового батальона капитана Душко залегли под сильным вражеским огнем из уцелевшего дзота. Создалось трудное положение: огонь врага не давал поднять головы.

    Первым к вражеской точке двинулся комсомолец Костя Усов с гранатами. Но не дополз – раненый, остался лежать на снегу. Пулеметная очередь сразила и второго бойца. В это время сбоку в кустарнике оказались два наших связиста, тянувших провод к командному пункту. Один из них – Дмитрий Молодцов, заметив, в какой сложной ситуации оказался батальон, принял смелое решение: взял пару гранат и пополз по кустарнику к огневой точке врага. Одна его граната не долетела – разорвалась у стенки дзота. Бросил вторую – снова недолет. И тогда связист закрыл амбразуру своим телом. Подвиг Молодцова позволил 3-му батальону с ходу захватить дзот. Дмитрию было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, он был навечно зачислен в списки нашего 270-го Ленинградского мотострелкового полка».
    Один из решающих ударов, прорвавших фашистскую оборону, был нанесен с Невского пятачка – узкой полоски земли на левом берегу Невы, который наши бойцы удерживали под непрерывным огнем врага с сентября 1941-го. Ширина плацдарма – 530 шагов, длина – примерно 2000. Среди первых защитников Невского пятачка был красноармеец 330-го стрелкового полка 86-й дивизии Владимир Спиридонович Путин. В ноябре 1941 года он был тяжело ранен и переправлен в медсанбат, а затем в ленинградский госпиталь…

    Несмотря на сверхплотный президентский график, Владимир Путин, бывая в Северной столице, неизменно приезжает на Невский пятачок поклониться погибшим, пообщаться с однополчанами отца – их от 86-й стрелковой дивизии остались единицы.
    «Здесь воевал мой отец, – рассказывал президент. – Здесь он был тяжело ранен. И это, казалось бы, трагическое обстоятельство сохранило жизнь моей матери. Она бы, наверное, не пережила блокаду. Отец, оказавшись в госпитале, подкармливал ее из своего пайка. Но родители не смогли сохранить своего сына, моего брата. Он заболел в блокадном Ленинграде и умер. Каждая семья ленинградцев имеет счет к войне. И у меня он, конечно, тоже есть».
    Защитники Невского пятачка не позволили сомкнуть вокруг Северной столицы второе блокадное кольцо и постоянно отвлекали на себя значительные силы врага. Вермахт сообщал о потерях в районе плацдарма 40 тысяч своих солдат. Наших воинов, по официальным данным, здесь полегло более 200 тысяч. То есть каждые сутки (а вражеские обстрелы и атаки не прекращались ни днем, ни ночью) гибли по 530 красноармейцев. Убитых не хоронили. Мертвыми телами укрепляли окопы... Под непрерывным огнем бойцы 86-й дивизии с пропитанного кровью плацдарма пошли на прорыв блокады.

    «Самая первая и драгоценная награда в Отечественную войну у меня была за Невский пятачок – медаль «За боевые заслуги», – вспоминал январские бои полный кавалера ордена Слава, фронтовой разведчик Иван Баранов. – Гитлеровцы создали сильные укрепленные рубежи с целой системой дотов, дзотов, минных полей. Мы форсировали Неву, под огнем противника преодолели крутой и высокий обледеневший берег. Ничто не могло остановить наступательный дух наших пехотинцев, саперов, артиллеристов».
    Еще одним опорным пунктом наступления наших войск стала древняя крепость Орешек на Ореховом острове у истока Невы, напротив Шлиссельбурга. Основанная в 1323 году цитадель Нотебург (Noteborg) с 1612 по 1702 год принадлежала шведам, в императорской России здесь помещалась каторжная тюрьма.
    Мощные крепостные стены гитлеровцы превратили в руины, но так и не сумели взять крохотный остров 400 на 200 метров, который наши бойцы удерживали 500 дней, вспоминал кавалер орденов Ленина и Красного Знамени, командир артиллерийской батареи Петр Кочененков: «До захваченного фашистами Шлиссельбурга – 180–200 метров, и стоило шлюпке только отойти от крепости, по нам тотчас открывался огонь из пулеметов и минометов. Зимой добирались по льду. На разрушенной крепостной колокольне мы подняли флаг. Спали, когда удавалось, на нарах в подземелье. Наверху установили два орудия – 45- и 70-мм – для кругового обстрела. Внизу возле башни были еще четыре орудия, которые вели огонь по самолетам, прикрывая Дорогу жизни. Нас обстреливали день и ночь. Все, что могло гореть, сгорело. Орудия то и дело засыпало осколками кирпича и камня. Но мы их ремонтировали, чистили и вновь вели огонь. И во время январского наступления 1943-го пушки крепости Орешек дали свой залп по врагу».

    «Город получил прямую связь с Большой землей»
    Перед музеем-диорамой, посвященной прорыву блокады Ленинграда в районе 60-го километра Мурманского шоссе, застыли на пьедесталах танки, участвовавшие в тех героических боях. Многие из бронемашин были подбиты и затоплены во время форсирования Невы, а уже в наши дни подняты и восстановлены.
    Комиссаром 61-й танковой бригады в ту пору был Федор Румянцев, кавалер девяти орденов, в том числе четырех – Красного Знамени:
    «Были очень тяжелые бои. Немец за полтора года сильно укрепил оборону переднего края. В первый день мы продвинулись примерно на три километра, на второй – примерно на столько же. И в последующие дни преодолевали по 2,5–3 километра. Местность очень сложная. Но для нас это была почетная и ответственная задача – прорвать немецкую оборону и поддержать пехоту 136-й дивизии. Наши танки, встретившись с фашистскими, заставили их повернуть вспять. В нашей бригаде за прорыв блокады награждены 300 человек по главе с командиром Владиславом Хрустицким, который впоследствии стал Героем Советского Союза. Он погиб за Ленинград, его именем названа улица».
    Интересный эпизод. Во время наступления между Рабочими поселками № 5 и № 6 подбили немецкий танк, который по внешнему виду отличался от других боевых машин вермахта. Гитлеровцы предпринимали настойчивые попытки эвакуировать его с «нейтральной полосы». Маршал Жуков приказал создать специальную группу и захватить вражескую машину. В ночь на 17 января взвод пехоты и четыре танка под командованием старшего лейтенанта Косарева при поддержке артиллерийско-минометного огня приступили к выполнению задания. Участок, где находилась подбитая машина, противник держал под непрерывным обстрелом. Тем не менее она была захвачена и отбуксирована в расположение советских войск. Оказалось, что это экспериментальный образец № 1 тяжелого танка Т-VI «Тигр», направленный гитлеровским командованием на Волховский фронт для испытаний. Ценный трофей отвезли на полигон для изучения боевых характеристик, на основе чего разработали инструкции для наших бойцов. Эти рекомендации очень пригодились на Курской дуге, где враг применил новые «Тигры» уже в большом количестве.

    В боях по прорыву блокады особенно отличился 3-й дивизион 189-го зенитного артиллерийского полка, который по результатам операции «Искра» был награжден орденом Красного Знамени. В этом подразделении сражалась батарея под командованием старшего лейтенанта Петра Кочеткова. После войны кавалер трех боевых орденов вспоминал: «Когда наши стрелковые части сломили сопротивление врага и овладели первой позицией, 22-я зенитная батарея вслед за ними переправилась на другой берег Невы.
    Хотя и стояла пасмурная погода, появились вражеские самолеты. Но мы вовремя подготовились к бою. Едва группа пикировщиков приблизилась, зенитчики встретили их огнем. Один «Юнкерс» загорелся, остальные отвернули в сторону. Фашистов к переправе не подпустили. Утром второго дня разведчик Гапуко заметил на горизонте восемь фашистских бомбардировщиков. Батарея метким огнем сразу же разбила строй самолетов. В этот момент обнаружили, что с тыла в атаку заходят еще шесть «Юнкерсов». Я подал команду развернуть два орудия. Один снаряд разорвался прямо под самолетом. Фашистский бомбардировщик будто подскочил, а потом стремительно пошел к земле. Вскоре на месте его падения поднялось облако черного дыма.

    Зенитчики разогнали фашистские самолеты, не позволили им прицельно бомбить наши подразделения. Гитлеровцы засекли батарею, пытались уничтожить ее артиллерийским и минометным огнем.
    Одна мина попала в орудийный расчет. Сержант Василий Новиков и почти все солдаты получили ранения, но никто не отошел от орудия.
    Вечером бой утих. Требовалось сменить позицию. Местность болотистая, дорог нет. Пришлось тащить орудия на руках, а потом всю ночь оборудовать позиции. И так весь период наступления. Днем – беспрерывные бои, а ночью – смена позиций. Во время прорыва блокады батарея сбила девять вражеских самолетов и два повредила. Не раз зенитчики вели огонь прямой наводкой и по контратакующей пехоте фашистов».

    В ночь на 19 января 1943 года Совинформбюро передало долгожданное известие: «После семидневных боев войска Ленинградского и Волховского фронтов соединились и тем самым прорвали блокаду Ленинграда».
    Вот какой репортаж-воспоминание оставил о долгожданном событии собкор Всесоюзного радио Матвей Фролов: «Ночь была морозная. Настоящая январская питерская ночь. Город продолжал фронтовую вахту. Зенитки смотрят вверх. Десятки людей пришли ночью в Дом радио: «Дайте сказать хоть несколько слов!». Звонок из Москвы: «Привет, друзья! Москвичи обнимают вас!». Еще звонок. Девочка: «Мой папа скоро вернется домой с войны?». «Скоро, Людочка, теперь уже скорее, чем прежде». С Лиговского проспекта из дома 202 пришла гражданка Журавлева: «Не могу быть одна, а в квартире никого. Вот к вам и пришла. Поцелуйте от меня наших героев!»
    .
    Раннее утро 19 января. Рассветает. На улицы вывешивают алые флаги – флаги победы. Один из них укреплен на развалинах дома, что разрушен фашистской бомбой. Ночь на 19 января 1943 года – историческая ночь позади. «С добрым утром!» – говорили мы друг другу.
    А на невских берегах, только что освобожденных от врага, уже начиналась жизнь, наша советская жизнь».
    Николай Тихонов писал тогда: «На пристани освобожденного Шлиссельбурга уже снуют моряки, железнодорожники осматривают пути, специалисты проверяют, что осталось от ситценабивной фабрики. Шлиссельбург в развалинах, но строители готовы начать восстановительные работы. Первый день после прорыва блокады. Победный день, которого мы ждали. Город получил прямую связь с Большой землей!».
    В короткий срок – всего за 17 дней – на отвоеванной полосе вдоль Ладожского озера по решению Государственного Комитета Обороны была построена 30-километровая железная дорога. Ее называли Дорогой победы.
    Утром 7 февраля 1943-го ленинградцы восторженно встретили на Финляндском вокзале первый поезд с Большой земли. До конца года по дороге было доставлено 4,4 миллиона тонн различных грузов.
    Операция «Искра» имела огромное военное и политическое значение. Даже из осажденного города наши войска сумели провести мощное наступление и прорвать чрезвычайно плотную оборону врага. По престижу вермахта был нанесен сокрушительный удар. За мужество и отвагу в январских боях 1943-го 25 нашим воинам присвоено звание Героя Советского Союза, около 22 тысяч награждены орденами и медалями.
    Но жестокие бои по-прежнему продолжались на всем протяжении пусть прорванного, но еще сдавливающего город вражеского огненного кольца. Жилые кварталы, заводы, фабрики, школы, госпитали подвергались варварским обстрелам. До полного снятия блокады оставался год.
     
    purple и tOmbovski volk нравится это.
Загрузка...